Хорошая девочка для мажора (СИ)

Нервно сглатываю и делаю еще шаг. Иду по траве. Игроки замирают. Мяч больше никого не интересует, а только новенькая, которая идет через поле. Снова начинает накрапывать дождь.
Я кусаю губы, чтобы хоть как — то сосредоточиться. Воронов стоит и смотрит прямо на меня. Глаза зеленые, как футбольное поле, горят озорными искорками.
Вижу, что с лица Тимура сползает улыбка.
Это конец. То, что я сейчас сделаю назад не вернуть. Подхожу к Воронову и останавливаюсь в полуметре от него. Дождь льет сильнее, но никто не шевелится. Все ждут кульминацию.
Воронов взъерошенный, с мокрыми волосами, на лице пятна грязи, которые делают его еще более привлекательным. Я чувствую его силу в каждом движении, взгляде. Просто стоять рядом с ним не реально, тянет магнитом. Сбивает с ног.
Понимаю, что сейчас могу полностью потерять себя. Еще и на виду у остальных.
Ненавижу этого зеленоглазого и прошу его защиты. Потому что больше не у кого. Я одна.
— Я согласна, — говорю так тихо что даже сама себя не слышу.
— Не слышу, — ухмыляется уголком губ и подходит ближе, — что ты сказала, Мила?
  
Глава 18. Самый сладкий поцелуй
 
— Я согласна, — делаю маленький шажочек вперед.
Воронов кладет руку мне на талию и притягивает к себе. В воздухе искрит электричество от нашего взгляда, а мое сердце снова бьется, как ненормальное. Выпрыгивает из груди, не давая дышать.
Такое ощущение что капли дождя остановились и даже ветер перестал шуршать в листве.
Мир замер в ожидании следующего шага.
Воронов прижимается лбом к моему лбу:
— Ты понимаешь на что подписываешься, мелкая?
— Мне страшно, — шепчу ему в губы, — защитишь меня?
— Да, — он ухмыляется, и я читаю в его взгляде победу.
Я даже готова, что он поцелует меня при всех, но он только прижимает меня к себе, так что я прячу лицо на его груди. Снова слезы… Хорошо, что идет дождь и никто не видит. Тихонько всхлипываю.
Воронов прижимает меня к себе и громко говорит:
— Светлова моя, если кто на нее не так посмотрит, то останется без головы. Уяснили?
Шум дождя становится сильнее, я отстраняюсь от Воронова и смотрю по сторонам. На поле только мы и Тимур.
— Если ты думаешь, что выиграл то ошибаешься, — рычит Тимур на Рому, — все только начинается и теперь играем без правил!
— Что значит без правил? — Я смотрю в зеленые глаза Романа, когда уходит и Тимур.
— Не думай об этом, — он держит меня за подбородок, — я с ним сам разберусь. Идем в комнату, а то замерзнешь.
Но мы никуда не идем, так и продолжаем стоять плотно прижавшись друг к другу. Ощущение, что холода нет. Только жар его тела, а еще возбуждение. Снова чувствую. Неужели я могу вызывать такие эмоции в парне?
Он просто стоит рядом и обнимает меня. Мои руки на его крепкой груди. Провожу пальцами, чуть сжимаю насквозь промокшую футболку.
— Ром, ты меня не обидишь?
— Не имею привычки обижать своих девушек.
Его девушка. Сердце сжимается. Только все это не по — настоящему. Только почему меня так тянет к нему и почему он не выпускает меня из объятий даже когда уже все ушли?
Рома наклоняется к моим губам:
— Готова, мелкая?
— К чему? — Выдыхаю и голос срывается.
Дождь хлещет еще сильнее.
— К поцелую.
— Тут никого нет…
— Нужно репетировать, чтобы потом хорошо сыграть.
— Это же только поцелуй… Ничего не значит, — зачем — то сказала я, будто пытаясь себя оправдать.
— Мелкая, со мной не бывает просто поцелуев. Готова?
Даже шум дождя стих, и, кажется, капли замедлились. Я не ощущала, холода или сырости. Вижу только глаза Воронова. Почему я согласилась? Может дело не только в защите? Может дело еще в том, что меня и правда тянет к нему, как мотылька на огонь.
Спалю свои крылья окончательно. Ползать даже не смогу, не то, что летать.
Мягкое касание губ, заставляет вздрогнуть. Сжимаю футболку Романа еще сильнее и прикрываю веки.
— Только не влюбляйся, мелкая, — шепчет Воронов.
— Сам не влюбляйся, — выдыхаю и приоткрываю рот.
Нет больше сил ждать. Я дрожу от нетерпения. Рука Ромы перемещается на затылок, и он властно прижимает мою голову к себе. Врывается в мой рот языком с таким напором, будто ждал этого вечность.
 
Целует, сминает, полностью владеет моими губами, и кажется, еще разумом. Не могу думать и шевелиться, а только наслаждаться и отвечать на ласку.
Глухо постанываю, кода поцелуй заканчивается.
Мне мало. От этого чувствую себя еще ужаснее.
— Мы влипли, Светлова, — шепчет Роман мне на ухо, а затем берет за руку и тянет в сторону академии. — Бесповоротно и окончательно.
Я молчу, но мысленно соглашаюсь с его словами.
Я бы не поверила никому, если бы мне сказали, что один поцелуй может перевернуть мир.
Мой перевернул Воронов Роман одним поцелуем.
  
Глава 19. Неожиданная находка
 
— Тимур точно не придет? — Стою у дверей своей комнаты, промокшая до нитки.
— Теперь не придет, — говорит Рома, вижу уверенность в его глазах, — твой дядя вернется завтра, но не строй иллюзий на счет защиты с его стороны, а то будешь опять расстраиваться и влипать в неприятности.
— Все мои неприятности начались с тех пор, как я попала сюда, — хочу еще добавить, что еще с тех пор, как встретила его, но прикусываю губу.
Молчу. Как не крути, но сейчас Воронов моя единственная защита.
— Иди спать, Светлова. — говорит Воронов чуть севшим голосом.
— Я не могу понять почему ты это делаешь. — Открываю дверь в комнату, но не ухожу.
Продолжаю стоять на пороге, даже не знаю, что хочу услышать.
— Не думай об этом.
— А почему Тимур сказал, что теперь игра без правил? Что это значит?
— И об этом не думай, — Воронов улыбается. — Просто не думай сейчас и постарайся отдохнуть.
— Мне вообще больше не думать?
— Только об учебе, если хочешь еще когда — нибудь свалить отсюда и получить нормальное образование.
— На данный момент отъезд из академии кажется мне несбыточной мечтой, но оставаться тут надолго я просто не смогу. У меня нет сил противостоять Тимуру.
— Милая Мила, — ухмыляется Роман, таких как Тимур в твоей жизни еще будет много. Нельзя убегать от каждого.
— Я сейчас не в том состоянии, чтобы бороться с ним. Не в том состоянии, чтобы ему противостоять.
— Ты сильнее чем думаешь, мелкая.
***
Я стояла под струями горячей воды часа пол не меньше, пыталась собрать все мысли в голове в кучу, а еще взять себя в руки и последнее было важнее всего.
Воронов.
Гад такой, ворвался в мою жизнь и перевернул в ней все. Теперь только и мысли что о его губах! Невыносимо.
Кажется, он проник по венам в мое тело и теперь заполнил каждую клеточку. И как я за несколько дней дошла от того, что боялась его до ужаса, до того что целовалась с ним на глазах у футбольной команды.
Уснуть не могла долго, ворочалась, постоянно проверяла заперта ли дверь, несколько раз вставала в туалет. К утру не выдержала и поставила прикроватную тумбочку прямо вплотную к двери, чуть наклонила. Если кто — то откроет дверь, то шума будет много. Только после этого смогла уснуть.
Я пропустила пару дней и теперь приходилось наверстывать. Первым делом я пошла к ляле, но он был занят и попросил зайти попозже.
Поэтому я решила сходить на завтрак, а потом на урок.
Столовая была, как всегда, переполнена с утра, я ловила на себе заинтересованные взгляды, кое кто даже поздоровался со мной. Я заняла место за дальним столиком и приступила к завтраку.
Почти сразу в толпе появился Воронов, он сел напротив:
— Доброе утро, — обаятельно улыбнулся.
— Доброе, ты теперь со мной будешь сидеть? — Спросила я.
— Ты же теперь моя девушка, конечно я буду с тобой сидеть.
Все взгляды были устремлены на нас, я отложила ложку и сложила руки на столе, а затем прошептала Воронову: