Хорошая девочка для мажора (СИ)

— На нас все смотрят, так будет постоянно?
— Они привыкнут через пару дней, — безразлично пожал плечами Роман.
Они привыкнут… Но вот как привыкнуть мне, потому что я чувствую себя до жути неловко. Воронов провел меня на первый урок и даже поцеловал, но не так как на поле, а быстро и небрежно. Внутри, что — то кольнуло, но я засунула свои чувства подальше.
Тут не может быть и речи о чувствах. Просто договоренность. Временная.
Мне нужно поговорить с дядей.
Я пыталась подтянуть хвосты и полностью погрузилась в учебу, только после обеда нашла время и снова побежала к дяде.
— Привет, — постучала и приоткрыла дверь, — ты еще занят?
— Мила, я совершенно забыл, — он снял очки и потер переносицу, — навалилось много работы, нужно перебрать все эти документы, секретарь заболела… Все в один момент.
Дядя Игорь развел руками указывая на стол, заваленный папками с бумагами.
— А что это? — Я оценила гору документов, тут разгребать пару дней.
— Личные дела бывших учеников. База в компьютере слетела, не знаю, как так вышло. Это принесли с архива, нужно проверить каждое и внести те дела, которые пропали.
— Я могу помочь?
— Конечно нет, Мила, тебе учиться надо.
— Я, правда буду рада помочь.
— Тогда не откажусь, дядя устало улыбнулся, — ты хотела поговорить?
— Да, — я взяла одну из папок которая лежала наверху и пролистнула, все чистые и белые, а это будто в канализации побывала, — хотела поговорить про…
На фотографии девушка, длинные темные волосы и смуглая кожа. Екатерина Истратова.
Катя.
На первой странице надпись красным: Пропала без вести.
— Мила, так что ты хотела? — Спрашивает дядя.
— Хотела узнать, как твоя поездка, — тут же сообразила я, — давай я зайду вечером и помогу с документами?
  
Глава 20. Переезд откладывается
 
После последнего урока я побежала к дяде в офис, еще никогда мне не было так интересно, я чувствовала, что предо мной, прямо перед носом есть какая — то тайна и я хочу ее раскрыть.
Я хочу узнать, что случилось.
Уверена, что дневник, Тимур и эта Катя все связаны. И тут мне пришла одна мысль.
Воронов.
Он тоже может быть связан. А что, если он и сблизился со мной только ради того, чтобы я не сунула свой ном дальше, чем следует. Еще и его слова о том, что я не уеду… Я уже поняла, что власть в этой школе принадлежит Тимуру. Но они друзья.
Постоянно вместе, одной компанией и только сейчас Воронов будто отделился от них.
Осознание пришло так неожиданно, что меня прошибло холодным потом.
Нельзя ему доверять! А я уже расслабилась и ненароком подумала… Вот эти мысли вообще стоить выбросить из головы. Нужно держаться от него подальше.
Дяди в офисе не было я схватила папку, которая меня заинтересовала и уже хотела убрать ее в сумку, когда меня осенила мысль о том, что тут могут быть камеры. Осторожно положила ее под низ, а затем начала разбирать папки. Вначале решила разложить все по алфавиту и по группам, потому что сейчас было все перемешано.
Провозилась с эти до поздней ночи и когда собиралась уходить, то дверь открылась.
— Я уже заканчиваю, разложила все… Рома… — Я подумала, что это дядя решил проверить меня, но я ошиблась, — что ты тут делаешь?
Прижалась бедрами к столу именно в том месте, где лежала папка Кати, он выделяется среди остальных, хоть бы не заметил.
— Что ты тут делаешь?
— За тобой пришел, — Роман входит в кабинет и осторожно прикрывает дверь, а затем гасит свет.
Я вздрагиваю.
— Зачем ты выключил?
— Потому что там камера видеонаблюдения, именно так, где ты сейчас стоишь.
— Камера? — Мой голос дрожит, у меня была такая мысль, но я приняла ее за паранойю. Ну зачем ставить камеру в кабинете? Это уже наглое вмешательство в жизнь сотрудников академии.
— Камера, — Воронов приближается ко мне, — ты же не думала, что камеры только в коридорах?
— Но зачем?
— Чтобы нас контролировать, ты не забывай, что многие из нас оказались тут по разным обстоятельствам и это точно не за хорошее поведение.
 
— А ты почему?
— У тебя тут личные дела всех учеников, неужели ты еще не посмотрела? — Воронов подходит вплотную и опирается одной рукой на край стола, я чуть отклоняюсь назад, но не могу отстраниться.
Еще немного и я столкну стопки папок, которые складывала весь вечер. Я так сконцентрировалась на папке Кате и на том, чтобы разгадать эту тайну, что об остальном даже не подумала.
— Не смотрела, — говорю честно, — дядя попросил меня о помощи и точно не хотел бы чтобы я в них копалась, тем боле ты говоришь тут камеры…
— Твой дядя не смотрит в них.
— А кто смотрит?
— Директор, пара учителей и пара учеников.
— У меня есть подозрение что ты тоже из числа этих учеников, — нервно сглатываю и пытаюсь отвести взгляд от его пронзительных зеленых глаз.
— Правильные подозрения, Мила, — он проводит кончиками пальцев по моему плечу и в воздухе моментально нарастает напряжение.
— Ром… рома, — голос чуть срывается, и я тихонько прочищаю, горло, — что ты делаешь?
— Касаюсь тебя.
— Ром, не надо. — Снова в голове туман, только и ощущаю жар его губ.
Сердце стучит так громко, что его биение раздается по всей комнате. Оглушает. Воронов скользит пальцами по моему плечу, а затем к шее:
— Скажи мне, Мила, откуда такое рвение помочь своему дяде? — Я вижу лицо Романа, которое освещают уличные фонари.
Глаза кажутся изумрудными, в них можно утонуть. Сорваться будто с пропасти и не выплыть.
Не выплыву.
С каждой минутой, проведенной вместе я понимаю, что все больше и больше погружаюсь в этот омут. Ныряю с головой. Точно не выплыву.
— Ничего, — облизываю пересохшие губы, — ничего, просто хотела помочь, он устал…
— Поговорила о переезде?
— Все как я и думала он отказал.
— Не умеешь ты врать Светлова, — шепчет мне на ухо Роман, — совершенно не умеешь и в этом еще одна твоя прелесть. Расскажи мне, сладкая девочка, что ты тут нашла, а то мне придется тебя обыскать. И я займусь этим делом с особенной скрупулёзностью.
  
Глава 21. Обыск с пристрастием
 
Воронов Роман.
— Тебе лишь бы меня полапать! — Фыркает Мила и уперто поджимает пухлые губки.
Невольно улыбаюсь. Милая Мила. Нежная девочка, которая хочет казаться ледышкой, но как только оказывается у меня в руках, то горит и пылает.
Первый наш поцелуй на футбольном поле перевернул все мои планы. Я чувствую, что погибаю с каждым касанием к ее нежной коже. Кажется, я обречен, и эта девчонка станет моей погибелью.
Нежная, маленькая и хрупкая.
С первого дня как я увидел ее в академии, то она привлекла мое внимание. Она отличалась от других девчонок. В ней не было того пафоса и надменности, как в других.
А еще она не знала кто я и мне это нравилось. Мне нравилось, что она не видит во мне сына состоятельных родителей и выгодную партию. Девчонка просто пытается выжить в этой академии.
Меня тянуло к ней на уровне инстинктов, с первой секунды, как я ее увидел и чем она была неприступнее, тем сильнее к ней тянуло.
— Не отрицаю того, что наша игра приносит мне определенное удовольствие, — сжимаю ладонью ее тонкую талию, она чуть вздрагивает, но не отстраняется.
От ее аромата туман в голове. И как можно так сладко пахнуть?
— Ром, перестань, — капризно поджимает пухлые губки, чем заводит еще сильнее.
Была бы это другая девчонка, я б ее от сюда просто так не выпустил, но с милой Милой хочется иначе.
— Раз ты не говоришь мне правду, то начнем обыск, — провожу пальцами по ее бедру, чуть приподнимая подол юбки.
Меня трясет от желания, но я понимаю, что не могу делать все что захочу. Испугаю малышку. Не удивлюсь, если она еще невинна.
— Рома, — выдыхает с тихим стоном и чуть приподнимается на носочках, хочет ускользнуть. Шепчет так проникновенно, — что ты делаешь…