Купец IV ранга (СИ)

Ну а поскольку огненным порталом могли пользоваться только те одаренные, в чьих жилах текла кровь Пожарских, Камнев с Угловым физически не могли нас сопроводить.
По факту, вместо купели у нас была арена, где имелись специальные крепления для фиксации, а вместо Великого исцеления — полый золотой голем, комплектации «Писарь».
Ну а пока я готовил Галицина к предстоящей операции, у нас и состоялся разговор про его возлюбленную.
И граф сумел меня удивить. Вместо того, чтобы продолжить разговор о своей форточнице, он завел разговор про нашего общего знакомого.
— Ты еще помнишь Анисима?
— Его забудешь, — криво усмехнулся я. — А что?
— Его заказ, Макс, — Галицин посмотрел мне прямо в глаза. — Сколько времени тебе нужно, чтобы его осуществить?
— Минимум два-три года, — навскидку прикинул я. — Но я бы целился в пять лет. Инженерные изыскания, стройка завода и верфи. Научные исследования и экспериментальные цеха…
— У тебя максимум год, Макс, — покачал головой граф. — Составь список всего необходимого, я возьмусь за решение вопроса, как только мы вернемся в Николаевск.
— Это будет дорого, — протянул я. — Очень дорого.
— Деньги будут, — заверил меня Галицин. — Разумеется, неофициально.
— Через Анисима?
— Именно. Все финансы будут проходить через него. И чем быстрее ты выдашь нам магический движитель для кораблей, тем выше будет моя благодарность. Но для этого мне нужна Магда.
— Не поймите меня превратно, Сергей Геннадьевич, — я проверил последнее крепление и посмотрел на графа. — Но вы получаете подвижность, Магду, и шанс найти свою возлюбленную. Это все здорово, но что получу я?
— Можешь не стараться, Макс, — поморщился Галицин. — Я довольно долго в политике и знаю, что такое реализация масштабных проектов. Если ты не обогатишься с постройки верфи, значит ты никакой не Купец.
— Если что я против воровства и откатов, — поморщился я.
— Твое право, — Галицин и ухом не повел. — Камень, дерево, металл, алхимические лаборатории, артефакты, ингредиенты из Проколов… Верфь в Николаевке будет подобна золотому прииску! Ты же, надеюсь, знаешь, кто зарабатывает на золотой лихорадке?
— Знаю, — кивнул я. — Основную прибыль делают не старатели, которые копают землю в поисках золота, а те ребята, кто продает эти лопаты.
— Тогда о чем мы сейчас торгуемся? — вскинул бровь Галицин. — Если не дурак, ты только на одних смежных производствах сделаешь состояние.
— А завод будет…
— Мой, — отрезал граф.
— Наш, — я и не подумал сдаваться. — Или мы делим паи, или ищите себе другого исполнителя. Я буду работать только в качестве партнера.
— Ты не понимаешь, от чего отказываешься, — поморщился граф.
— Прекрасно понимаю, — не согласился я. — Я уже вышел из того возраста, чтобы работать на дядю.
— Какая разница, откуда приходят деньги? — поморщился Галицин.
— Огромная, — не согласился я. — И дело как раз таки не в самих деньгах, а в том, кто контролирует денежные потоки.
— А, Сила с тобой! — если бы Галицин мог, он бы точно махнул рукой. — Десять на девяносто.
— Сергей Геннадьевич, это не смешно.
— Не наглей, Макс, — поджал губы граф. — Ты не вложишь в предприятие ни единой копейки!
— Я уже вложил около пяти тысяч золотых, граф! — тут я, конечно, немного приукрасил, — И мне придется вложить в десять раз больше! Для того, чтобы наладить смежные производства тоже нужны деньги.
— Двадцать на восемьдесят, — скрипнул зубами Галицин.
— Но все эти заводы, — как ни в чем ни бывало продолжил я. — И копейки не стоят без технологии.
— Тридцать на семьдесят, — скривился граф.
— Плюс лояльность местных, рабочие руки и отсутствие препон со стороны местной администрации.
— С этим и я смогу разобраться, — возразил Галицин.
— Не сможете, — покачал головой я. — Возьмем, к примеру, тех же самых Уваровых. Да плевать они хотели на сидящего в столице главу Конвоя! Про Новиковых и вовсе молчу. Меня трижды пытались убить. При том, что все считали меня вашим протеже.
— С протеже ты неплохо придумал, — хмыкнул Галицин. — Было весело наблюдать со стороны, как засуетилась местная шобла. Но ты все равно не убедил меня насчет администрации.
 
— Нужно работать снизу, — попытался объяснить я, — а не сверху. Так будет эффективней. Не секрет, что уйма приказов сверху на местах или игнорируются, или саботируются. Впрочем, если вы хотите, чтобы запуск завода затянулся на пару лет…
— Ты выкручиваешь мне руки! — нахмурился Галицин. — Пользуешься моим положением.
— А вот насчет этого неправда, — спокойно возразил я, отходя от прикрученного к арене графа. — Я выполню взятые на себя обязательства вне зависимости от того, на какою долю мы договоримся. Я за справедливость, Сергей Геннадьевич.
— Сорок на шестьдесят — мое последнее слово.
— Согласен, — можно было еще поторговаться, но предложенные графом условия меня устроили. — Руки пожмем после того, как к вам вернется чувствительность.
— Если вернется… — проворчал граф.
— Зажмите это зубами, — я взял с письменного стола стопку листов и скрутил их в трубку. — Говорят, это очень больно.
— М-м-м, — промычал граф, стискивая зубами импровизированный кляп. — Мавай!
— Даю, — кивнул я и активировал Золотое слияние.
Голем, который только что сидел за письменным столом, поднялся и уверенно направился к распятому на арене Галицину.
Нависнув над графом, он безразлично произнёс.
— Выберите область Золотого слияния.
— Все, кроме головы, — подсказал Виш. — Оставим подстраховочку, да, Макс?
— Все, кроме головы, — повторил я.
Галицин бросил на меня вопросительный взгляд, и я поспешил объяснить.
— Скелет станет золотым, Сергей Геннадьевич. Но голова останется ваша. Будет глупо отдавать контроль над телом какому-нибудь металлумию или, не дай Бог, некроманту.
Галицин неохотно кивнул, и я аккуратно снял голову голема.
— Сделаем из нее хранилище знаний, — шепнул Виш. — Не отдавать же все секреты рода Опаленному?
В этом вопросе я был целиком и полностью согласен с Вишем.
Да, Галицин помог нам добраться до летней резиденции Пожарских, да, он пожертвовал своей мобильностью и подвижностью.
Но я не чувствовал в нем намерения возродить род Пожарских.
Все, чего он хотел — выполнить данную князю клятву, и жить своей жизнью. Что ж, это его выбор.
Я поставил голову голема на сложенный из книг обелиск и хотел было вернуться к Галицину, как глаза голема вспыхнули белым светом.
А у меня в голове раздался безжизненный голос:
— Интегрировать полученный за пятьдесят лет массив знаний в домашнюю стелу Пожарских?
Судя по тому, как вздрогнул Галицин, это услышал не я один.
— Нам нужна своя стела, — подсказал Виш. — Если ты, конечно, решил вернуть этот обелиск…
«Можно ли создать резервную автономную стелу?», — мысленно поинтересовался я у головы голема.
— Формирование резервной автономной стелы займет неопределённое количество времени, — бесстрастно отозвался голем. — Выберите основу!
«Основу?»
— Возьми часть книжек, — подсказал Виш. — И сложи их с другой стороны стола.
«Сколько?»
— Да сколько хочешь.
— М-м-м? — напомнил о себе граф.
— Один момент, Сергей Геннадьевич, — бросил я. — Один момент…
Сначала я хотел взять лишь одну книгу сверху, но стоило мне подойти к книжному обелиску, как меня обуяла жадность.
«По братски поступим», — решил я и с усилием снял ровно половину книг.
— Губа не дура, да, Макс? — усмехнулся Виш. — Две равные стелы… Интересное решение.
Я поставил стопку книг с головой голема с другой стороны стола и отдал мысленный приказ.
— Основа выбрана. Начинай формирование… Хранитель.
— Начато формирование резервной автономной стелы Пожарских, — отозвался голем. — Выберете стелу для хранения духа Милены Пожарской.
«Автономная стела Пожарских!».