Опер Екатерины Великой. «Дело государственной важности»

Все матросы и пассажиры собрались на верхней палубе. На довольно приличном русском служащий спросил:
– Больные, с лихорадкой среди вас есть?
– Нет, – нестройно ответили собравшиеся.
– Герр капитан, вся команда записана в судовую роль?
– Да, конечно.
– Сколько пассажиров на судне?
– Двое.
– Попрошу документы. Остальные свободны.
Команда разошлась, а Андрей и ещё один господин подошли к служащему. Розыскник терпеливо ждал – сначала служащий проверил бумаги у господина. Вернув ему документы, разрешил:
– Всё в порядке, можете сойти на берег.
Андрей протянул свой паспорт и подорожную. Служащий раскрыл паспорт, взглянул пристально на Андрея, потом развернул подорожную.
– О, господин из русской юстиц-коллегии?
– Да.
– По личным делам?
– Да.
– Имейте в виду, Любек – свободный город. Без разрешения магистратуры вы не можете разыскивать и задерживать преступников, какими бы злодеями они ни были.
– Я не на службе – по личным делам.
– И тем не менее я напоминаю – Любек людей на Русь не выдаёт.
– Спасибо, данкэ шён!
– Битэ шён, – служащий вернул документы. – Можете сойти на берег, желаю приятно провести время.
Чёрт! Андрей был обескуражен, хоть и не подал вида. Ну, найдёт он Елизавету, беглую купеческую дочь, а как её вывезти – против её воли? Она ведь даже не преступница. По местным законам – свободный человек. Стоп! А как же её пропустили на берег с «Ерша» без документов? Должны же у неё быть какие-то бумаги? Или девушка не сходила на берег, так и находится на «Ерше»? А может, Петька подделал документы? Судя по его действиям, человек он ушлый.
Андрей забрал свой узелок и подошёл к капитану – попрощаться.
– Вы не подскажете, где обычно русские суда стоят? – спросил он его.
– Вот здесь и стоят. Из каждой страны корабли определённый товар возят. Кто из Индии пришёл с чаем – стоит вон там. И хранятся товары на разных складах, так что, если судну в обратный путь нужно, ищи только здесь.
– Мне «Ёрш» нужен.
Капитан поднялся на мостик, осмотрел внимательно суда с русскими флагами.
– Темновато уже, но, по-моему, вон «Ёрш» стоит, – он указал Андрею рукой.
На город опускалась ночь. Розыскник спустился по сходням и по причалу пошёл в сторону «Ерша». К вящей радости, его судно и в самом деле оказалось «Ершом».
У сходней стоял матрос.
– Этот корабль в самом деле «Ёрш»? – спросил его Андрей.
– Конечно, – снисходительно ответил дежуривший у трапа.
– А есть ли у вас на корабле некий шкипер Пётр?
Матрос удивлённо посмотрел на Андрея, затем повернулся в сторону судна и крикнул:
– Иона Платонович, здесь Петьку спрашивают!
Через минуту к Андрею вразвалочку спустился боцман – старый морской волк с задубевшим от ветра и морской соли лицом, с боцманской дудкой на цепочке.
– Вы кто, господин хороший, будете?
– Коллежский секретарь юстиц-коллегии Андрей Михайлович Путилов, – веско отрекомендовался Андрей.
– Ага, уже и здесь Петьку ищут. Допрыгался, сучонок! – злобно сказал боцман.
– Простите, не знаю, как вас звать-величать, – слегка наклонил голову Андрей.
– Иона Платонович Кухно, боцман «Ерша».
– Я бы хотел увидеть Петра и переговорить с ним.
– Я бы тоже хотел его увидеть, – парировал боцман.
– То есть как? – опешил Андрей.
– А так. Как пришли мы в порт да встали под разгрузку, так Пётр и сбежал. Уж два дня как его нет. Так мало того, что он убёг, – и часть корабельной кассы украл. Капитан мне деньги дал для расчёта с портовыми грузчиками. Так вот он эти деньги и скрал. Сроду на «Ерше» воров не было, и вот – нате вам!
Чувствовалось, что боцман был не на шутку зол на Петра.
– И где он может быть теперь?
– Если бы я знал, сам бы нашёл да морду набил.
– А девицы с ним не было?
– Пассажиры были – четверо, так они сразу по приходе в Любек сошли.
– Девица, девица среди них была? – Андрей коротко описал внешность Елизаветы.
– Простите, господин хороший, не могу сказать. Моё дело – паруса, такелаж, матросы. Не видел я девицы. Да вы поговорите со старшим помощником. Он пассажирами занимался. Если видел – скажет. Так вы что, не Петьку ищете?
 
– Пассажирку вашу ищу. Но если Петьку встречу – задержу. Повод теперь есть – кража судовой кассы.
– Так чего мы здесь стоим? Пойдёмте на судно.
Боцман провёл Андрея к каюте старпома, постучался.
Старший помощник оказался учтивым мужчиной средних лет. Он любезно предложил Андрею присесть. Андрей представился.
– Меня интересует девица, Елизавета Редникова, – Андрей описал беглянку.
– Была такая, – сразу сказал старпом. – Заплатила – всё чин чином. Я, правда, удивился: вещей при ней почти не было, узелок маленький в руке – и всё. Обычно женщины не токмо с вещами в вояж заморский пускаются – с сундуками. А тут – одна и без вещей. Но это дело не моё. Она заплатила, мы ей дали место в каюте.
– Она общалась с этим вашим Петькой?
– Он не мой, – поджал губы старпом. – Не замечал.
– А как фамилия шкипера?
– Иваницкий.
– Они вместе сошли на берег?
– Нет. Я у борта тогда стоял – видел, как пассажиры сходили с судна. Она со всеми сошла. А Пётр в ту ночь у сходен дежурил. Смена пришла в полночь, а его нет. Сначала думали, может, по нужде куда отлучился. Так он и утром не появился. А там и боцман пропажу из кассы обнаружил.
– Сколько денег пропало?
– Десять гульденов серебром.
– Напишите заявление о пропаже. Ничего не гарантирую – я тут по другому делу. Но если где пересекусь с вором – арестую.
Старпом с видимым удовольствием написал бумагу, поставил подпись.
– Пусть ещё Иона Платонович распишется, – попросил Андрей.
– Хоть три раза, если это поможет, – пробурчал боцман и поставил корявую подпись.
Андрей сложил лист и убрал его в нагрудный карман.
– Не подскажете ли, где переночевать можно?
– В порту на каждом углу – постоялые дворы. Они тут их гостиницами называют. Были бы деньги, а где покушать и переночевать, найдётся без проблем, – ответил старпом.
Андрей откланялся. Боцман проводил его на причал.
Розыскник шёл по вечернему причалу и рассуждал. Стало быть, Елизавета и в самом деле была на корабле, сошла в Любеке; здесь же сбежал с судна шкипер с частью судовой кассы. Занятная картина получается! Знать бы ещё – здесь они, в городе, или уже уехать успели? Корабль наверняка через день-два дальше уходит, так что опасаться поисков Петька не станет. Выждет где-нибудь да покажется потом из своей норы.
Андрей остановился, мысленно обругав себя. Вот остолоп – не расспросил, как выглядит этот Петька. Делать нечего. Розыскник вернулся, подошёл к вахтенному.
– Скажи, любезный, а как выглядит Пётр Иваницкий?
– О! Красавчик! Все девки по таким сохнут. Высок – выше меня на голову, плотный, но не толстый, волосы светлые, кудрями вьются, да ещё и ржёт как лошадь по любому поводу.
– А особые приметы есть? Ну шрамы, родинки?
– Не замечал. Он ведь не девка, чтобы я его разглядывал.
– Спасибо.
Андрей направился в порт, прошёл мимо складов, провожаемый подозрительными взглядами дюжих охранников. Он вышел на припортовую улицу. Несмотря на темноту и уже довольно позднее время, окна постоялых дворов зазывно светились, из распахнутых дверей доносились крики и песни пьяных матросов, спускающих здесь своё жалованье. Андрей отошёл подальше, подыскивая гостиницу потише. И нашёл – небольшой постоялый двор с маленькой трапезной. Он поел айсбан – тушёную капусту с сосисками и пивом. Сосиски Андрей пробовал впервые, и они ему понравились. Он снял номер на ночь и отлично выспался.
Утром голову его занимал один вопрос – где и как искать Елизавету, памятуя, что любекская полиция может в любой момент пресечь все его старания. Не хотелось ему быть высланным из страны, да ещё не выполнив поручения.
Андрей подошёл к хозяину двора и заплатил ещё за сутки, оставив в номере узелок. Похоже, пистолет ему здесь не пригодится, а может стать и обузой.