"Фантастика 2023-181". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Над люками второго коридора виднелись те же символы, молния и солнечная корона. Проход тянулся на семьдесят или восемьдесят шагов по всей длине корабля, и в обоих его концах Эрик заметил прозрачные переборки. Очевидно, за одной из них находилась рубка – там сидели у экранов два пилота, и рядом медленно вращался грязно-желтый шар, голограмма какого-то планетоида. Отсек в другом конце пустовал, и когда Эрик и его провожатый подошли к нему, переборка беззвучно раздвинулась.
То был салон для отдыха экипажа, тесное помещение с парой пластиковых столов, диванами и утопленными в стенах светильниками. Эрик озирался не без интереса; на таком корабле случалось бывать лишь десантникам в миг ожесточенной схватки, и вряд ли они что-то видели, кроме врагов, горящих стен и разбитых механизмов. Хоть судно выглядело старым, но все же разительно отличалось от скотовоза «Шинге шеге»: всюду порядок и чистота, запахи вполне терпимые, и команда не разбойные оборванцы, а, как говорится, военная кость.
Он покосился на провожатого. Красавец по местным меркам: высокий, с мощной грудью и гладкой сероватой кожей. Мышцы рельефно выступают под обтягивающим комбинезоном, талия перехвачена поясом, к бедру пристегнут бластер... Кажется, парень молод – во всяком случае, физиономия не такая зверская, как у Шихерен’бауха и стражей миссии. Ментальный спектр любопытный – отсутствует инстинктивное неприятие чужака, типичное для хапторов.
– Как твое имя, пха? – спросил Эрик. – Ты из тэдов?
– Чагра’шари, тэд из клана Хаш, – раздалось в ответ. Молодой хаптор говорил с непривычным акцентом – должно быть, родился не в системе Утарту, а на каком-то окраинном мире. Про клан Хаш Эрик никогда не слышал. Вероятно, одна из Новых династий, мелькнула мысль, и сразу за ней пришла другая: как эти Хаш причастны к его похищению?.. Над этим стоило поразмыслить.
– Садись. – Чагра’шари показал на диван, обтянутый потертой кожей. – Садись, ашинге. С тобой будут говорить.
– Кто?
– Тот, кому я служу.
Панель стенной обшивки со скрипом сдвинулась, открыв большой экран. Хаптор шагнул к выходу.
– Ты уходишь, Чагра’шари?
– Да, ашинге.
– Почему? Кстати, меня зовут Рирех.
– Часть того, что тебе расскажут, Рирех, мне известна. Остальное мне знать не следует.
Он вышел. На темном экране мерцали серебристые блестки.
– Не следует, – повторил Эрик. – Ну посмотрим, какие великие тайны мне откроются.
Темнота раздалась, и перед ним возникло лицо Шаххаш’пихи. Хаптор записал изображение в чертоге совета владык – сзади маячили обтянутая тканью стена и хрустальный светильник. Вероятно, это служило напоминанием об их последней встрече.
Над переносицей Шаххаш’пихи покачивался фиолетовый кристалл. Он молча глядел на Эрика, и этот взгляд не обещал ничего хорошего. Определенно не обещал! Глаза Шаххаш’пихи казались ледяными, зубы щерились в угрозе. По спине Эрика поползли холодные мурашки. Что задумал этот урод? Хочет его прикончить?.. Запись – не живое существо, эмоций не считаешь, не догадаешься о тайных мыслях и намерениях... Это было непривычно. Он чувствовал себя беззащитным.
– Мы снова встретились, Рирех, – послышалось наконец. – Ты на моем корабле. Жаль, что он не очень новый и не слишком приспособленный для дальних перелетов... что есть, то есть... Полагаю, ты удивлен?
– Вовсе нет, – шепнул Эрик, и звук собственного голоса помог ему справиться со страхом. – Нет, – произнес он увереннее и громче, – нет! Я тебя уже вычислил, хмырь рогатый! Ну, спасибо... отлично ты нас охраняешь!..
На секунду он забыл, что Шаххаш’пихи здесь нет, и собирался добавить что-нибудь едкое. Запись, однако, шла своим чередом. Выдержав паузу, его обидчик повторил:
– Ты на моем корабле и в моей власти, хотя меня рядом нет. Я занят дознанием, Рирех. Один молодой ашинге, попав на станцию Хочара, влез куда не следует. Глупый щенок... слишком тонкой палкой бил его родитель... Ума не вколотил, и теперь щенка сожгли. Я уже проверил – ни костей не осталось, ни пыли, ни праха! – Шаххаш’пихи довольно ухнул и ощерился. – Знакомая история, Рирех?
 
На сей раз Эрик смолчал. Сказать было нечего.
– Есть другая история, – продолжил его похититель, – та, что ты мне поведал. О твоем предке, служившем Защитником лоона эо три столетия назад. Кажется, его звали Сеги’вадес?.. Твой предок, боевой корабль на борту огромного транспорта, самка лоона эо, которую охраняли ашинге... Вспоминаешь? Однажды транспорт прилетел в далекий мир на границе владений хапторов. Планета Таханги’ту... Транспорт привез агрегаты для управления климатом. Платой за них стал остров с причудливыми скалами и драгоценными камнями... Ты ведь знаешь, что лоона эо собирают всякие редкости. У сервов были устройства для уменьшения масштаба, и они могли взять на борт все эти скалы и камни. Так что, разгрузив оборудование, они опустились у острова на экваторе планеты.
Сердце Эрика забилось чаще, на висках выступил пот. Он позабыл о своих бедах, о неволе и возможной гибели, грозивших ему, забыл о том, где находится. Его внимание было приковано к экрану. Легенда, ставшая внезапно былью, разворачивалась перед ним.
– У этой истории есть продолжение, – раздался голос хаптора. – Не кхаш’хаман, которые ты собираешь, а то, что случилось на самом деле. – Он помолчал секунду. – Случилось между твоим предком и моим. Там, на острове, они встретились – Сеги’вадес и Херир’шаун... Мой родич хотел забрать лоона эо, но твой не позволил. Транспорт поднялся над планетой, за ним выслали погоню, но Сеги’вадес уничтожил четыре наших корабля. Он ушел, опозорив моего предка... Колонизация Таханги’ту была прекращена.
Лицо Шаххаш’пихи потемнело. Кажется, он едва сдерживал гнев.
– В старину говорили: сядь у горьких вод, наберись терпения, и когда-нибудь увидишь, как труп твоего врага поедают синие черви. Ты, Рирех, этот труп! Если бы не твой предок, я был бы сейчас главой процветающего клана, владыкой богатой планеты... Когда Сеги’вадес приземлился на Таханги’ту, там бушевали пыльные бури, ярились вулканы, но острова и часть северного материка уже были покрыты лесами, были проложены русла рек, засеяны поля, возведены селения... Корабль, на котором ты летишь, уже около этого мира. Взгляни, как он выглядит сейчас!
Шаххаш’пихи исчез с экрана. Эрик увидел бурый шар планеты с линией терминатора; шар поворачивался, приближался, отдельные детали становились крупнее, свет сменяла тьма, в небе днем пылали солнца, алое и золотистое, ночью неслись на фоне звезд разноцветные луны. Между двумя материками, северным и южным, простирался океан с многочисленными островами, но нигде не замечалось даже признаков зелени и жилых поселений. На просторах континентов вздымался под ветром песок, кружились в яростной пляске смерчи, текла огнедышащая лава, и сотни вулканов выбрасывали в атмосферу ядовитый дым. В местах более спокойных виднелись бесконечные песчаные пустыни, дикие горы, рассеченные глубокими каньонами, а кое-где – руины зданий и скелеты гигантских проржавевших механизмов. Такие пейзажи выглядели особенно жалкими и унылыми. Заброшенный мир, символ тщеты затраченных усилий...
– Пыльный Дьявол, – пробормотал Эрик. – Петрович... нет, не он, а тот офицер, коммандер Раков, назвал планету Пыльным Дьяволом... Очень, очень точно!
На экране снова возник Шаххаш’пихи. Вероятно, он тоже разглядывал ландшафты планеты, и это зрелище словно состарило его на тридцать лет. Он провел когтистой лапой по лицу и каркнул:
– Хочешь знать, почему так случилось? Что ж, я расскажу. Мой предок был опозорен, он потерял свои корабли, но дело не только в этом. Сервы не забрали остров, их транспорт ушел, и, значит, сделка не состоялась. Все оборудование было дезактивировано, и больше ни один корабль лоона эо не посещал Таханги’ту. Вместо механизмов у Херир’шауна остался лишь остров с грудой бесполезных камней. Он не смог реконструировать планету, его воины и работники умирали в этом бесплодном мире, деревья засохли без воды, дома и фабрики разрушили бури и занес песок... Теперь, когда миновали столетия, в моем клане Хаш всего шесть сотен пасеша и несколько десятков тэдов, которые ютятся в нищете... Скажи, Рирех, разве я не имею права на мщение? – Шаххаш’пихи сделал многозначительную паузу. – Имею, видят Владыки Пустоты! Ритуал соединяет нас, я не могу тебя убить, но мои слуги, те, кто на Таханги’ту, убьют с удовольствием. Сдерут с тебя кожу, выпустят кишки и будут топтаться в них, глядя, как ты умираешь!