Ты извращенец, Гарри! (СИ)

— Приятно слышать такое о своей дочери, но я настаиваю, — тут лицо Демидова приняло строгое выражение. — Вы должны её уволить. Я подготовил для неё место в клинике для аристократов. Всё уже обговорено.
— Клиника для аристократов? — хмыкнул Евгений Александрович. — Вы же понимаете, что это совершенно другая... работа? Чем она там будет заниматься? У аристократов есть родовые артефакты и случаев, когда доходит до хирургического вмешательства, единицы.
— Я думаю, что она найдёт там себе занятие по душе, — хмыкнул Демидов.
— Вот как, — вздохнул старичок и с улыбкой продолжил: — Однако, несмотря на все Ваши старания, я вынужден отказать. Я и не подумаю её увольнять, пока она сама об этом не попросит.
— То есть вы решили перечить княжескому роду, — хмыкнул Семён Аркадьевич.
— Выбирая между гневом княжеского рода и рода Мрак, я предпочту Ваш гнев. Вы же понимаете, что с момента вступления в род, она больше не Ваша дочь, и права распоряжаться её судьбой у Вас нет?
Демидов сжал челюсти и прошипел сквозь зубы.
— А раз так, то всё, что я могу — это сообщить, что Вы вырастили очень упорную и способную девочку. Если она не остановится, то её ждёт блестящее будущее.
Глава Демидовых тяжело вздохнул, а главный врач тем временем продолжил:
— Целители очень сильно полагаются на магию. Я видел парочку, что за несколько лет работы не прикасались к крови и вливали безумное количество силы, дабы выровнять ситуацию исключительно силой. Два-три целителя с полными резервами на один аппендицит — это последствия того, что они не знают что такое хирургия. Да, они филигранно владеют силой, но тратят ее столько, что даже думать страшно. А Ваша дочь... Ваша дочь свела смертность в нашей больнице на такие показатели, которых у нас никогда не было.
Старичок поднялся.
— Простите меня, Семён Аркадьевич, но говоря откровенно, я сделаю всё, чтобы Ваша дочь как можно дольше работала и набиралась опыта. И не только из-за смертности. Такие целители рождаются редко.
— Способные? — хмыкнул Демидов.
— Нет. Те, кто не живёт предрассудками и добивается своей цели, несмотря ни на что. Кровь, грязь, простолюдины... Она идёт к своей цели и я рад, что могу указать ей кратчайший путь. Путь постоянной, сложной и очень редкой практики.
— Я Вас понял, Евгений Александрович, — встал Семён Аркадьевич и, взглянув на руку, которую ему протянул главный врач, пожал её. — Я попробую решить этот способ другим путём.
— Всё в ваших руках, — пожал плечами старичок.
Демидов покинул кабинет и уже через пару секунд оказался на улице, рядом со своим артефактным автомобилем. Водитель услужливо открыл перед ним дверь, но тут раздался гул.
Семён Аркадьевич поднял голову и обнаружил, что на площадку, рядом с приёмным отделением, приземляется артефактный автомобиль белого цвета с красными крестами.
Как только он коснулся земли, то двери тут же распахнулись, и из неё выскочили несколько человек, открывших большую дверь и выкативших каталку, на которой было изуродованное тело в крови.
Медики тут же подхватили каталку и быстро покатили её в сторону приёмного отделения.
— Семён Аркадьевич? — подал голос водитель.
— Жди, — ответил Демидов и направился в приёмное отделение вслед за каталкой.
Войдя в приемный холл, он обнаружил сразу трёх врачей, среди которых обнаружил дочь в белоснежном костюме.
— ДТП, травматическая ампутация левой ступни по голеностопный сустав.
— Ступня где? — тут же строго спросила Дарья.
— Несут, в холодильнике, — ответил мужчина.
Тут в приёмном покое появился упитанный мужчина. Он подошёл быстрым шагом, покосился на вбежавшего санитара с термосумкой в руках и недовольно буркнул:
— Ну, и чего ждёте? Мрак, в операционную! Быстро!
Дарья мигом унеслась по коридору, а за ней поспешили санитары.
— Так, а Вы родственник пострадавшей? — обратился к нему заведующий отделением.
— Нет, — смутился Семён Аркадьевич.
— Тогда покиньте отделение и не мешайте работать, — буркнул доктор и быстро направился по коридору вслед за Дарьей.
 
* * *
Гарри тяжело вздохнул и поставил на стол поднос, усевшись напротив Мусаевых.
— Что за тяжёлые вздохи? — хмыкнула Катя, ковыряя вилкой свой салат.
— По-моему, я переусердствовал с мотивацией супруг, — буркнул парень. — Третью ночь один сплю.
— А Света? — изумилась Екатерина.
— Выжимает из себя всю силу на тренировках, — пояснил парень. — Приходит и падает сразу. Она сейчас со старшекурсниками свой щит тренирует. А Даша, если и приходит домой ночевать, то тоже едва ноги до постели доплести может.
— Так, может, ты им об этом намекнёшь? — спросил Борис, с деловым видом разделывая свою отбивную.
— И испорчу их пыл и настрой на дополнительную работу? — хмыкнул Мрак-Беленький.
— Ну, тогда отвлекись, — предложила Катя.
Гарри вздохнул, пододвинул к себе сырный крем-суп и спросил:
— Что Ляшев говорит по поводу орудия нашего?
— Дорого, сложно, — пожал плечами Боря. — Армейцы завернули прототип.
— В принципе, как и ожидалось, — ответил друг. — Про надежность и возможности они думать не станут.
— А ты сам что решил?
— Решил, что батарею из двадцати орудий я потяну, — задумчиво проговорил Гарри. — Тем более, деньги накопились.
— Месторождение рода? — вскинул брови Мусаев.
— Нет, там только начали добычу. Сейчас предприятие переработки делают. Это надолго. Мне за проклятье онкологии деньги перечислили.
— Тебе перечислили деньги, а ты даже подарки супругам не сделал? — возмутилась Катя.
— Не жили богато и нефиг начинать, — буркнул Гарри, зачерпнув ложку супа. — Сейчас я их приучу к подаркам, а потом буду ради таких подарков пахать.
— Подарки лишними не бывают, — недовольно буркнула девушка.
— Пушки тоже лишними никогда не будут. Тем более, у меня Орловы без артиллерии. А так и опробовать можно, и сэкономить на вызове вояк во время волны, — недовольно проворчал Гарри. — И вообще, что я буду дарить супругам, у которых и так всё есть?
— Ну, начнем с того, что подарок не обязательно должен быть нужным. Это может быть простой безделушкой. Дело ведь не в подарке, а во внимании. Ты мог бы им хотя бы цветы купить.
— Зачем покупать, я и сам могу сделать...
— Не те цветы, что жрут всё, что только можно, а обычные красивые цветы.
— И как цветы могут дать понять, что мужу хочется ласки, а не пустую кровать, в которой свободно, но жутко одиноко?
— Иногда цветы помогают, — заметил Боря.
Гарри тяжело вздохнул.
— Ладно. Допустим, — буркнул он.
— Ты, кстати, тоже где-то постоянно пропадаешь, — заметила Катя.
— Трактат замудренную тему начал разбирать, — вздохнул Гарри.
— Что за тема? Интересная? — тут же оживился Боря. — Для снарядов использовать можно?
— Нет. Разбираю тонкие проклятья по системе Виктора Мрак.
— Что-то не слышал о таком, — нахмурился друг.
— Слабый некромант был, но очень уж характер у него противный был. Любил проклинать, но так, чтобы жертва не заметила. Прям сильно заморачивался по этой теме.
— В смысле «никто не заметил»? — спросила Катя и закинула лист салата в рот.
— Ну, вот так. Поскользнулась ты и упала. Или вот каждый раз перед тобой лифт в доме кто-то вызывает, а он уезжает перед твоим носом. Или на машине едешь, и перед тобой постоянно образуется пробка.
— Как-то мелко, — фыркнула Катя.
— Да, но зато ни одна проверка проклятья не покажет, — хмыкнул Гарри. — В этом и вся суть «тонких» проклятий, но мне кажется, они недооценены.
Видя, как друг с прищуром на него взглянул, молодой некромант продолжил:
— В общем, я когда задумался, то... — тут Гарри подался вперёд и шепотом спросил: — А что будет, если навести проклятье так, чтобы у цели рядом не оказывалось бумаги во время того, как он ходит в туалет?
Борис приподнял брови, а Катя недовольно сморщилась.