Три дня любви (СИ)
— Ничего не понимаю, — простонала я. — Что за дело Попова?! Кто это, вообще?!
— Да какая разница?! Нужно сделать так, как я говорю! Пусть Оля скажет это Андрею и добавит, что это передала я. Но обо мне не должно быть ни слова, когда Андрей и Саша будут говорить. Как и о тебе, Каролина.
— Я ничего не понимаю, мама…
— И не нужно! Главное, чтобы это всё произошло до того, как ты завтра будешь давать показания. Так тебе не придётся его там подставлять с его обманным заявлением, он сам всё это быстро закончит. Я бы и сама поговорила с Андреем, но не могу. Не дай Бог, кто-то увидит!
— Так, мама, — решительно выдохнула я, подозревая неладное. — Почему ты постоянно называешь его по имени? Что за дело Попова? Что вообще происходит, и как это связано с семьёй Алиевых?! Ты что, собираешься шантажировать папу?!
— Не я.
— Тем более! — воскликнула я, не веря в происходящее. Мы точно в параллельном мире. — Ты что-то знаешь об отце? Что-то плохое, да? Что?! И ты готова отдать это его врагу?! Ты в своём уме?!
— Да где я сказала про "отдать"?! — тоже повысила голос мама, потом устало потёрла виски. — Господи, ты думаешь, мне всё это нравится? Но другого выхода просто нет, Каролина! Андрей не будет его шантажировать, только припугнёт, чтобы Саша остановился! Мы же не скажем ему больше этой фразы. А отец угомонится, и все разойдутся с миром, о нас никто и не узнает. Если Ольга твоя, конечно, не проговорится никому.
— Мама, что за дело Попова? — не отстану я!
— Каролина, — вздохнула она. — Ты можешь просто сделать то, что я говорю? Он твой отец, не важно, что там было в прошлом! Всё прошло и забыто!
— Нет, если ты собралась рассказать это его врагу.
— Ничего я не буду рассказывать, я уже сказала тебе. Мы просто припугнём.
— Но если есть, чем, то я должна знать!
— Нет, — категорично ответила мама. — Я не могу сказать.
— Тогда и я не могу, — решила я. Судя по всему, это правда что-то ужасное и серьёзное, и подставлять так отца… я боюсь. — С чего ты вообще взяла, что Алиев нас станет слушать, потом не сдаст нас, а после не станет копать по поводу этого "дела Попова"?!
— Если Оля скажет ему, что я попросила, то он сделает, — будто признаваясь в убийстве, сказала моя мама.
ГЛАВА 10
ГЛАВА 10
Наступило угнетающее молчание. Я мысленно предполагала наихудшие варианты ответов мамы на мои вопросы, она же, видимо, не решаясь сказать мне всё сама, ждала.
— Насколько близко вы знакомы с Андреем Алиевым, мама? — наконец, проговорила я.
Сначала она без конца называет главного врага своего мужа просто по имени. Потом этот самый муж неожиданно ведёт себя так, словно с цепи сорвался, когда в его жизни вновь начинает мелькать некая фамилия, а теперь мама говорит, что, так сказать, враг семьи, оказывается, без вопросов просто сделает так, как она просит. И даже не станет соблазняться зацепкой, возможностью шантажировать, не станет ничего узнавать, чтобы закопать моего отца в ответ, ведь мы сами подкинем ему эту идею. Не странно ли? Ведь явно в этом "деле Попова" есть что-то, что может сыграть против моего отца, если мама уверена, что одно только напоминание об этом может остановить его. И ещё она странно слепо доверяет Алиеву, утверждая, что он точно просто реально сделает так, как она попросила. И, внимание, вопрос: а во мне ли только причина таких психов отца, или ему просто надавили на больную мозоль одной только фамилией, с которой, оказывается, что-то связано и у моей мамы?
После моего вопроса мама ещё немного помолчала, потом, видимо, решившись, выдохнула:
— Ты же не отстанешь, верно? Близко мы знакомы, но всё в далёком прошлом.
— А точнее? — мой подбородок даже вытянулся от изумления и любопытства.
Не может быть.
— Да это было сто лет назад, Каролина! — устало воскликнула мама, потом цокнула: — Ну, встречались мы, после школы, недолго совсем. Потом разъехались, я встретила твоего отца, Андрей тоже женился. Всё, конец истории.
— Совсем недолго, но ты уверена, что он выполнит твою просьбу? — скептически приподняв бровь, поинтересовалась я, пытаясь разогнать из головы образы, сравнивающие мою историю с Ромой и историю моей мамы и его отца.
Надо же, как бывает. Интересно, а знает ли об этом Рома? А вот мой отец знает точно.
Мама закатила глаза:
— Уверена. Первая любовь, и всё такое. В память о чувствах.
— А вы с того времени не виделись? — осторожно спросила я.
Ведь она прямо уверена, ну не спроста же! Ты не видел человека сто лет, а потом просишь его кое-что сделать, и он делает, без вопросов, разве так бывает?
— Виделись, конечно, мы же живём рядом. В смысле, виделись случайно.
— Но папа ведь из-за тебя и него психует?
— Ну… и это тоже. Он ведь Андрея тоже давно знает, и знает, что мы… блин, Каролина, ну какая разница?! Мы сейчас только время теряем! Тебе нужно поговорить с Ольгой, а в истории, которую ты выпытываешь у меня, ничего интересного нет! Всё было давно!
— Хорошо, — согласилась я. К этой истории мы вернёмся позже. — Что там за дело Попова?
— Ты издеваешься? — снова недовольно цокнула мама. — Уж это я тебе точно не расскажу, как ни спрашивай. Это тоже было в прошлом, и уже забыто.
— Так забыто, что мы собираемся шантажировать этим делом папу? — стояла я на своём.
Мама вздохнула:
— Мы не собираемся, я же тебе уже всё объяснила.
— Мам, я не буду Олю просить, — со вздохом решила я. — Это не честно. Честно будет мне поехать завтра в участок и рассказать правду. Без вранья отца и шантажа. Он наворотил, пусть и разбирается, но без подлости с нашей стороны.
— Он примет за подлость то, что ты не скажешь так, как он требует, — печально произнесла мама. — У меня был только один вариант, как направить его гнев не на тебя. Так бы он злился только на Андрея, как обычно. А будет ещё и на тебя.
— Пусть. Зато мы не будем его предавать и подставлять. Мало ли, я вот Алиеву не доверяю, — тут, конечно, стоит уточнить, какому именно Алиеву, ведь с одним из Алиевых я сегодня собираюсь встретиться, и не в первый раз.
— Хорошо. Пусть будет так, как ты решила. Ты взрослая — делай, как считаешь нужным, — мама поднялась и направилась к двери. — Я тебя в любом случае поддержу. Обеих не убьёт, — ободряюще подмигнула она.
— Мам? — позвала я, когда она уже открыла дверь. Пусть, она не хочет об этом говорить, но одно мне всё же очень интересно: — Ты любила его? Андрея.
— Да, — тихо ответила она, грустно при этом улыбнувшись.
— Тогда почему вы…
— Я испугалась, — перебила она.
— Чего?
— Того, кем он становился, — мама тяжело вздохнула и покинула мою комнату.
Что ж, видимо, папа насчёт старшего Алиева всё же не преувеличивал. Да что там, о нём ведь весь Ростов говорил, Андрея Алиева до сих пор побаиваются. Это же надо было себя так зарекомендовать, чтоб так надолго запомнили. Надо же, он был первой любовью моей мамы, а теперь я встречаюсь с его сыном….
После разговора с мамой я всё раздумывала над тем, что узнала, а потом, ближе к одиннадцати, мне пришло сообщение от Ромы:
"Не смогу сегодня прийти. Отец с меня глаз не спускает, и спать что-то совсем не собирается. Сказал, чтобы я сидел дома, пока ещё во что-нибудь не вляпался. Знал бы он, что я уже вляпался…".
Я грустно вздохнула. Мы не увидимся сегодня, жаль.
"Поняла. Но знай, что я собиралась."
И пусть, что мои родители тоже ещё не спят — я слышала, как они снова ругались, когда папа недавно вернулся домой. Я бы нашла способ слинять, я хотела к Роме, и он должен об этом знать. Хотела рассказать ему историю наших родителей, представляя, как бы мы смеялись над иронией судьбы после моего рассказа, если он ещё не знает об этом.
"Это неожиданно!" — съязвил он в ответ.
"Завтра ты поедешь в участок?"