Инга (СИ)

— Ого! А куда это? — поинтересовалась Инга.
— Туда, — неопределенно махнул рукой Митрич. — На остров.
— Девочки, давайте-ка рассаживайтесь, — скомандовал Максим и, обернувшись, спросил у егеря: — Митрич, а спасжилеты есть?
— Под сиденьем.
— Так! Все обязательно надеваем жилеты и застегиваемся, — опять скомандовал Максим, доставая из-под сидений оранжевые жилеты. — Без разговоров.
Никто, собственно, и не спорил. Все знали, что Максим имел приличный туристический опыт, поэтому Артем послушно надел жилет на себя и помог застегнуться девушкам. После этого, дождавшись, когда все рассядутся по местам, Митрич плавно вывел лодку подальше от берега и там уже дал полный газ.
Катер вышел на глиссер 6, и все ощутили, как их моментально вдавило в кресла. От ветра и брызг спасало стекло, да и вообще погода стояла чудесная: даже на воде чувствовалось, как припекает солнце. Поначалу девушки от испуга вжали головы в плечи, но вскоре заулыбались, а еще через несколько минут начали фотографировать друг друга и проплывающие мимо пейзажи.
Спустя некоторое время все успокоились и притихли, дожидаясь, когда, наконец, прибудут на место. Казалось, одному только Митричу было все нипочем, и на вопрос Максима: «Долго еще?» — он опять неопределенно махнул рукой. А ты уж там сам думай, что это значит. Лишь потом, когда Максим получше узнал и самого Митрича, и здешние места, он понял, что означал этот жест, а пока оставалось только с этим мириться.
Филипп на берегу их не встречал и платочком с мостков не махал, зато совсем недалеко от причала, среди сосен, виднелось несколько деревянных коттеджей. Судя по всему, дома были построены недавно, и это вселяло оптимизм. Митрич определенно не был из разряда лодырей — он и на этот раз подхватил выгруженные из лодки чемоданы и понес их в сторону дальнего от мостков коттеджа. Путешественники, начиная привыкать к его манере общения, взяли остальные вещи и направились за ним.
Напоследок Митрич их озадачил:
— Как насчет баньки? — неожиданно спросил он, поставив чемоданы на крыльцо. — Есть желание?
Ребята переглянулись: предложение было заманчивым, но после долгой и утомительной дороги все чувствовали себя подуставшими и не знали, как поступить.
— Ладно, я баньку по-любому буду топить, а вы, если надумаете, через часок подходите, — сказал егерь и толкнул дверь в коттедж. — А пока располагайтесь. Филипп Андреич не вернется до самого поздна.
— А где банька находится? — на всякий случай поинтересовалась Инга.
— На берегу, за домом, — ответил Митрич и вышел.
— Там! — подражая ему, неопределенно махнула рукой Марго, как только закрылась дверь.
Все улыбнулись и пошли осматривать помещение.
В коттедже было две спальных комнаты, общая кухня и большая гостиная с прекрасным видом на озеро. Из техники — телевизор, холодильник и даже стиральная машина.
— Ого! Я, честно говоря, не ожидала таких условий, — сказала Инга.
— Я тоже почему-то представляла, что нам придется жить в каких-нибудь непонятных лесных избушках. Особенно когда мы сели в эту обшарпанную машину. А здесь вполне комфортно, — добавила Марго.
— Да уж, — согласился с ними Максим. — Заматерел наш Филипп.
— Филипп Андреевич, на минуточку, — поправила Инга.
— Интересно, на кого он сейчас работает, раз ему такие условия обеспечивают? — озадаченно произнес Максим.
— Он говорил, что календарь какой-то снимать здесь будет, — сообщил Артем.
— Календарь? Для «Газпрома», что ли?
— Не знаю. Может, и для них, — пожал плечами Артем. — Но условия действительно приличные. Пойду-ка я душ приму.
— А я все-таки в баню. Судя по всему, она здесь тоже неплохая. Кто со мной? — спросила Инга.
— Там же, наверное, этот дремучий лесовик в фуражке будет, — засомневалась Марго.
— А мы купальники наденем.
— Тогда я с тобой! С удовольствием в баньке попарюсь, — согласилась Марго. — Ребят, может, и вы с нами? Усталость как рукой снимет.
— А что, Макс, пойдем, попаримся с дорожки! Пивка выпьем, — предложил Артем, демонстративно потирая руки.
 
— Хорошая мысль! Поддерживаю, — улыбнулся Максим. — Только давайте сначала обустроимся, а то после парилки этим заниматься точно не захочется.
В час, естественно, не уложились. Как всегда, задержали девчонки, но у них на то были веские причины: надо было разобрать чемоданы и сумки, аккуратно разложить вещи по шкафам, переодеться, расставить все свои женские штучки по полочкам и так далее. Зато к их приходу баня была полностью готова.
— Вовремя, — обронил Митрич. — Температура что надо. — И пошел в парилку.
Побросав свои вещи на плетеную мебель, ребята натянули на головы шапки и последовали за ним. Пока они рассаживались на ступеньках, неутомимый Митрич колдовал возле печки. Он развесил по углам пучки трав, побрызгал веником на стены, зачерпнул воды и плеснул на раскаленные камни. Хлынул жар, и все враз пригнулись. Запахло полынью и еще чем-то приятным. Но новоявленный банщик на этом не остановился: взял большой можжевеловый веник и стал обмахивать им присутствующих — и теперь их тела горели со всех сторон.
Интересно, сколько лет было Митричу? Сразу и не поймешь. Волосы лохматые, непослушные. Нос рябой, широкий, будто картошкой. Пушистые, хоть расческой расчесывай, усы. Лицо на первый взгляд простоватое, но, присмотревшись, в его глазах можно было заметить глубину и мудрость, а еще — лукавые искорки. С одинаковой вероятностью ему могло быть и сорок пять, и пятьдесят, и шестьдесят. Правда, тело у него оказалось вовсе не дряблое, наоборот — крепкое, мускулистое. Сразу становилось понятно, что человек он бывалый, не городской и руки из нужного места растут. Одним словом, лесовик, как его окрестила Марго.
Благодаря его стараниям все вскоре разомлели, расслабились, и усталость потихонечку стала исчезать, хотя это был только первый заход. Пока гости безмятежно развалились на креслах, Митрич согрел чайник, насыпал в заварник трав из бумажного кулька, залил кипятком и поставил настаиваться. Аромат пошел такой, что Максим с Артемом позабыли о пиве.
— Иван-чай? — втянула воздух Инга.
— Точно, — ухмыльнулся в усы Митрич.
— Еще и зверобой вроде бы есть? Я цветочки видела, — продолжала угадывать Инга. — Остальное не разберу.
— Так кто же его разберет, я и сам толком не знаю. Это меня одна хорошая женщина угостила, — неожиданно разоткровенничался Митрич. — Там и брусничный лист, и черничный, и дикой смородины. Много чего.
— Тайгой пахнет, — улыбнулась Инга, рукой направляя пар из чайника в свою сторону. — Лесом.
Довольный Митрич разлил чай по кружкам и поставил на стол банку с вареньем сочного оранжевого цвета.
— Угощайтесь. У себя в Москве такого, небось, не попробуете.
— Морошка, — догадался Артем, проведший в командировке на Севере чуть ли не полгода.
Егерь промолчал.
Все с интересом поглядывали на банку, не решаясь дотрагиваться, пока Митрич собственноручно не снял с нее крышку. Девушки сразу оживились и стали накладывать варенье в блюдца.
— Первый раз в жизни морошку пробую, — сказала Марго, облизывая ложку.
— Я тоже, — кивнула Инга в предвкушении. — Вкуснотища, наверное!
— Митрич, а Кижи отсюда далеко? — спросил Максим.
— Нормально, — махнул рукой егерь.
«Забавно! Поди разберись — далеко это или близко?» — опять подумал Максим и спросил:
— А мы можем туда съездить?
— Можем. Только не съездить, а сплавать, — сказал Митрич и, осторожно отхлебнув горячий чай из кружки, напомнил: — Мы вообще-то на острове.
Друзья сделали еще несколько заходов в парилку, и каждый раз лесник развешивал там новые травки. Ребята хлестали себя вениками, бегали купаться в прохладную озерную воду и под конец совсем разомлели: от горячего пара, от ароматов трав и вкусного чая.
После бани все разбрелись по своим комнатам переодеться. Так и уснули.