Война за трон 3: Опасный союз

– И что вы хотите этим сказать? – переспросила я охрипшим дрожащим голосом, отлично помня, что по официальной версии о своём эльфийском происхождении всё ещё не догадываюсь.
– На основе анализа вашей крови Илья Андреевих пришёл к выводу, что вы – полуэльф. Однако его святейшество не доверяет методам нашего общего знакомого. Он попросил меня определить ваше происхождение другим способом, чтобы быть уверенным. И вот мы здесь. Это оружие, – он кивнул в сторону стенда, – было снято с тела эльфа, погибшего на людской земле много лет тому назад, и с тех пор хранилось здесь. Древние рукописи гласили, что только эльфы способны проявить всю силу закалённой рунной магией стали, и сегодня мы в этом убедились. Меч, можно сказать, признал вас и подчинился.
– Подождите-подождите. Вы утверждаете, что я полуэльф? И этот меч теперь мой? – продолжала я свой спектакль, изображая растерянность и недоумение.
– Нет, он не ваш. Это оружие принадлежит МГИВ. Никто не доверит его вам. По крайней мере, пока вы не проявите себя и не докажете свою верность богине и его святейшеству. Ну а поскольку ваше эльфийское происхождение подтвердилось, я передам вам слова его свя…
Речь Андрея Павловича прервал характерный звук артефакта связи из своеобразной барсетки на его поясе, которому он, похоже, удивился. Приложив артефакт к уху, Андрей Павлович поразился ещё больше, кивнул головой, после чего неуверенно передал его мне.
– Его святейшество желает провозгласить свою волю лично. Слушайте внимательно и ничего не говорите.
Со слишком уж плохим предчувствием я взяла в руки артефакт, одновременно мельком осмотрев комнату. Похоже, где-то здесь стоял артефакт прослушки, через который лидер МГИВ и слышал весь наш разговор. Другого объяснения тому факту, что он позвонил точно вовремя, я просто не видела. Сделав глубокий вдох и приложив артефакт к уху, через пару секунд я услышала следующее:
– Эльфы – нечистые существа, отрицающие существование богини и поклоняющиеся силам природы. Им не место ни в нашем царстве веры, ни на материке людей, – голос мужчины был ломким и скрипучим, а от его слов у меня прямо кровь в жилах застыла. – В то же время, великая Диида считает, что каждый человек имеет право на спасение. Поэтому я дам шанс твоей человеческой части. Докажи, что людского в тебе больше, чем эльфийского. Служи на благо МГИВ, и тогда, возможно, богиня простит твоё нечистое происхождение перед смертью, – когда я уже слегка расслабилась, глава, если это действительно был он, продолжил куда более суровым голосом. – У тебя есть пять лет. Сломай ментальный барьер на своей памяти и передай все тайные знания эльфов людям. Только так ты, пропащая душа, сможешь искупить свои грехи. Если же ты окажешься не в силах доказать свою преданность великой Дииде за это время, у меня не останется иного выбора, кроме как казнить тебя, как язычницу. Надеюсь на искренность твоих чувств и стремлений, дитя моё. Да пошлёт тебе богиня своё благословение.
– Я… – не успела я вставить хоть слово, как артефакт сообщил, что связь оборвана.
Эм… И что это вообще было? Что за тактика такая, сразу запугивать? Не говоря уже о том, что требования главы практически невыполнимы. А я сейчас точно с ним разговаривала? Приехали, называется.
– Разве я не велел тебе молчать? Говорить с главой без позволения – высшая мера неуважения! – рявкнул Андрей Павлович с гневом в глазах, выдёргивая из моих рук артефакт.
– Прошу прощения, – я решила, что лучше не спорить.
– Надеюсь, вы осознали своё положение, Катерина, – Андрей Павлович вновь вернулся к вежливому тону. – Глава сделал для вас большое исключение, разрешив остаться. А мог ведь просто сослать на континент эльфов, где таких как вы полуэльфов используют в обрядах жертвоприношения. Настоятельно советую вам его не разочаровать.
Угу, конечно, спасибо «доброму и справедливому» главе. Тут ведь и ежу понятно, что никакие светлые чувства им не двигали. Просто кое-кто решил заграбастать себе эльфийские знания о магии с моей помощью. После этого можно будет и на войну с Алуином с новыми силами ринуться. Ни в коем случае нельзя этого допустить. Эх, кажется, моя пятая точка нашла на себя очередную проблему.
 
– Сделаю всё возможное, – тем временем ответила я Андрею Павловичу, изобразив максимально решительный вид.
– Очень рад. В таком случае, я лично позабочусь о том, чтобы ваша жизнь в МГИВ была максимально комфортной, и ничто не отвлекало вас от достижения поставленных целей, – сухо улыбнулся он мне. – Напоследок скажу, что Илья Андреевич очень хотел с вами кое о чём побеседовать. Надеюсь, вы внимательно его выслушаете и не откажете.
– Я поговорю с ним, – кивнула я головой.
– В таком случае, добро пожаловать в МГИВ.
Уж не знаю, что это, изначальная задумка или случайное совпадение, однако сразу после сказанных слов мой собеседник позвал людей за дверью. Спустя секунду глаза мне вновь закрыла всё та же чёрная повязка – очередной знак того, что моё пребывание в МГИВ будет невероятно «увлекательным».
Глава 4
– Благодарю за содействие. На сегодня всё, можете быть свободны.
Илья Андреевич бросил последний взгляд в мою сторону и вернулся к своим колбам и пробиркам. Кажется, он всё ещё был недоволен тем, что приходилось спрашивать моего разрешения перед началом каждого теста или исследования. Как-никак, подобное правило ему установило руководство, сам же он, очевидно, привык к совсем другим способам ведения дел. Таким как бомбы в телах детей, мешающие тем покидать определённую территорию. Ещё раз взглянув на этого, без преувеличения, отвратительного человека, я вновь напомнила себе, зачем именно согласилась на его предложение, чтобы, не дай бог, не бросить всё на полпути.
– Хорошо, – кивнула я, вставая со стула, на котором этот поехавший с помощью непонятных мне приборов тестировал прочность моей кожи по сравнению с человеческой. – В таком случае, я пойду к себе.
– Вас всё устраивает? Андрей Павлович просил меня позаботиться о вашем комфорте, – добавил учёный, как бы намекая, что лично ему побоку, ночую я в сарае или в королевских апартаментах.
– На самом деле, я бы не отказалась от живых цветов в комнате, – ответила я с максимально серьёзным видом. – Всё-таки отсутствие окон в помещении начинает негативно влиять на моё душевное состояние. Думаю, цветы помогут это слегка исправить.
– Напомню, что решение поселить вас в подземных помещениях было принято из-за вашей непереносимости солнечного света. Поскольку здесь освещение работает круглые сутки, Андрей Павлович посчитал, что так вам будет удобнее совершенствовать свои магические умения. Иначе говоря, все претензии предъявляйте ему, а не мне. К тому же, – пожал он плечами, – никто не мешает вам подниматься наверх и гулять на свежем воздухе, что, как мне известно, вы и так часто делаете.
– Да. И всё-таки живые цветы в комнате были бы очень кстати, – многозначительно улыбнулась я ему, радуясь возможности взбесить этого типа до коликов. А что? Он сам спросил!
– Это… – кажется, учёный хотел сказать что-то ещё, однако в конце концов передумал. –Хорошо. Я распоряжусь, – процедил сквозь зубы Илья Андреевич, после чего вновь сосредоточился на своих колбочках, как бы намекая, что я свободна. Да уж, наблюдать за его душевными метаниями для меня было одно удовольствие.
Возвращаясь в свои апартаменты, я вспоминала, как после разговора с приближенным главы в местной сокровищнице пять дней назад Илья Андреевич предложил мне помочь ему в исследовании эльфийских способностей. После серьёзных сомнений я всё-таки согласилась. Само собой, причиной тому стало вовсе не желание помочь этому ублюдку. Просто, оценив все за и против, я решила, что это лучший способ ему максимально напакостить. И дело здесь не только в том, что одним из условий нашего соглашения стало полное обеспечение со стороны учёного моего здесь комфортного проживания, а также исполнение любых моих пожеланий (в рамках разумного, само собой). Как-никак, то же самое от Ильи Андреевича потребовал и Андрей Павлович, передавая меня под его опеку. На самом деле, для моего согласия были причины и куда более значимые.