Связанная серой (ЛП)

И для вампиров тоже, насколько я понимала. За последние несколько дней я натыкалась на сразу нескольких людей, искавших повод избавиться о сверхах.
— Давай сейчас не будем переживать об этом, — отрывисто сказала я. — Давай сосредоточимся на том, кто на тебя напал. Надо их найти, пока Луна не сменила фазу.
— Тони не сказал мне, кто это, — ответила Анна. — Я спрашивала, но он отказался отвечать. Думаю, он боялся, что я пойду и сама её найду.
Или так, кисло подумала я, или же Тони хотел разобраться с этой неизвестной женщиной и доказать детективу Барнс, что он выполняет свою часть сделки. Я провела рукой по волосам. Ну и бардак.
— У тебя тут есть что-нибудь попить? — спросила я. После такого количества алкоголя во рту пересохло, и язык казался чуть ли не пушистым. Мне надо было восстановить водный баланс, и потом уже думать, что делать дальше.
— В мини-холодильнике есть вода и сок, — ответила Анна.
Я пошла туда и открыла его. Потянувшись к бутылке воды, я заметила на нижней полке сэндвич.
— Что это такое? Откуда взялось?
— Сэндвич? — Анна пожала плечами. — Его дал мне Тони. Не для еды, а для хранения. Он положил его туда, когда только пришёл. Он планировал забрать его после заселения в свой номер, но потом позвонил и сказал, что у него проблемы с холодильником. Он заставил меня пообещать, что я его не трону... но даже когда он был свежим, не было поводов для беспокойства. От одной лишь мысли о нём бунтует желудок. Я к нему вообще не подходила.
Я аккуратно достала сэндвич. На нём не было обёртки, но он хранился в пакетике для улик. Я поднесла его к свету, чтобы осмотреть получше. Похоже на сэндвич с ростбифом и квашеной капустой.
— О, — слабо отозвалась я, осев на пол. — О.
— Что такое?
— Что ты ела в утро воскресенья, когда ушла от Грегори? — спросила я.
Последовала секундная пауза, затем Анна ответила:
— Сэндвич с ростбифом, — произнесла она нетвёрдым голосом. — Из магазинчика «Сэндвичи Салливанов». Мой любимый. Я практически каждый день покупаю там сэндвич.
— Тони ты об этом говорила? — я резко повернула голову к ней. — Он знал?
Анна закусила губу и уставилась на меня широко раскрытыми глазами.
— Да. Он спрашивал меня об этом.
Я уставилась на сэндвич в своих руках. Бинго.
  
Глава 26
 
Лукас был единственным, кто остался в баре ДиВейна, помимо бармена. Я подошла к нему, размахивая руками на ходу, и мною двигала мрачная решительность.
— Д'Артаньян. Судя по выражению на твоём лице, ты нашла то, что искала, — пробормотал он.
Я приподняла подбородок.
— Да, — мой голос ожесточился. — Бутч Кэссиди.
— Я практически уверен, что он умер сто с лишним лет назад. Не думаю, что он вообще бывал в Лондоне.
— Да не тот, — я рассказала ему то, что поведала мне Анна, а также про обнаруженный сэндвич.
Он потёр подбородок.
— Значит, Браун посетил этот магазин с сэндвичами, чтобы поговорить с этой Бутч Кэссиди. Когда ты вышла на улицу, он намеренно вызвал у неё подозрения. Он хотел проверить, удастся ли подтолкнуть её к тому, чтобы она продала ему сэндвич с «добавкой».
— Думаю, да. Она хотела ослабить Анну, потому что единственный способ, которым она могла забрать ранг Анны — это открыто бросить ей вызов в полнолуние. Она не победила бы Анну в честном бою, так что решила уравнять шансы. Но она перестаралась, когда испытала Анну в парке. Кэссиди наверняка лишь хотела проверить, что яд работает. К сожалению для всех, нападение заставило Анну пойти к Тони, а это привело Тони к Кэссиди. Намеренно или нет, но он задал слишком много вопросов и получил в ответ отравленный сэндвич.
— Она проникла в квартиру Тони, чтобы убить его и забрать сэндвич.
— Но он уже отправился в отель ДиВейн вместе с сэндвичем. Может, он собирался отдать его на анализ попозже, а может, предвидел, что Кэссиди придёт за ним. В любом случае, она знала, что он догадался, и отследила его до ДиВейна. Она ввела ему тот же яд, что использовала в сэндвиче, и убила его. Она хотела избежать пристального внимания, так что обставила его смерть как аутоэротическое удушение.
 
Лукас нахмурился.
— Но перед этим она разобралась с тобой. Она приметила тебя в магазине и забеспокоилась, что тебе известно то же, что и Брауну. Она также видела, как ты побежала за Беккой, и забеспокоилась о причастности Бекки. Кэссиди запаниковала и попыталась замести следы. Она хотела, чтобы все смерти выглядели по-разному, и никто не сложил картинку воедино. Суицид Бекки. Несчастный случай Брауна. Твоё...
— Убийство, — бесстрастно дополнила я. — И всё потому, что она хотела подняться по иерархии оборотней.
Глаза Лукаса блеснули.
— Если бы ты не воскресла, это могло бы сойти ей с рук.
Я покачала головой.
— Нет. Она небрежна. Она допустила слишком много ошибок. Даже настоящий Бутч Кэссиди в конце получил заслуженную кару.
Он коварно улыбнулся.
— Давай проследим, чтобы и в этот раз так получилось.
— Должны ли мы сначала сообщить Леди Салливан?
— До сих пор практика показывает, что она не очень-то справляется со своими оборотнями. Дальше мы справимся сами, тебе так не кажется? По крайней мере, пока не получим подтверждение виновности Кэссиди, — Лукас подвинулся на дюйм ближе. — Я всегда думал, что три мушкетера — это перебор. Двух с лихвой хватит, — он вопросительно приподнял бровь.
Такой подход противоречил всему, чему меня учили, и всем полицейским правилам, на которые я натыкалась. Но я не из обычной полиции; я из Отряда Сверхов. Я улыбнулась в ответ.
Глаза Лукаса удовлетворённо сверкнули.
— Хорошо, — он показал на мою руку. Я намотала свежее полотенце, так что самой крови не было видно, но невозможно одурачить вампира, когда дело касается горячей, красной, липкой жидкости. — Покажи мне, — приказал он.
Я вздохнула и аккуратно размотала полотенце, вздрогнув, когда оно отклеилось от раны.
Он осмотрел мою руку, нахмурившись при виде явного следа укуса.
— Укус оборотня — это тебе не шутки.
— Что? — легко поинтересовалась я. — Думаешь, я вот-вот обрасту шерстью?
— В таком случае это будет первый раз, когда это получилось с одного укуса, — Лукас поднял взгляд. — Но тебе надо позаботиться, чтобы этого не повторилось. Когда мы наконец-то выследим Кэссиди, позволь мне разобраться с ней. Два укуса за день могут спровоцировать проблемы. Если получишь три... что ж, — он пожал плечами, — это уже гарантированно.
Я моргнула.
— Это настолько просто?
— В превращении в оборотня нет ничего простого, — он цокнул языком и опустил голову.
— Эм, Лукас? — нервно спросила я. — Что именно ты делаешь?
— Расслабься, — пробормотал он. — Я не пью твою кровь. Я буду осторожен.
Я зашипела, ощутив, как кончики его острых клыков задели мою кожу. Затем показался его язык, и Лукас с деликатностью кота лизнул края раны. Я уставилась на его темноволосую голову.
— Мне не совсем комфортно...
Он глянул на меня и показал пальцем. Я посмотрела вниз. Вместо сочащейся крови я увидела стянувшуюся кожу и разинула рот.
— Вампирская слюна обладает множеством целительных свойств, — сказал он. — Мне продолжать, или ты бы предпочла, чтобы я остановился?
— Нет, — прокаркала я. — Продолжай.
Он улыбнулся и снова опустил голову. Ощущение было страннейшим — слегка зудящим, но при этом приятно согревающим.
— Изумительно, — произнесла я, когда он позаботился обо всей зоне укуса.
— Чудеса эволюции, — пробормотал Лукас. — Едва ли людям пристало вываливаться из Сохо, пока кровь хлещет из проколов, оставленных на их теле вампирами, — он криво улыбнулся. — Мы мало что можем поделать с серьёзными травмами, но с такими поверхностными ранами — раз плюнуть, — он облизал губы. — И они обычно весьма вкусненькие.
Я отпрянула.
— Фу, — затем мне в голову пришло кое-что ещё, и я уставилась на него. — Я... я на вкус отличаюсь? От других людей, имею в виду?