Восток Соф (СИ)

Тихонько открываю дверь и выхожу на лестничную площадку.
Ноги сами тянут вперед и не отдавая себе отчета я отправляюсь на курсы. Дорога сегодня кажется скучной и длинной. Пассажиры толпами входят и выходят, отдавливают ноги друг другу и все кажутся одной серой массой. Однако на последних остановках то ли от избытка чувств, то ли от строгого голоса рассудка меня начинает охватывать жуткий и пронзительный страх. — Что я делаю? Мне срочно нужно возвращаться! Выхожу на остановке, чтобы пересесть на обратный маршрут. И предчувствия не обманули. Амин стоит у ворот, широко улыбаясь мне. Я холодею, сердце постепенно замирает и страхи накрывают таким валом, что становится плохо и я падаю на скамейку. Амин тут же прибегает и протягивает руки.
— Что с тобой?
Но от страха я не могу, ни встать, ни ответить. И чувствую, что вот-вот, потеряю сознание.
Он берёт меня за плечо, чтобы поднять, но в этот момент у меня из носа капает кровь.
— Да, ты вся побледнела!
И мне самой становится страшно. Что это за чувства которые заставляют изнемогать. Он помогает мне сесть в машину и заводит мотор.
— Куда мы едим? — Тихо спрашиваю я.
— В больницу, конечно. И часто у тебя так?
— Не стоит в больницу, лучше отвези меня домой.
— Не спорь.
Он гонит как бешеный несмотря на то что пережил. И мне от этого еще хуже. Но не успеваю опомниться, как мы уже доезжаем до больницы. Он снова помогает мне выйти хотя я не хочу принимать эту помощь. Я чувствую в себе сопротивления словно хочу умереть, но только чтобы меня не осудили за слабость. Лучше бы я сегодня вообще не выходила из дома. Мы посещаем кабинет терапевта затем нас посылают в лабораторию сдать общие анализы. Я признаюсь себе, что ожидала немного иной встречи. Грубость или хамство, что угодно, но только не сопереживания. И наконец не выдержав спрашиваю.
— Зачем ты помогаешь мне?
— Ты сама знаешь.
— Можешь быть спокойным я совершенно здорова.
— По твоему бледному лицу не скажешь.
Через час мы возвращаемся в кабинет врача, и мои слова подтверждаются.
— Ты абсолютно здорова, — говорит врачи проверяя мои анализы.
— Тогда от чего у меня такая слабость?
— Причин множество, например стресс. Тебя что-то волнует?
— Нет конечно.
— Ты переживаешь о чём нибудь?
— Нет.
— Тогда может быть проблемы в семье?
— И там нет.
Слова врача начинают звучать странно, словно он понимает мою ложь. И приходится импровизировать.
— Я просто ничего не ела со вчерашнего дня. Это может стать причиной?
— Ну конечно. Врач облегченно вздыхает, а я опускаю руки не в силах больше терпеть свои чувства.
— Я же говорила.
Амин улыбаясь смотрит на дорогу.
— Тебя что дома не кормят?
— Лучше чем тебя.
— Неужели? И поэтому ты такая…. он запинается припарковав машину.
— Какая?
Останавливает рядом с кафе.
— Такая… Приближается и смотрит на мои губы, так вожделенно, что мне остается только поддаться чувствам и вкусить запретный плод. Но в это время совесть неожиданно хватает за горло и шепчет:
— Опомнись! Ты взлетаешь слишком высоко, внушая себе призрачное счастье и можешь больно упасть.
— Если я упаду — то он не даст мне разбитая. Отвечаю подавляя голос. Но он продолжал звучать. Не будь так уверена.
Жизнь непредсказуема. Ты таешь от каждого его слова, но что если он подлец и просто играет с тобой. Сейчас твой расцвет, а что будет когда ты увянешь?
Ты должна уважать себя; не давать собой пользоваться.
Время быстро пройдёт и после пару мгновение слабости ты поймёшь, что ошибалась, но будет уже слишком поздно.
И тут я отворачиваюсь. Амин отходит и удивленно спрашивает.
— Что-то не так?
— Это не правильно.
Он выходит с машины и сдерживает эмоции, но видно как сожалеет.
— Хорошо, если ты не готова, я подожду.
— Нет, — отвечаю я выходя за ним. — Ты не понял. Я никогда не буду готова и если тебя это не устраивает, тогда можешь уезжать прямо сейчас. Он хлопает дверью и с минуты смотрит на меня, но потом неожиданно произносит.
— К черту все! Я могу получить любую, а в тебе я хочу душу.
 
— Но…
— Молчи! Тишшш!
Подходит и властно касается моих губ. Я застываю. Хочу взглянуть ему в глаза, чтобы увидеть в них подтверждение правдивости его слов. Но он закрывает их ладонью и порывисто целует меня в лоб. Я открываю глаза и в тот же миг понимаю, что отныне исчезли все мои сомнения и я больше не та Соф от которой хотели только смирения. У меня появилась своя собственная страница в книге судьбы. А Амин не тот кто ненавидит весь мир, он научился любить и станет тем, кто изменит всю мою жизнь.
После этого дня все слова накопившиеся в мыслях наконец были сказаны. Каждый день мы встречались после уроков и дурачились до чертиков. Амин посеял в моем сердце невероятное чувство веры в чудеса возродившее мне новые силы. И я готова была переворачивать горы, и как будто бы окрепла. Когда я успела так вырасти духовно? Удивлялась сама себе. Теперь я чувствовала все по иному, а мысли стали легкими одуванчиками. Я начала задавать себе новые вопросы. Они были о будущем. Неужели это и есть счастье? Мне впервые в жизни захотелось, чтобы директор исчез, испарился и забылся. Я так хотела этого, что заставила себя верить в это. Но счастье часто превращает людей в сумасшедших и я оказалась очень податливым экземпляром. Я стала замечать в себе смелость с которым едва могла справиться. Глубокие чистые чувства толкали меня на безумства частью которых были вспышки протеста и странные поступки.
Однажды когда мы с Амином приехали в ботанический сад я ощутила острую нужду в признание. И решила сначала рассказать ему про договор моих родителей с его отцом, а после поговорить с родителями о нём. Уединившись под широкой беседкой мы сели друг против друга и я спросила.
— Сколько времени нужно, чтобы человек наконец понял чего хочет?
— Смотря от широты его горизонтов.
— Они бескрайние.
— Тут уже время неподвластно, главное, чтобы он испробовал то чего хочет и потом задумался подходить ему это или нет.
— Но если дело касается любви и чувства? Ведь люди часто путают истинную любовь с обыкновенной страстью не так ли?
— И это хуже нападения в чистилище. Я знаю что страсть не щадить тех в кого вселится. Она будет сжигать его пока не испепелить всю душу и поэтому прежде чем произносить слова любви нужно хорошенько подумать не страсть ли это и не обман. Но что ты этим хочешь сказать?
  
27
 
На следующий день мы встречаемся возле моего временного дома. Людские осуждения меня больше не волнуют.
— Я уже заждался, — говорит он.
Я подхожу и отвечаю.
— Я проспала.
Он сразу обнимает меня и это кажется вполне естественным.
— Как поживает моя красавица?
— Очень хорошо.
— А я вот нет!
Целую ночь пытался хотя бы услышать твой голос во сне. Потом проснулся и подумал, что ты привидение и мы больше не встретимся.
— Нет я вполне живая.
— Ну раз так тогда ты должна принять от меня подарок.
Я беру с его рук коробку и разворачиваю. В ней оказалось красивое колечко.
— Теперь я смогу быть уверенным, что ты только моя.
Я надеваю кольцо на безымянный палец, но оно застряло посередине.
— Вот невезуха, — говорит он выплюнув досаду. — Но ничего хочешь я его увеличу?
— Нет не надо я буду носить его на другом пальце. — И я надеваю его на указательный палец. — А ты потом купишь мне еще.
— Ты удивляешь меня. С виду не раскрывшийся бутончик, но рассуждения больше похожи на опытных старушек.
— Я очень счастлива.
Мы выезжаем с переулка и останавливаемся у маленького парка.
 
— Твое невинное лицо такое сияющее, что мне не терпится устроить праздник.
Я инстинктивно высвобождаюсь с его объятий и пройдя в сад сажусь на первое попавшееся место.
— А какой?