Здравствуй, 1984-й

– Я сам. Хочу позвать Фаранову, Архарову, Бочкину, Кузякину, Томнину.
– Ничего ты размахнулся! Не пойдет никто, ну, кроме Бочкиной, ее вряд ли куда позовут еще, – сомневается Кондрат.
Откладывать приглашения в долгий ящик я не стал и на переменке подошел к Архаровой. Вернее, отозвал ее в сторону от группы девочек.
– Вера, можно на пару слов?
– Штыба, ты только пару слов и можешь сказать? – засмеялось девичье стадо, но Архарова, к моему удивлению, не стала ломаться и отошла к окну в конце коридора.
– Что тебе? Говори, только быстро, и сразу скажу за твоего Складнева – можешь не заступаться, я его не прощу, – категорично отрезала она, глядя на меня большими фиалковыми глазами с длинными пушистыми ресницами.
А хороша ведь уже в свои пятнадцать.
– Никуда твой Складнев мне не уперся, я по другому вопросу, – удивляю и немного возмущаю ее я. – Я тебя хотел позвать на речку в субботу, шашлыков поесть. Я ведь после восьмого в техникум поступать уеду. Решил проставиться за свой отъезд, да и день рождения свой отметить.
– Ты не офигел? Бегу уже на шашлыки твои! Делать нечего! Что там делать будем, кроме шашлыков? – ехидно усмехнулась Верка.
– Бухать и целоваться! – удивляю ее до невозможности я.
– Что-о-о-о?! – округляются глаза у собеседницы.
– Вру! Просто целоваться! – опять шучу я и вижу, что шутка не заходит – Верка покраснела аж до цвета помидора.
– Да что ты там себе навыдумывала? Просто с компанией посидим на реке. Будут шашлыки от Тофика и пиво, поиграем в игры какие-нибудь и все! – как могу успокаиваю ее, понимая, что немного перегнул палку.
– С ребятами говоришь, ну-ну. А кто будет? – задумчиво говорит Верка, глядя мимо меня на подружек, отчаянно пытающихся услышать, о чем мы беседуем. – И что за игры?
– Например, «мафия», – говорю я и вкратце рассказываю правила не ведомой никому здесь игры.
– А будет кто? – повторяет вопрос Вера.
Я перечисляю тех, кто согласился из парней и кого хочу позвать из девочек.
– «Мафия» – это интересно, я даже не слышала про такую игру, надо попробовать. А из девочек к тебе не пойдет никто, ну, может, кроме Фарановой, раз у вас такая с ней любовь, – подкалывает меня одноклассница.
– Я попробую все ж. А ты придешь?
Верка осматривает меня с головы до ног – невзрачная одежда, не шибко пока высокий рост, и удивляет ответом:
– А приду! Говори, во сколько. И это… Томнину, Кузякину, Бочкину я сама позову, считай они уже пришли к тебе. Изменился ты, Толик, не внешне, – она еще раз ехидно оглядела мою помятую рубаху и старые брюки, – а изнутри. Уверенный такой стал и смотришь так требовательно, я себя как ребенок чувствую.
Я, глядя на ее детское лицо, чуть не заржал в голос.
– Завтра скажу точно во сколько собираемся, а место ты знаешь – полянка над речкой, – поворачиваюсь и ухожу, провожаемый взорами одноклассниц.
С Фарановой я поговорил на большой перемене во время обеда. Обедала она с младшим братом, который был на класс ее младше и на голову выше. Подсаживаюсь к ним и, глядя на склонившегося к тарелке брата, начинаю разговор.
– Аленка, я после восьмого в техан уеду, вот собираю людей пообщаться напоследок, ну и день рождения у меня в субботу. Хочу тебя позвать.
– Толя! – говорит Аленка, оглядывая красивой головкой на цыплячьей шее окрестности. – Про нас и так всякие глупости говорят! А ты на виду ко мне подсел, да еще зовешь неизвестно куда. Меня девочки замучили уже подколками, я не знаю, что и говорить, мы с тобой даже не встречались ни разу, а они подробностей требуют.
– Шашлык будем есть, в игры играть. Боишься одна, вон брата возьми, – киваю головой на смущенного паренька, с трудом затыкая в себе аргумент о том, что «будет, что рассказать подружкам». – На речке в субботу, время скажу позже! Отказы не принимаю!
– Стой! – шепчет вслед Аленка. – А кто еще будет?
Я перечисляю гостей, сильно удивляя ее.
– Архарова не придет! – категорично заявляет она.
– Сказала, придет, и с подружками, – пожимаю плечами я и иду на урок, даже нормально не пообедав.
 
На уроках получаю пятерку по физике за контрольную, которая была на прошлой неделе и тройку по химии, которую, на мой взгляд, мне натянули. Работает бонус комсомола? Уверен, Николай Николаевич уже всех предупредил об изменившейся политике партии в отношении меня.
Дома решаю поговорить еще раз с бабушкой насчет одежды, и получается удачней.
– Ну, раз ты такой модник теперь, собирайся в универмаг! – говорит она.
Я вспоминаю наш неказистый поселковый универмаг и недоумеваю – одежды и обуви там нет совсем.
– Ба, так там одни хозтовары!
– Увидишь, – сказала бабуля, и мы пошли в магазин.
В нашем поселке было немного торговых точек – хлебный, вино-водочный, ларек «Союзпечать», три продуктовых и универмаг. Были, конечно, еще торговые точки, вроде продажи газет на почте или чая в бане, но это не основные. Универмаг находился в поселковой части поселка и был забит хозяйственными товарами. Отдел с продуктами здесь имелся тоже, а вот одежды там в упор я никогда не видел.
Бабка ходила быстро, и даже я с трудом успевал за ней. Бодрая у меня еще бабуля, это хорошо.
– Света, посмотри на моего внука, надо ему костюм, пару рубашек и брюки заказать, – обратилась к директору она, когда мы пришли.
Внутрь заходить не потребовалось, упомянутая Света находилась снаружи и разглядывала оформление стеклянной витрины.
– Привет, кума. Что, женить парня решила? – тут же пошутила толстая тетка лет шестидесяти, работавшая директором.
– Рано ему, женилка еще не выросла. В техникум будет поступать в Новочеркасске, ну и на выпускной костюмчик надо, вырос он из старого, – проворчала моя бабка.
– Теть Свет, и что-нибудь для физкультуры, кроссовки там или кеды, костюм спортивный, носки можно, – решил обнаглеть с просьбой я, заткнув в себе ответ на фразу, что у меня там чего-то не выросло.
– Хм, ну пойдем, обмерим тебя, завтра-послезавтра машина из нашего орса пойдет, могут и привезти заодно обновки, – махнула рукой директор.
В магазине в подсобке с меня сняли мерки и сказали прийти завтра узнать цену, но бабуля воспротивилась, мол, с этим справится сама. Вот не помню в своем детстве таких услуг по доставке товара, скорее всего, бабуля блат имеет именно в этом магазине. Отец точно имел блат в вино-водочном, а бабуля, значит, здесь.
Вечером делаю уроки. Задали историю. Я ее неплохо знал, но акценты тут другие, пришлось читать учебник. Утречком по холодку добираюсь до школы в приподнятом настроении, и мне сразу его портят.
– Штыба, к директору быстро! – командует дежурный учитель на входе. – Жалуются тут на тебя.
Жалуются? Кто и на что? Быстро поднимаюсь к кабинету директора и захожу внутрь. В кабинете, кроме директора, никого нет. Уже лучше! Наедине прессовать он меня сейчас не станет.
– Хорошо, что пораньше в школу пришел, – обрадовался он моему появлению. – Тут на тебя жалоба поступила, мол, собираешься пьянку устроить.
– Поклеп! Шашлыки и газировка, плюс интеллектуальные игры, – с ходу отметаю обвинения, ворочая в голове мысль: кто меня сдал и так быстро?
– Игры? Что за игры? – Николай Николаевич поднял бровь в удивлении.
Я в нескольких словах рассказал и про «мафию», и про «крокодила».
– Не слышал даже такие игры, но одобряю! Название, конечно, не самое подходящее – мафия. Назвал бы по-другому.
Еще бы он слышал. Ее в таком виде придумали только в восемьдесят шестом.
– А насчет пьянки скажу честно – будет несколько бутылок пива, – сразу сдал сам себя я.
– Гм, Толя… Честность – это хорошо, но как вот мне теперь поступить?
– Там будут пить человека четыре, я наклейки с пива уберу и наклею с газировки. А кто рассказал-то про мой день рождения. Кто-то из девочек?
– Там еще и девочки будут? – непритворно изумился директор. – Никогда бы не поверил раньше, но сейчас тебе верю. Никто тебя не сдал, просто учительница подслушала разговор одного из твоих приятелей и сообщила мне, да ты ее внизу видел, она дежурная сегодня.