Ценнее власти (СИ)

Отец переводит на Марека требовательный взгляд.
– Расследование убийства находится под моим личным контролем.
– Прошло больше двенадцати часов, а результата ноль. – Самый молодой из всех, глава Восточного клана кладёт руки на стол и сцепляет их в замок. Насмешка сквозит во всей его позе. – Наш главный Ищейка точно заинтересован в поисках?
– Это намёк, претензия или повод почесать языками? – Поднимает бровь отец.
– Это любопытство, уважаемый Глава. – Чех с издевкой склоняет голову. – Ведь заключения патологоанатома всё ещё нет, хотя сам он болтается по замку и что-то вынюхивает.
– Закрой пасть, – рычит Немечек, правильно понимая, о ком идёт речь. Собственно, на весь замок патологоанатом у Марека только один.
– В «Волчьей Тени» сейчас почти половина хвалёного отдела Теней, – не впечатляется Чех, – а труп наследника так и лежит бесхозный в одном из подвальных морозильников. Пока его брат и начальник отдела расследований без особых угрызений совести берёт на себя такую ответственность. Не совсем законную ответственность, учитывая, что здесь же бродят ещё два кандидата в наследники. Причём гораздо более полноправные, чем он.
Главы вспоминают вдруг про Эрика и Павла и над залом поднимается возмущённый гул.
– И лично у меня возникает вопрос, – изучая собственные руки, продолжает Чех, – а был ли убийца? Или всё это – заранее спланированная акция, которую нам всем подсовывают как жестокое убийство.
– Смеешь обвинять меня, Виктор? – Отец садится на своё место.
– Всего лишь строю догадки, – пожимает плечами тот, вежливо улыбаясь. – Насколько позволяют ум и совесть.
Вот только первого у тебя слишком много, а второго нет вовсе. Потому что Виктор Чех – единственный из глав с идеальной репутацией, идеальным досье и идеальной обстановкой в клане. И есть подозрение, что именно он и копает под отца.
– А был ли убийца, Гавел? – Тут же, уперев ладони в стол, приподнимается Земан.
– Мы требуем найти убийцу Владимира! – добавляет Моравец.
– И только после этого мы сможем одобрить кандидатуру Марека Дворжака, – равнодушно заявляет Чех про поддержке остальных глав.
Цирк, он цирк и есть.
Глядя на оборотней, которые с радостью ухватились за возможность подвинуть отца, Марек усмехается. Как же, ведь легко забыть как Глава над главами из собственных средств финансировал Северный и Южный клан больше десяти лет. Забыть, как Чеха едва не казнили свои же, но отец прикрыл, помог справиться с возмущениями и по-быстрому казнил самых резвых. Как он раз за разом тормозил их, самых достойных из оборотней, готовых вцепиться друг другу в глотки за паршивый клочок земли.
– Хватит, – негромко, но весомо прерывает их отец, и в зале устанавливается тишина. – Марек – мой наследник и он получит «Волчью Тень». Это моё слово и никто из вас не имеет права его оспаривать.
Оспаривать, может, никто и не станет, но у Теней всегда были привилегии. Вот и сейчас двухстворчатая дверь зала распахивается во всю ширину, чтобы впустить Роба и Рудолфа, во главе которых идёт сам Ян. Он же подходит ближе, не глядя на высокое собрание.
– Прости, но мы должны тебя арестовать.
И защёлкивает на моих запястьях антимагические наручники.
  
Глава 15
 
– Мар! – Стася влетает в камеру снова вся в слезах. – Они рехнулись! Все рехнулись в этом долбанном замке.
Она виснет на его шее, едва не задушив, и приходится держать, чтобы цепкие руки сестры не сомкнулись совсем уж туго.
– Как бы ты мне ни нравился, но это реально перебор. – Если появление Стаси ещё понятно, то Эрик и Павел удивляют. Эти двое всегда держались вдалеке от семейных дел, а от меня так ещё дальше. – Как угораздило?
Высокомерный и холодный Эрик – копия отца – обводит брезгливым взглядом камеру, а после протягивает руку.
– Кто бы знал, – всё ещё придерживая Стасю одной рукой, второй Марек пожимает его ладонь. – Какими судьбами вы здесь?
 
– Мы всё-таки семья, – кривится Эрик, а темноволосый, молчаливый и самый младший Павел прислоняется плечом к каменной стене, скрещивая руки на груди.
– Стася заставила, – понимающе хмыкает Марек и поворачивается к ней. – Зачем?
– Да потому что это бред! – Зло прищуриваются красивые карие глаза. – Какая-то скотина сначала убила Влада, теперь посадила тебя… кто следующий? Эрик? Пашка? – Она отталкивается и эмоционально взмахивает руками. – Или я?
– Этот кто-то, может, и скотина, но не самоубийца, – фыркает Эрик, и Марек улыбается в ответ.
– Очень смешно. Самый умный? Так иди и реши всё, а мы посмотрим, насколько тебя хватит и как убьют тебя.
– Стась, прекращай…
– Прекращай?! Ты в тюрьме, Мар! – Она обвинительно тычет пальцем в стену. – В. Тюрьме. Не доходит? Причём в тюрьме по обвинению в убийстве брата! Или этого тебе мало?
– Ян разберётся, он сможет, – вздохнув, Марек садится на стоявшую здесь же раскладушку. Странное ощущение – сидеть и ждать, пока не ты докопаешься до истины, а за тебя докопаются. Неприятно. – Главное, чтобы Оля…
– Ах, Оля?! – издевательски перебивает Стася. – Твоя Оля та ещё тварь…
– Не смей, – тихо и угрожающе, пережимая горло собственной сестре. Как вскочил и прижал Стасю к стене, он уже не вспомнит. Зато желание защитить и размазать некоторых язв по камню всё ещё в наличие. – Ни говорить так, ни трогать её. Иначе будешь иметь дело со мной.
Разжав руку, Марек разворачивается и возвращается на раскладушку. О своих реакциях он подумает как-нибудь потом. И о том, как будет извиняться перед сестрой – тоже.
– Тогда скажи, – полным слёз и непонимания голосом, держась за горло, тихо произносит Стася, – как назвать ту, что сначала засадила тебя сюда, а потом вошла в клан Алых теней и согласилась на защиту Бенеша?
Оля сделала что?
– Эрик? – Впившись тяжёлым взглядом в брата.
– Так и есть, – кивает тот, мрачно глядя на Стасю. Удивительно, как оба не дёрнулись, стоило Мареку коснуться сестры. Не успели? – Два часа назад Ольга Щенкевич признала себя вампиром княжеской крови, принесла клятву верности клану и… – Он вскидывается на заминку Эрика, но тот лишь презрительно усмехается. – Она переехала в комнаты Бенеша.
***
– Теней, значит? – Бросив сумку с вещами на кровать, я оглядываюсь, и становится тошно. Не от обстановки, от ситуации. – Стесняюсь спросить, а отдел расследования назвали…
– Они посчитали, что это забавно, назвать отдел, который, по сути, охотится на вампиров, именем последнего нашего клана. – Бенеш стоит в дверях спальни, прислонившись плечом к косяку.
Моей спальни. Моей спальни на его территории.
– Очень забавно.
Внутри зудит, требуя пойти к Гавелу, чтобы тот освободил Мара. Требуя сделать хоть что-то – наорать на Яна, сделать втык Калате, в крайнем случае, взять в сообщницы принцессу и организовать побег, но… «Волчья Тень» всё ещё закрыта, убийца Влада, как и мой недоброжелатель всё ещё здесь, а я теперь полноценный вампир.
И посреди всего этого недавние игры с Тадеашем кажутся детским лепетом.
– Глава устраивает бал, – осторожно бросает Бенеш, не двигаясь с места, – в честь наследника.
– Какого из? – Поворот резче, чем надо, но я на грани. – Того, кто труп или кто убийца?
– Это не моё решение, я был против. – Вздох, лёгкое дуновение ветра и ладони на моих плечах. Оказалось, что он чертовски быстро и также бесшумно двигается. – Я взял на себя смелость подготовить тебе платье.
– Каким образом? – Красивый, зараза, но всё, о чём я думаю – это Мар и собственный провал. – У тебя в подвале швейный цех?
Поспать бы хоть пару часов, но, чувствую, такое счастье мне не светит. Скоро пойдут вторые сутки на ногах, без еды, отдыха и в крайнем эмоциональном напряжении. Опасном в основном для окружающих.
– Пусть это будет моим секретом, – тепло улыбается князь, словно это не у него сердце внутри чисто для проформы. – Будешь моей спутницей?