Нарисуй меня (СИ)

— Шеф предложил попробовать, — тихо отвечаю я. Сейчас как никогда отчетливо осознаю, какая на самом деле между нами пропасть. И дело совсем не в возрасте или опыте. — У меня сестра модель, попросил ее заменить. Я думала…
— Марина, я хочу тебя видеть там своей гостьей, а не девочкой в дверях, — перебивает меня Генварский. — А ты чего хочешь?
  
Глава 11
 
— Добрый вечер! Мы очень рады приветствовать вас на нашей выставке авангардной живописи. Позвольте вас проводить и показать…
Первые полчаса как в тумане — заученные фразы, приклеенная улыбка и вымуштрованная походка а-ля По. Перед глазами мелькают лица «випов» — я их всех выучила за эти дни, еще чуть-чуть, и начали бы сниться, зато пока никого ни с кем не спутала.
Художник-авангардист Николай Алексеев, чью выставку спонсирует компания Максима, стоит в самом центре зала, окруженный тремя девицами из вечно скучающей золотой молодежи. Одну из них я видела у нас в училище. Подружка Голованова, между прочим. Ректор с семьей тоже числится в списке особо приглашенных гостей, но пока они не приехали. 
«Все нормально?» — одним взглядом спрашивает Мих Мих, он в пяти шагах от меня обхаживает владелицу галереи.
«Все нормально», — едва заметным кивком отвечаю я. Шеф тут же отворачивается и уводит свою даму вглубь зала.
Максима еще нет. Приедет только к семи вечера, то есть через полчаса. И то, если его деловая встреча не затянется. И он не в восторге, что сегодня я работаю на его вечере.
— Я могу сейчас же позвонить твоему боссу и все уладить. У тебя не будет никаких проблем. 
И ведь я тогда чуть не согласилась. По даже сомневаться не стала бы. Как и другие девчонки из агентства, которые в шикарных взятых напрокат коктейльных платьях дефилируют по залу с гостями.
— Не сомневаюсь, что можешь.
Я и правда верила, да и сейчас верю, что Мих Мих сделал бы все, что захотел Генварский. Но вот хочу ли я этого?
Он минуту молчал, не меньше, когда во вторник утром я сказала, что буду просто хостес, а не его гостьей. Про то, что ночью почти не спала, говорить не стала, как и про то, что мне деньги нужны, что от таких предложений у нас в агентстве не отказываются, а если отказываются, то тут же уходят. А я не могу, и у меня По в больнице. И если он после этого… ну, значит, и не было ничего. Никогда минута не длилась так долго, как тогда.
— Хорошо, я понял, — ответил он совершенно спокойно, хотя я ожидала услышать раздражение в голосе. — Тебе прислать книгу по авангардизму? Алексеев, на мой взгляд, совершенно бездарно пытается подражать Пиросмани, но это мое мнение, не покупателей. 
Я облегченно выдохнула. А вечером в офис доставили букет белых роз и книгу. Оставшиеся пару дней мы практически не общались: некогда было — у него какой-то сбой в проекте, а я не расставалась со сценарием. Не представляю, как мы с ним сегодня встретимся. Что он скажет? Как отреагирует на меня? Я же просто хостес, нанятая на вечер модель, лица которой никто утром даже не вспомнит.
— Ты ослепла?! — не разжимая губ, прошипела возникшая словно из воздуха Марго, и я вздрогнула от неожиданности. — Спонсоры приехали!
Их трое — стоят у входа, озираются по сторонам и явно ждут. Ждут, когда к ним подбегут, возьмут под руки, наговорят кучу комплиментов. И это должна быть я! Уже бегу, ну почти. В таких местах можно лишь грациозно двигаться, насколько это позволяет узкое в бедрах платье!
Двое мужчин и одна женщина. Я всех их знаю, не только по фото. Денис Дугин, длинноволосый красавчик с хищной улыбкой и правая рука Генварского. Я его видела, когда убегала с презентации книги. И не только с ним — рядом с Дугиным стоит шатенка, ее я чуть с ног не сбила тогда, так торопилась на работу. Инна Лукьянова, фигуристая барышня с кукольным немного нервным лицом. По ней и не скажешь, что в свои двадцать два года она уже сумела сделать неплохую карьеру, съев по дороге парочку конкурентов. А вот третий… его я не ожидала здесь увидеть. Нет его в списке «випов». Пусть он меня не запомнил! Пожалуйста!
 
— Добрый вечер! — обворожительно улыбаюсь отнюдь не святой троице. — Позвольте вас проводить…
— А Миша где? — в упор меня не видя, спрашивает Лукьянова  у Дугина. — Ладно, неважно, я вижу Колю. Денис, просигналь, когда Макс приедет. И где тут шампанское?! Пора уже отдохнуть.
Не замечая насмешливого взгляда Дугина, она направляется прямо к художнику. Невольно смотрю ей вслед — люди перед ней расступаются, уступают дорогу. Всего на три года меня старше, а какая уверенность!
— Так куда вы нас хотели проводить, а? — В голосе Дениса слышится неприкрытая ирония. Со мной первый раз такое за вечер. Все другие гости вели себя очень воспитанно.
Не успеваю даже толком ответить, потому что меня вспомнил третий. Последний в этой троице и явно самый противный.
— А я тебя знаю! Помню-помню! — Рядом чувствую тяжелое дыхание «папика», который совал мне свою визитку на злополучной презентации. — Ну пойдем уж!
Своими толстыми пальцами он крепко сжимает мой локоть, мне хочется вырваться и заехать ему хорошо так между глаз. Дугин стоит рядом, уходить не торопится, просто рассматривает нас, ситуация его забавляет.
— Господа! — за метра три до нас чуть ли не кричит Мих Мих. Вот он как раз торопится, пока я безуспешно пытаюсь освободить свою руку. — Господа! Для нас большая честь, что вы нашли время прийти!
А сам уже бросается с «папиком» обниматься, я чуть рот не открыла, хорошо, вовремя опомнилась. Просто Мих Мих очень сдержанный человек, дистанцию всегда четко держит с людьми, а тут… «Папик», к слову, тоже ошалел, но покорно позволил себя обнять, даже меня выпустил. Я медленно выдохнула. У нас есть четкие указания, как себя вести, если кто-то из гостей начинает приставать, но тут и предпринимать ничего не пришлось.
Продолжаю стоять около входа, еще нескольких «випов» ждем. Краем глаза замечаю, как «папик» снова направляется ко мне, но его перехватывают двое охранников — могучие ребята в костюмах. А мне некогда смотреть, что там с ним дальше, потому что опять гости. И снова знакомые.
— Добрый вечер, господа! — Я заученно улыбаюсь нашему директору Голованову, его миниатюрной жене и Глебу, которого успешно избегала последние несколько дней. Но, похоже, на этой выставке решили собраться все лучшие люди нашего города. Смотрю на директора и стараюсь не замечать презрительную улыбку его сына. Ну да, прислуга, а он хозяин мира. Проходили уже, и не раз.
К семейству Головановых уже подскакивает галеристка, обхватывает за плечи жену директора. Понятно, тут главное — не путаться под ногами, поэтому отхожу чуть в сторону.
— Надо же, а я тебя даже не сразу узнал, Мариш!
Глеб никуда не делся, стоит рядом и демонстративно рассматривает меня с ног до головы. Пялится на мою грудь, даже не скрывает, хочет, чтобы я это видела, чтобы все видели!
— Значит, гостей встречаешь, да, Мариш? А что еще делаешь, а? Где твой прайс?
Он довольно смеется, словно сказал что-то забавное. Ловлю взгляд одного из охранников, но едва заметно качаю головой — сама справлюсь с придурком.
— Глеб, прайс только в твоем воспаленном мозгу, проходи в зал, возьми шампанское и расслабься. 
— Я с тобой хочу расслабиться. — Голованов похабно скалится.
Слышу за спиной быстрые шаги, обернуться не успеваю, зато наблюдаю, как Глеба бесцеремонно отодвигают в сторону.
— Уборная прямо по коридору и направо, юноша. Там расслабляйтесь!
 
Поднимаю взгляд наверх и вижу ярко-зеленые глаза Генварского. В пиджаке, но без галстука, ворот рубашки расстегнут, он явно устал, но сейчас улыбается мне. И я вижу в его глазах нежность, которую он даже не пытается скрыть.
— Ну здравствуй!
  
Глава 12
 
Мне немного неловко, радостно, но все же неловко. Без капли смущения Максим берет меня под руку и ведет прямо в центр зала, заставляя многих оборачиваться на нас. Ловлю удивленные, а иногда и любопытные взгляды незнакомых людей. Вижу, как сузились глаза Инны Лукьяновой, как загадочно улыбнулся Дугин, поигрывая бокалом с золотистой жидкостью. Как хищно оскалилась блондинка, которую я видела у нас в училище, как добродушно улыбнулся директор. Похоже, на картины Алексеева гости уже насмотрелись, и душа требует иных зрелищ. А может, это просто моя буйная фантазия разыгралась, и я перекладываю на других свою неловкость. Зато ослепительно улыбаюсь всему миру, опираясь на локоть Максима. Марго с Мих Михом должны быть довольны.