Воспитанник (СИ)
– Да, конечно, госпожа Брунгильда, ваше варенье из слив просто восторг и очарование! Я бы только его и ел. А уж красное вино с виноградника южного склона холма выше всяких, самых высоких похвал!
Это я выражаю благодарность соседке за привезённые гостинцы из их владений. Она с мужем заехала ко мне познакомиться.
– А так в вашей башне довольно миленько, но, право слово, не хватает женской руки. Будет хозяйка, сразу появится уют. Надо бы вас с кем-нибудь познакомить. А вот почему бы не с Эммочкой? Очаровательная девочка! Дорогой, помнишь мою троюродную племянницу?
– Да, дорогая. Прекрасно помню, как лет десять назад она перемазалась вареньем и пряталась под столом. С тех пор, мы с тобой в те края не заезжали.
– Да? Или, скажем, Матильда, родственница золовки моей кузины. Она из очень хозяйственной семьи. Милый Ашер, я обещаю хорошенько подумать и найти вам достойную пару.
За ту неделю, как я стал хозяином поместья, сюда приехали больше дюжины соседей. На меня поглазеть, ладно. Нормально и привычно, что все без исключения дамы либо прямо сватали своих дочерей, племянниц, других близких родственниц, или косвенно сводили разговоры на достоинства знакомых незамужних барышень. Но так ведь и некоторые мужчины старались меня поженить! Видите ли, некоторым очень плохо, когда другому хорошо.
– Тысяча благодарностей за гостинцы! Непременно! Непременно заеду к вам! Вот только чуть-чуть войду в курс дел. Столько забот с поместьем!
Уф! Уехали! И так почти каждый день! А ведь надо будет отдавать ответные визиты! А это совсем небезопасное дело. Вроде до Брунского графства достаточно далеко, однако каким-то непонятным образом про моё неудачное сватовство здесь стало известно всем. Все без исключения меня жалели, все без исключения корили Виолу за ветренность и жестокость.
Кстати говоря, ведьмой её так и не признали. Но осадочек-то остался! На чужой роток не накинешь платок, потому все без исключения женщины считали, что графа она таки приворожила. А как же иначе? Мудрый властелин женился на молоденькой свистушке! Отбил её у верного жениха! Неспроста это! Ой, неспроста! Околдовали его! Как есть, околдовали! Иначе такой почтенный человек, правитель собственных земель, граф, до такой уродки не снизошёл бы. Вы слышали, что у неё на лице ужасный шрам? Говорят, оставил один из приворожённых, когда понял, что его зачаровали.
Особенно ругали молодую графиню матери с незамужними дочерьми. Те, в свою очередь, были готовы помочь мне забыть горечь расставания с подлой изменщицей. А заодно навести уют в башне. Ну и помочь разобраться с хозяйством. Оно ведь слишком большое и сложное для неженатого мужчины. Как одному потратить около четырёх сотен серебром годового дохода только с пашни? А ведь ещё есть приличный виноградник. И обширный аптекарский огород, где растят лекарственные травы для зелий, которые здесь же варил старый хозяин, он тоже был волшебником.
– Господин! Прикажете проводить вас в лабораторию? Основа подготовлена, осталось только наложить заклинание. И вы решили оставить старую печать на пробках или придумаете новую?
Это мой следующий бич – старший лаборант. Он получает процент с прибыли от продажи зелий, потому заботится, чтобы процесс изготовления не прерывался ни на день.
С прошлым хозяином договориться было не просто. Он продавал башню с поместьем, и хотел получать, помимо выкупной суммы сразу, ещё часть ежегодного дохода до самой смерти. Зато отдавал рецепты лекарственных зелий, налаженное производство и сбыт. Сам же уезжал в столицу, планируя всласть пожить оставшиеся годы. Почему бы на старости лет не стать лакомкой? А что? Жены нет, про своих детей он ничего не слышал. Может и есть где они… должны же быть где-нибудь… наверное.
Потому я теперь вынужден мучиться, каждый день тратя часа два на алхимию. И отказаться нельзя – это хороший доход. Пусть на обиды оптовых покупателей можно не обращать внимания, а аптекари найдут другого поставщика, так ведь на мне повисла дюжина людей, занимающихся лабораторией и огородом! А с членами семей вообще десятка три. И все хотят кушать!
Это я вам про управляющего ещё не рассказываю! Сколько времени он у меня отнимает! "На озимые прикажете косцов нанимать? Тогда извольте приказать получить авансовые." Кошмар! И так каждый день!
– Кхм… Разрешите доложить?!
– Рен, что опять случилось?
– Как вы разрешили сочетаться законным браком Лору и Багги, а в божик к нам заедет жрец по сей нужде, то Михель, из прибывших, не тот, который Кирпич, ну алебардист, а который арбалетчик, Картавый, тоже к ним присоединиться хочет.
– Это как?! Любовь втроём что ли? Они совсем обалдели?!
– Не извольте гневаться, господин! Вы не так поняли. Он с горничной Баженкой, которая от старого хозяина осталась, обжениться хочет. Девчонка сразу согласилась на замужество.
– А! Тогда ладно… Я-то было удивился – как Багги за такую идею обоих кавалеров не порубила.
Когда до дяди Франца дошло моё письмо, он сразу, в порядке извинения прислал мне полдюжины бойцов. Снаряжение у них так себе, но люди опытные, самый молодой три кампании прошёл. Куда мне столько? Но не прогонишь ведь! Они сначала добрались до Еланси, откуда я уже ушёл, затем двигались за мной, расспрашивая в трактирах. Зимой не так много путешествующих, да и моя карета довольно приметная. Догнали уже здесь, передали письмо от дяди и ещё одно побольше, тётушкино, рассказали все слухи, которые у них ходят, и обустроились в казарме при башне.
Здесь такая есть, в ней старый волшебник гарнизоном пяток ратников держал. Двоих с собой взял, двое ушли, а один при мне остался.
Так что дружина у меня внушительная. Для такого поместья, понятно. Кстати, четверо слуг тоже остались, тоже из тех, кого прошлый хозяин с собой не позвал. С комфортом любил жить старик! Но мне теперь их всех кормить надо, жалование платить, глупые сплетни выслушивать, вперемешку с видами на урожай и ценами на овсы. Жуть! Просто кошмар, а не жизнь! Еле-еле выбираю время на зачарование куклы. Получается, кстати.
Признаться, я стал частенько задумываться – а не сбежать ли мне? Скоро сезон начинается, может опять пойти в приключенцы? Ненадолго, к осени вернусь…