Воспитанник (СИ)

Ели много, пили в меру – у нас сегодня ещё предполагается военный совет, а завтра с утра вылазка. Герда остаётся здесь – моя невеста взяла девушку под своё покровительство и предложила гостеприимство до возвращения мужа. И уже успела мне шепнуть, что надо бы отправить отцу Герды весточку о состоявшейся свадьбе.
  
Военный совет
 
Конечно, Серж бы сейчас предпочёл миловаться с молодой женой, но он же мне привёл отряд, значит, должен идти с ним в бой. А медовый месяц начнётся после рейда. Йохан и Рен тоже присутствуют на совете. Барон сидит в сторонке, слушает и молчит. Диспозицию докладывает воин из простолюдинов.
Оказывается, Люциан обосновался в укреплении на островке. Причал и прочная каменная башня, больше там ничего нет. В навигацию в том месте обретается таможня, собирающая пошлину с проходящих по реке купеческих барок. Стоит сказать, что в половодье вода обычно затапливает нижние два этажа точно, но иногда, при сильном разливе, доходит до потолка третьего.
Башня очень хорошо защищена. От берега к ней можно пройти только по неустойчивым мосткам, длинной шагов в сто. Можно подплыть на лодках, но с высадкой на скалу будут сложности, а причал, как и мостки под обстрелом.
Семейству фон Майнхардтов прибыльная обязанность защищать таможенников, пожалована за какие-то заслуги. Сейчас туда и отправили Люциана, вместе с дюжиной дружинников и десятком слуг.
– Всего? – удивился я.
– А больше и не надо, – подтвердил докладчик. – К ним не подберёшься незамеченным. А коли заметят, то обстреляют. На крыше башни, кроме арбалетов, три баллисты и запас глиняных ядер с алхимическим огнём. Самое милое дело против деревянных судёнышек.
– По мосткам можно добежать? – поинтересовался Рен.
– Придётся. Под обстрелом, с потерями, но это единственный путь. На лодках сожгут.
– Про единственный путь, скажем, кто-то сильно ошибается. Я всё-таки волшебник и кое-что могу. Мост до острова и крышу башни возьму на себя. Входную дверь тоже открою. Но из бойниц стрелять начнут, и я с этим ничего сделать не смогу. Сразу, во всяком случае.
– Если будет мост, до открытой двери мы доберёмся, – пообещал Серж. – Щиты из досок сколотим, и ими прикроемся. Сотню шагов мигом пробежим. А если на крыше никого не будет, так почитай нам и делать совсем нечего будет.
– А башню зачищать? Не всё же мне воевать, кое-что и вам придётся сделать. Волшебники не сильны в рукопашной, мы брони не носим.
Про зачарованную рубаху, по крепости заменяющую кольчугу, я скромно промолчу. Зачем все свои козыри сразу открывать? Тем более непроверенным людям?
– Зачистим! – вместе, не сговариваясь, воскликнули Йохан и Рен.
– Понятно, что чародеи издалека колдуют, – подтвердил Серж. – Внутрь башни я людей поведу.
– Перед мостками несколько домов стоит. Конюшня и сараи. Пара человек обязательно будет при лошадях. Смотрите, чтобы раньше времени шум не подняли.
После нескольких уточнений и выяснения удобной дороги, совет закончился, в кабинете остались только мы с бароном.
Только тогда Отто сказал своё веское слово. –
– Осадные щиты дам. Коли башню возьмёте, прикажу телеги под добычу подогнать. Зимой плавать опасно. За баллисты и алхимический огонь хорошо заплачу. Другие трофеи тоже интересны, если ты сильно дорожиться не будешь.
– Сговоримся.
– Угу. По-родственному. Людей дать не могу, понимаешь сам почему. И почему на совете молчал, ты тоже понимаешь.
– Понимаю.
– Только Люци в плен не захватывайте, не стоит повторять прошлых ошибок. Кроме того, денег у его семьи сейчас нет – поиздержались. Выкуп, а потом ещё и вира большую прореху в мошне проделали. Он не наследник, отец мстить не будет.
– Я не собирался отпускать…
– Вот и хорошо. Завтра же в замок графа поеду. Сыновей и дочку с собой возьму. Мы там должны услышать новость о налёте. Я сразу с его сиятельством переговорю. Первым, пока фон Майнхардты не прибежали. Он простит, но какой-нибудь жест должен будет сделать. Вы же пока в дочкином Лихтберге отсидитесь, подождёте от меня гонца с весточкой.
 
– Что делать, если его сиятельство не простит налёта?
– Простит! У меня найдутся аргументы.
– Но всё-таки, если…
– Никаких если не будет. Но вдруг чего, от Лихтберга до границы графства два часа неспешной рысью. Там поставите лагерь и будете ждать, я скоро приеду или гонца пришлю.
– В Лихтберге трофеи можно оставить?
– Желательно. Если с таможенной башни снять баллисты, то без них в навигацию много податей не соберёшь – купчишки убегать будут. И коли так, за возврат метательных машин граф всё простит. А раз баллисты у меня отыщутся, то, глядишь, вместо фон Майнхардтов моей семье охранять таможенников поручат. Ты на трофеях заработаешь, мне деньги за защиту лишними не будут. Вот мы с тобой и немного наживёмся, и обидчику отомстим, и перед графом с хорошей стороны себя покажем.
– А фон Майнхардты вновь напасть смогут?
– Нет. Не в этом году точно. Им минимум два-три года приходить в себя придётся.
– У них есть союзники?
– Друзья-приятели не поддержат. Во-первых, фон Майнхардты простые дворяне, а я таки барон. Во-вторых, они сильно поиздержались. В-третьих, Люциан сильно не прав. Нет. За фон Майнхардтов никто не вступится.
– Тогда ясно, пойду готовиться к завтрашнему дню.
– Обожди. За дочку я тебе благодарен. За то, что не сбежал, её рану увидев, и особенно за зелье. Подарок тебе от меня положен.
– Я и так…
– Оно понятно, но долгов я очень не люблю. Вон видишь тот сундучок? На войне, что при разделе добычи непонятного из волшебного мне доставалось, всё сюда складывал. За годы много разного накопилось.
– Это может быть слишком дорогим подарком!
– Может дорогим, а может дешёвой пустышкой. Бери! Заслужил. Если что действительно дорогое найдёшь, то только мне не говори. Я же человек – обидно будет. А так, чего душа не знает, о том не страдает. Стоял сундучок больше двадцати лет, теперь другой поставлю, в него непонятные вещи складывать буду. Так что не говори. Обещаешь?
– Обещаю.
– Вот и хорошо. Умом-то я понимаю – нет там ничего особого, но сердечко ёкает, жадность его поджимает, она у меня такая.
– Почему вы не определили вещи?
– Волшебники за определение дорого берут, даже если вещь совсем никчёмная. Прогоришь на вашем брате.
– В принципе, заклинанием дешёвые вещи действительно определять не стоит. Вино и перо совы – это ерунда, но жемчужина часто стоит дороже определяемого предмета. Однако есть и другие способы идентификации, например, артефакты.
– Наверное, ты прав, но только волшебники всегда берут полную цену. Так что бери и не думай. Куда тебе его отнести? В карету?
– Да, лучше в карету. По пути попробую посмотреть, может и без заклинаний чего пойму.
– Лучше другим днём – завтра тебе на бое надо сосредоточиться.
На том наш разговор и завершился. Барон распорядился, и сундучок перенесли в мою карету, а там я не удержался, открыл крышку и посмотрел внутрь.
Пространство заполнено больше, чем наполовину. Несколько тубусов со свитками, пара сумок, пара ремней, штук семь потёртых книг заклинаний, пустая, но зачарованная, шкатулка, несколько флаконов с непонятным содержимым, пара больших горстей дёшево выглядящих амулетов, колец, пряжек, серёжек и прочей подобной мелочи.
Понятно, золотые, да и серебряные вещи, особенно с драгоценными камнями, сюда попасть никак не могли. Они слишком дорогие, их можно продать, в крайнем случае, просто на вес.
Но, как мне кажется, и среди этих вещей может найтись что-то полезное. В книгах заклинаний иногда находятся интересные заклятья. Даже дешёвенькие защитные амулеты усилят моё воинство. Свитки буду смотреть в первую очередь.
 
Творю заклинание и разглядываю подарок. По большей части ординар, уровень первый или второй, редко чуть выше. Но один амулет сияет, как солнце в летний полдень. Казалось бы, обычная галька "куриный бог" с дырочкой, проточенной водой, висит на простенькой верёвочке. Но аура выдаёт уровень предмета. Почти столь же ярко светится один пузырёк, и чуть меньше сумка. Будет чем заняться на досуге.