Эпично (ЛП)

— Он хихикает как сумасшедший, — говорит Блейк нашим товарищам по команде. — Весли сошел с ума.
— Ты винишь его? — Эриксон тоже начинает смеяться. — Каннинг в игре? Черт, это эпично.
— Эпично, — эхом повторяет Блейк.
А потом уже нет времени на обсуждение, потому что начинается новое вбрасывание, и вдруг я смотрю, как мои товарищи по команде играют против моего собственного мужа.
Так. Блядь. Удивительно.
Воспоминания быстро захлестывают мой мозг. Мастерство Джейми с перчаткой. Его молниеносные рефлексы. Сосредоточенность и полнейшее спокойствие — вот что меня всегда впечатляло в нем, когда мы сталкивались друг с другом в колледже. Он никогда, никогда не терял хладнокровия. Ничто не беспокоило его, когда он ухаживал за этой сетью.
— Смените игру, — рявкает тренер, и моя линия спрыгивает со скамейки и берет лед. Я в центре катания, Блейк слева от меня, а О'Коннор справа. Наши D-люди — Лориер и Мэтью. Наши пять лучших игроков, все нацелены на Джейми Каннинга.
Но он сможет с этим справиться. Он останавливает бросок Блейка запястьем, делает сейв на подборе, а затем отдает шайбу нападающему «Сан-Хосе», который улетает с ней. Теперь мы в защите. Мы проводим остаток нашей смены, пытаясь помешать Сан-Хосе забить нам гол. К тому времени, когда тренер требует еще одну смену линии, я уже запыхался. Я перелезаю через стену, по моему лицу течет пот.
— Посмотрите, как Джей-бомб идет! — Блейк кричит.
Как я могу смотреть на что-нибудь еще. Он чертовски невероятен. В следующую смену он делает еще три сейва, а затем, к нашему ужасу, один из защитников «Сан-Хосе» воспользовался неудачным подбором мяча и удачно пробил мимо нашего вратаря.
Игра привязана. Толпа родного города кричит, подбадривая своих ребят. Немногочисленные болельщики «Торонто» на трибунах кричат о своей поддержке. Их энергия подпитывает меня, когда я снова выхожу на лед. Осталось пять минут — времени достаточно.
Я выигрываю вбрасывание и сбрасываю шайбу. Блейк бросается в погоню и наносит удар клюшкой, возвращая мне шайбу. Но его украл Д-мэн, и Сан-Хосе снова атакует. На этот раз их сдерживает наш вратарь, и когда шайба попадает мне на клюшку, я неожиданно оказываюсь на отрыве.
Адреналин бурлит во мне, когда я атакую ворота соперника, где на страже стоит Каннинг.
Это кажется знакомым. Так чертовски знакомо. И я клянусь, он показывает мне язык, когда отказывает мне в голе. Его перчатка сомкнулась вокруг него, и всю дорогу до скамейки меня преследует разочарование.
Оно кажется знакомым, потому что оно знакомо. Перестрелки один на один, которые у нас были, когда мы были детьми, запечатлелись в моей памяти. Особенно потому, что последний вел к моему рту на члене Джейми. Наши летние каникулы в хоккейном лагере в Лейк-Плэсиде были лучшими в моей жизни. Там я влюбился в Джейми. Это место, где мы воссоединились, и где он влюбился в меня.
Господи, как далеко мы зашли. Друзья детства, любовники, мужья.
Жизнь прекрасна.
Когда я играю в хоккей, у меня всегда кайф, но сегодня это два кайфа. Это адреналин, волнение и чистая гребаная любовь, когда я смотрю, как Джейми делает еще четыре сейва за следующие несколько минут. Когда остается две минуты, Эриксон реализует дурацкий пенальти, а Сан-Хосе устраивает сочную игру в большинстве. Я на льду для пенальти, но акулы голодны, и через тридцать секунд они забивают.
Домашняя толпа сходит с ума.
Торонто не может связать это. Мы проигрываем хозяевам поля, и хотя я разочарован, я также не могу отрицать, что втайне рад за Джейми. Его товарищи по команде толпятся на льду, и я теряю его из виду в массовом праздновании, но я знаю, что он должен быть на седьмом небе от счастья. И я рад за него. Он заслуживает каждой похвалы, которая будет сыпаться на него сегодня вечером.
Он заслуживает всего мира.
ГЛАВА 6
Вес
— Где. Мы. Блядь? — спрашивает Блейк, блуждая взглядом по гладкой, болезненно модной комнате. — Силиконовая долина делает странные вещи со своими барами.
 
Он не ошибается. Я держу коктейль за двадцать два доллара, а синий свет и техно-музыка омывают нас. — Вот как я представляю себе бар на звездолете «Энтерпрайз».
— Нет, — говорит мой товарищ по команде Уилл О'Коннор. — Где инопланетянки с тремя сиськами?
Забудьте о чужих женщинах. Где Джейми? Я делаю глоток дорогого коктейля и снова осматриваю комнату. Мне не терпится увидеть, как его белокурая голова выделяется из толпы. Но нет. Там только мы.
После их победы «Сан-Хосе» отправил гонца в нашу раздевалку, чтобы мы встретились с ними здесь. «Вы можете вернуть своего вратаря после того, как мы угостим его выпивкой», — говорилось в записке.
Так что, думаю, сегодня Джейми завел новых друзей. Должно быть, он сейчас не в своем уме. Честно говоря, голова просто взрывается от мыслей о том, что может произойти дальше. Был ли тот скаут Оттавы на трибунах сегодня вечером, когда Джейми стал героем Сан-Хосе? Бьюсь об заклад, он был.
Вся жизнь моего мужчины вот-вот изменится. И я чувствую все вещи. Возбуждение. Удивление. Неверие. Волнение. И — прекрасный — приступ страха. Теперь у него будет не так много времени для меня. Мне не нужно быть в центре внимания. Но мне нравится быть в центре его внимания.
Но я заталкиваю эту уродливую эмоцию обратно в пещеру. Это ночь Джейми, и я не могу дождаться, чтобы увидеть, что будет дальше.
Некоторые из моих товарищей по команде отправились на танцпол, сжигая свою послематчевую энергию. Лемминг загоняет в угол длинноногую женщину в баре и начинает включать чары. Но я только хлебаю свой напиток и смотрю на дверь.
Как раз в тот момент, когда я уверен, что его похитили мои противники, в поле зрения появляется золотая голова, окруженная кучей парней в бирюзовых куртках. Я чувствую прилив облегчения, которое не имеет большого смысла. А потом я в движении, пересекаю пространство, ставлю свой пустой стакан на ближайшую поверхность и обнимаю его, как мне нужно было делать всю ночь.
— Привет! — говорит он со смехом, когда я сжимаю его. — Извини за период без очков. Повезет в следующий раз.
В уголках его глаз морщится улыбка, и в моем мире все в порядке. — Я достану тебя в следующий раз. — Я беру его красивое лицо двумя руками и целую в щеку.
Когда я отступаю назад, на меня смотрит целая кучка хоккеистов. Питти — вратарь, чья рука сейчас на перевязи, — выглядит особенно ошеломленным. Как будто я инопланетянин с тремя сиськами.
Они уже знают, что я тот парень — чувак, который женат на чуваке. Но, видимо, они никогда не видели его вблизи.
— Так мы пьем или что? — легко говорит Джейми.
— Ага, — вырывается у Ника Соколава. — И Питти покупает, потому что сегодня ты спас его задницу.
— Ооо, чувак, — усмехается Питти. — Отлично. Дешевое пиво для всех моих друзей.
— Дешевое пиво здесь стоит девять баксов, — указывает кто-то. — Ой.
— И не забывайте своих жаждущих соперников, — вставил я. — Мы предоставили вам лучшего тренера вратарей Торонто. Пора расплачиваться.
— Тогда нам лучше начать. — Питти хлопает Джейми по спине здоровой рукой и ведет его к бару.
* * *
Через несколько бутылок пива я чувствую себя хорошо от жизни. Джейми занят обменом историями о войне со своими новыми друзьями из Калифорнии. Но я строю планы. Между Торонто и Оттавой четыре с половиной часа езды. Но небольшое исследование на моем телефоне показывает мне пару городов между Торонто и Оттавой. Как Бельвиль и Кингстон. Мы могли бы купить небольшой дом на озере Онтарио и арендовать Джейми студию в Оттаве.
По ночам, когда обе команды дома, мы могли совершить двухчасовую поездку и встретиться в середине. Это было бы местом нашего уединения. Кроме того, если Джейми какое-то время будет в младших классах, его сезон будет короче моего на пару недель.