Сказание об Оками 4 (СИ)
Под конец его маска восковой куклы все-таки дала трещину. Так полагаю, специально делал вид, что ему все безразлично. Чтобы я на него злилась, а не пыталась найти варианты, как удержать. Чтобы весь негатив на себе, а не клане, сфокусировать. Придурок! Недоработал. Я разглядела слезинку в его единственном глазу. Или мне очень хотелось ее увидеть и я сама ее придумала? Уже и не узнаю.
Он ушел. А я? А я полезла в запасы алкоголя Цунаде и вылакала половину бутылки сакэ, так попросту, из горла. Бухать в моем возрасте вредно? Да и плевать! Я взрослая. И вообще могу выгнать токсины из организма в любой момент, я умею. Просто не хочу. Я бы и остаток алкоголя прикончила, а затем полезла по пьяни разбираться с игорными домами, обкрадывающими мою наставницу, но заявилась Каноно-тян и уложила меня спать, проявив воистину материнскую заботу. Хорошая она все же, хоть и толстая. Наела себе бока, вот Миура-сенсей в ее сторону и не смотрит. Или не потому. Сон меня все-таки победил. Много ли надо выпить тринадцатилетней соплюхе, которая интоксикации сопротивляться не спешит? Легко меня срубило.
Боль – это просто информация и мне на нее положить? Не так ли я всегда рассуждала? Я имела в виду простую боль от дырки в животе и порезанного сталью кишечника. Похмелье – это же совсем другое! Настолько мерзкие ощущения, что как будто бы подталкивают бросить пить. Проснулась и попросту пялилась в какой-то слишком белый потолок.
"Самурай, отравляющий свой разум сакэ, подобен воину, добровольно затупляющему свой меч”, – прозвучал рядышком голос, который я сразу и не узнала. Каждое слово набатом отзывалось у меня под черепной коробкой.
– Бро, я сейчас тебе врежу, – пообещала я. – Только сначала еще немного полежу. Позови Шизуне, а? У нее наверняка есть техники против сушняка. У меня во рту сухо, как в Стране Ветра побывала и песка там нажралась. И привкус еще, будто в тот песок биджу нагадил. А ну не смейся! Твоей сестренке плохо, знаешь ли!
– Цунаде-сама и Шизуне-тян ждут нас на тренировочной площадке. Не убивайся ты так, Оками. Все равно Хатиро-кун тебе не пара, слишком он спокойный и осторожный.
– Да, ты прав. Я уже решила – никаких отношений, и назначу Ская королевским любовником, – братик как-то аж икнул от моего заявления. – Попозже, через пару-тройку лет. Пока я слишком мелкая. Ладно, веди, мучитель.
Добрались до импровизированного полигона, приняли подобие боевой расстановки. Я, Фумито и Шизуне против наставницы. Уже чутка отработали тактику и так запросто ей не сливаем. Но начать не успели, так как к нам выбежал Скай, который как-то автоматом превратился в мальчика на побегушках. Такой, великовозрастный юнга. Не, не буду его в королевские фавориты назначать. Слишком много чести ему будет, хоть он и симпатичный.
– Там письмо из Страны Воды пришло! – выпалил он. – Велели сообщить.
Глава 21
4.21
“Шиноби Киригакуре не попадают в плен, несмотря на ранения. Ваши люди захватили трусливых нукенинов. Отпустите вы их или нет, в Стране Воды всех четверых ждет виселица.”
И печать с камоном Скрытого Тумана вместо подписи. Опять меня с автографом тупорылый ублюдок прокинул. Как будто специально дразнит. Наверное, так и есть. Выведи противника из себя и бери голыми руками. Но какого биджу я ему противник? Мы и не встречались ни разу.
Офигеть у них порядочки в Кровавом Тумане. Понятно, почему Коху и Бьючи с энтузиазмом оттуда свалили. Вопрос в том, что мне теперь с четырьмя кирининами делать. С одной стороны, они знали, на что шли, а с другой – генины там попросту мальчишки. Дети, из которых сделали солдат. Может быть, и правда отпустить их? А дальше сами пусть как хотят крутятся. И че, я сделаю этим мир лучше? Выпустив в него кучку зверенышей, наверняка уже знающих вкус крови? Не то, чтобы я вся такая высокоморальная, скорее наоборот, но убить было бы гуманнее.
– Бро, пойдем посмотрим на этих туманных мудил, – позвала я Фумито. – У меня идея, как пристроить их к делу.
Тюрьму для генинов Кири устроили просто в подвале присвоенного кэпом здания. Там сыровато, но ничего, ниндзя народ крепкий. Руки у всех в тяжелых металлических кандалах, извлеченных из запасов Шохеймару. Когда-то ведь перевозили на моем флагмане рабов-каторжан. Нас с Фумито, например. Отодвинула толстый брус, выполняющий роль засова на массивной двери, которую, пожалуй, и техниками, доступными генинам, не сразу выбьешь.
Трое худых и грязных пареньков повернули головы в нашу сторону. Двое обладают самой рядовой внешностью, у третьего какая-то мутация, окрасившая сейчас грязные и спутанные волосы в голубоватый оттенок и треугольные акульи зубы. Я че, сейчас оказалась на месте самурайских мудил-вертухаев? Ну нет! Пацаны сами к нам приперлись с не самыми добрыми намерениями.
Общую сводку по ним мне почти по возвращению в город выдали. Ничего стоящего. Даже зубастый не клановый, а бастард кланового, не получивший никакого интересного кеккей-генкай. По результатам допроса. Я их не перепроверяла. Надо же доверять своим людям и уметь делегировать полномочия. А то так и буду до старости сама генинов пытать. Мне это удовольствия не доставляет.
– Че, пацанчики, приплыли. Вот ответ вашего Мизукаге, люби его биджу. Хотя, биджу и так внутри него, может быть, они и любятся там. Бро, дай им прочитать.
– Ты что за клоун и кто тебе дал право так с шиноби говорить? – ощерился один из парней. Ну да, я протектор с собой на тренировки не ношу. Вещь ценная, раритетная, Мито-саме принадлежала. Чего такую замусоливать? Еще погнет Цунаде случайным ударом и чини ее потом.
– Ты идиот, Араши, – высказался акулозубый. – Ты что, приметы окружения целей не запомнил? Оками-сама, приношу извинения за сокомандника.
– Что, та самая разрушительница? – вылупились и сам грубиян и еще один мальчишка. На лицах искреннее восхищение, будто кинозвезду увидели. Не игра, хорошие актеры среди шиноби бывают, но не так уж часто. Ну чисто дети же, хоть и с навыками убийц. Вот и как их таких казнить?
– Ага, та самая, – я невольно расплылась в ухмылке. Приятно, когда тебя узнают и уважают, несмотря на то, что репутация моя офигенно преувеличена.
– Вы пришли решить нашу судьбу? Могу я спросить, что стало с нашим сенсеем? – спросил их лидер. Забыла, как его там звали, как-то связано со жратвой, что совсем неплохо. Минато ребенка тоже в честь рамена собирался назвать.
– Ваш старший жив и с ним я поговорю отдельно. Он слишком легко слился.
– Мы и вовсе сдались Сумидаре-сану, – напомнил акуленыш. Остальные двое на него шикнули. А мне вот понравилось, что парень своего учителя выгораживает. Ващет, джонин мне не слишком нужен. Но из этой троицы может выйти какой-никакой толк.
– В моем флоте не хватает матросов, нужны верные люди, которые на ты со стихийным преобразованием воды. Я вам не верю, поэтому каждый получит фуин, которая, если что, взорвет вашу голову. Прямо вот сюда, – я похлопала себя по затылку. – Хорошо себя покажете – от татуировки избавитесь. Вот и все.
– И вас не будет смущать то, что берете на службу дезертиров? – уточнил парень с именем в честь еды. Вспомнила, Сашими. Это каким надо быть затейником, чтобы назвать сына во имя сырой рыбной нарезки?
– Я тоже в некотором смысле дезертир, сбежала из дома, из скрытой деревни, из тюрьмы, из еще одной скрытой деревни…
– Но если мы от вас сбежим? – уточнил тот, который Араши.
– Ага, бегите. Ваш Мизукаге знает, что делать с нукенинами, будете его проблемой. Да, учтите, платить я вам буду, как обычным матросам и вообще не рассчитывайте на быстрый карьерный рост. Но кто себя проявит – получит вот такую штуку. Ублюдку, который скажет, что нет такой скрытой деревни, я его мнение в зад затолкаю, – ткнула в кругляш Водоворота на протекторе Фумито. Он, в отличие от меня, фирменным знаком ниндзя в повседневной жизни не пренебрегает. Редкий фрукт из него получился – шиноби-самурай, взявший, сколько мог, от обеих систем применения чакры. Не уверена, что еще где-то такие же есть.