Связанная серой (ЛП)

Я спешно вскочила, тяжело дыша и с вызовом глядя на неё. Она как волчица имела физическое преимущество. Но я умнее. Я знала, что я умнее.
Я бросила арбалет, пока Кэссиди трясла головой, отчего в мою сторону полетели капельки крови. Она опустила переднюю часть тела и снова зарычала, готовясь ко второму нападению. Я выждала до последней секунды, а потом, когда она бросилась вперёд, я перекатилась вправо. Она попыталась меня схватить, но я уже вскочила и побежала.
Я не устремилась к открытому пространству; вместо этого я со всех ног бросилась к ближайшему дереву, потянулась к его веткам и подтянулась вверх. Раздался звук рвущейся ткани, когда её зубы схватили мои брюки. Она опоздала самую чуточку; я уже карабкалась прочь.
Кэссиди прыгнула, пытаясь последовать. Но безуспешно. Как я и подозревала, волки не созданы для лазанья по деревьям.
Я карабкалась, пока не встала на крепкую ветвь, одной рукой обхватив ствол дерева, и посмотрела на неё вниз. Её жёлтые глаза сердито сверлили меня взглядом. Внезапно она сбросила шерсть и обратилась обратно, её голое человеческое тело дрожало от не меньшей ярости, чем её волчье обличье.
— Я всё равно могу подняться и достать тебя, — выплюнула она.
Уголки моих губ изогнулись в крохотной улыбке.
— Ну давай, — сказала я.
Кэсссиди зашипела, затем начала взбираться. Однако теперь, уже будучи не в волчьем обличье, она была куда более уязвимой. Я отломила ветку и выставила перед ней, чтобы не подпустить её к себе. Она зарычала, пытаясь не получить по лицу веткой, которой я размахивала.
— Иди нах*й!
Я проигнорировала её свирепый мат и сосредоточилась, шарахнув веткой вниз и сбив Кэссиди на землю. Я позволила своему телу упасть, приземлилась на её плечи и тем самым вынудила развалиться на земле. Затем я извернулась, продолжая давить на неё своим весом. Она ёрзала и начала снова обращаться в волка. Прежде чем она успела завершить трансформацию, я согнула руку в локте и ударила её по голове сбоку.
От удивления она замерла на долю секунды, а потом вырубилась подо мной.
Кто-то позади меня захлопал в ладоши. Не желая рисковать, я оставалась на прежнем месте, но всё же обернулась. Ко мне шла Леди Салливан в сопровождении нескольких оборотней... и Лукаса.
— Так, так, так, — произнесла она. — Я не была уверена, что вам хватит сил уложить волка, и всё же вы справились с относительной лёгкостью, — она посмотрела на бессознательное тело Кэссиди. — Вынуждена принести вам, Мисс Беллами, свои извинения за нападение, которому вы подверглись. Похоже, вы были правы с самого начала. Я получила новости из морга, и в организме бедной Бекки действительно обнаружены следы наркотиков, — она цокнула языком. — Мысль о том, что моя волчица могла пойти против правил, чтобы получить ранг, весьма тревожит, — несмотря на её слова, Леди Салливан не выглядела ни капельки встревоженной.
Лицо Лукаса было мрачным. Его чёрные глаза не отрывались от моих, но он молчал.
— Она убила Тони, — сказала я. — Она убила детектива полиции.
— Да, — Леди Салливан вздохнула. — Я так понимаю, это создаст нам немало проблем. Однако мы адаптируемся. Мы всегда адаптируемся, — она щёлкнула пальцами. Роберт и два других оборотня бросились вперёд. — Теперь мы с ней разберёмся.
«Нет».
— Она моя.
Выражение лица Леди Салливан не изменилось.
— Закон предельно ясен в этом отношении, — она приподняла голову. — Не так ли, старший детектив Барнс?
— К сожалению, да, — Люсинда Барнс двинулась вперёд, появляясь в моём поле зрения. — Передай волчицу.
Обида и злость растекались по моим венам.
— Но как же Тони?
— Уверяю вас, — сказала Леди Салливан, — он будет отомщён.
Я переводила взгляд между ней и старшим детективом Барнс..
— Вы заключили сделку.
— Мы получили некоторые уступки относительно Сверхъестественного Отряда в будущем, — сказала старший детектив Барнс. — Решение проблемы удовлетворило все стороны.
— Не считая мёртвые стороны, — саркастично добавила я.
— Тебя вознаградят за твои усилия, Эмма.
 
Я не хотела вознаграждения, я хотела правосудия. Я почувствовала, как Кэссиди подо мной зашевелилась, поэтому я выругалась и встала. Роберт и его волки практически немедленно схватили её и утащили прочь.
— Детективы поклялись поддерживать закон, — тихо сказала старший детектив Барнс. — Хоть они согласны с ним, хоть нет.
Мне хотелось затопать ногами и закричать. Вместо этого я отвернулась.
— Иди домой, — продолжала она. — Иди домой, обними своего бойфренда и отдохни. Ты это заслужила.
Да, да. Я посмотрела на небо, и там уже появлялись проблески розового — рассвет наконец-то наступал. Я зашагала прочь.
Лукас нагнал меня.
— Это был паршивый поступок, Д'Артаньян. Тебе стоило подождать меня. А как же «все за одного»?
Я не ответила.
— Знаю, ты зла, что Кэссиди отдадут на суд волков, но так будет всегда. Ты изначально это знала. Важно то, что её убрали с улиц.
— Ага.
— Ты должна поздравить себя.
Я глянула на него и выдавила слабую улыбку.
— Ай да я.
Лукас нахмурился.
— Ты в порядке?
— Со мной всё хорошо. Сделаю ровно то, что сказала детектив Барнс, и пойду домой отдохнуть, — я прикусила губу. — Я ценю всю ту помощь, что ты мне оказал, Лукас.
— Всегда пожалуйста, Д'Артаньян. Всегда пожалуйста.
Я улыбнулась, подобрала свой упавший арбалет, затем повернулась к выходу из парка и ушла, оставив его позади. Его вчерашние слова эхом отдавались у меня в голове: «Если смерти произошли примерно в один временной период, это не означает, что они связаны».
Кэссиди отравила Анну, убила Тони, а потом сделала то же самое с Беккой. Но по её словам, меня она не убивала. Кто бы ни перерезал мне горло, он до сих пор на свободе.
  
Глава 28
 
Это не было сознательным усилием. Сочетание абсолютного измождения и инстинктивного стремления домой привели меня в мою квартиру впервые за последние несколько дней.
Джереми уже отправился на работу, и у нас не имелось запасного ключа, спрятанного под цветочным горшком или оставленного у соседей, так что мне пришлось пробираться внутрь через открытое окно в ванной. Манёвр был не из простых, но как только мои ноги опустились на знакомый пол, я выдохнула с облегчением.
Боже, как хорошо быть дома. Несколько минут я просто ходила туда-сюда, трогала вещи и убеждалась, что всё на своих местах. Понимание, что мой дом не изменился, даже если изменилась я сама, сразу помогло мне почувствовать себя лучше.
Я села на диван в маленькой гостиной, опустила арбалет на пол возле себя и улыбнулась при виде портфеля Джереми в углу. Он опять его забыл. На удивление приятно было знать, что здесь всё по-прежнему. Что бы ни случилось за последние несколько дней, я могла ускользнуть в свою прежнюю жизнь. Ничего не изменилось... только я стала другой.
Я скинула позаимствованную одежду и забралась в душ, сделав воду обжигающе горячей. Я вымылась с головы до пят, отскребая кожу так, будто я могла смыть все заботы и тревоги последних дней вместе с чувством вины за то, что я ушла и оставила убийцу Тони в чужих руках.
Не знаю, как долго я пробыла в душе. Слишком долго. Когда я наконец-то вышла, моя кожа была розовой и распаренной. Я посмотрела в зеркало на своё лицо. Я выглядела усталой, но это всё та же я, даже если я не чувствовала себя прежней.
Я сделала глубокий вдох, взяла халат, висевший на двери, и пошлёпала на кухню, чтобы взять что-нибудь поесть. Сначала еда, решила я, потом сон. Когда мой мозг прояснится, я решу, что делать дальше.
Рабочие поверхности на кухне были безупречными. Джереми явно был занят, пока меня не было. Мысль о том, что он поддерживал домашний очаг и искоренял любые следы грязи, лишь усилила моё чувство вины. Мне надо как-то компенсировать это ему; я приложу больше усилий, чтобы соответствовать его ожиданиям.