Сводные. Любовь вопреки (СИ)

Поцеловал!
Его губы оказались нежными и опытными, а сам Ник горячим и нетерпеливым. Он уверенно разомкнул мои губы и скользнул внутрь языком, лаская и буквально вылизывая нежную изнанку рта. Целуя так, будто на самом деле этого хотел.  
Я коротко застонала, каким-то краем сознания понимая, что, наверное, должна его оттолкнуть, что нам нельзя и что он это все не всерьез…
Но это было невозможно. Я не могла его оттолкнуть, потому что сама ужасно хотела целовать Ника. Всегда хотела. И, кажется, до меня это дошло только сейчас.  
— Алиса, — хрипло выдохнул Ник, на секунду отрываясь от меня. — Ведьма рыжая!
— Придурок, — ласково прошептала я и сама потянулась к нему.  
Моя ладошки легли на его твердые сильные плечи, бедра инстинктивно вжались в его, а носом я уткнулась в широкую грудь, жадно вдыхая запах Ника — мужской, острый, приятный.  
Его пальцы коснулись моего подбородка и приподняли мое лицо так, чтобы Нику было удобно снова прильнуть к моим губам.
Он целовал меня жадно, голодно, откровенно, не пытаясь быть нежным или произвести какое-то впечатление своей техникой. Но все это, как ни странно, ощущалось правильным. И было очень нужно, чтобы его крепкая ладонь вот так забралась мне под футболку, обжигая кожу на пояснице, и чтобы его язык уверенно ласкал мои губы, и чтобы в меня упирался жесткий бугор ширинки, об который я неосознанно потиралась бедрами…
— Совсем стыд потеряли! — вдруг ахнул кто-то сбоку от нас.  
Мы растерянно повернули головы и увидели возмущенного пожилого библиотекаря. Поговаривали, что это какой-то бывший ученый, чуть ли не доктор наук. Обычно он сидел на своем месте и упоенно рылся в электронном каталоге, доводя его до совершенства, а в этот раз, видимо, пошел какую-то книжку поискать. А нашел нас с Ником…
— Слюни тут свои распускаете! — негодовал он. — Другого места не могли найти что ли? А ну вон отсюда!
Мы молча, словно провинившиеся школьники, вышли из библиотеки. А потом неловко замерли в коридоре друг напротив друга.  
— Прости, — хрипло проговорил Ник, старательно не глядя на меня. — Просто…сорвало… ты говорила… А я решил…В общем, забудь.
— Ага, — я чувствовала, что снова сейчас расплачусь. — Конечно. И ты забудь.  
— Да.  
— Да.
— Ты…домой?
— Наверное.
— А я поеду… по делам. Вызвать тебе такси?
— Я сама.
— Ну…пока?
— Пока.  
Ник торопливо зашагал в сторону выхода, а я осторожно потрогала губы, все еще саднившие от его горячих поцелуев.  
Что это вообще было такое? И как мне дальше жить, если я очень-очень сильно хочу поцеловать его еще раз? 
Ник 
Я чувствовал себя последним трусом, но ехать домой я не мог. Не мог смотреть в глаза Алисе.  
Ну ладно я, мудак и бабник, решил вдруг поцеловать ее. Не сдержался, признаю. Но она-то зачем мне ответила? Я ведь ее не принуждал. Сама.
Сама губки раскрыла, сама ладошки на плечи положила, а еще стонала сладко и терлась об меня так, что я очень быстро перестал думать головой и начал думать тем, что ниже пояса.  
Алиска… Тонкая, ладная, с шелковой горячей кожей, дерзкая и податливая одновременно. Сначала шипела кошкой, бросалась на меня, но стоило ее поцеловать, обмякла в моих руках и даже дала себя потрогать. Вот только мне мало было. Гладил ее узкую гладкую спину под тонкой футболкой, а в мечтах уже сдирал к чертям все эти бесформенные тряпки, раскладывал рыжую на кровати и со вкусом трахал.  
Но это в мечтах. Там вообще все всегда легко и красиво.  
А если посмотреть на эту ситуацию трезво, то выходит полная задница: я приставал к своей будущей сводной сестре, совсем юной девчонке, которой едва-едва восемнадцать исполнилось. И то, что этой заразе тоже понравилось со мной целоваться, меня не оправдывало.  
И чего я вообще за нее зацепился, мало девочек что ли вокруг? Навалом. На любой вкус. И с моей внешностью и деньгами я могу выбрать любую.  
Да. Так и сделаю.
Как раз собирались сегодня вечером с Соболем зависнуть. Было бы круто еще и Влада с собой прихватить, но он сейчас на сборах. Только через пару недель вернется.  
 
Я позвонил Ларе, которая обычно подгоняла мне девочек на вечер, и попросил у нее Веру с Мариной — двух сногсшибательных близняшек. Соболь же хотел эксклюзива, вот он его и получит. В двойном размере. Ему, похоже, тоже надо кое от кого отвлечься.  
— Только эти двое? — деловито спросила Лара.  
Я открыл было рот, чтобы попросить кого-то для себя, но тут же понял: не хочу. Настолько не хочу, что даже не смогу. 
— Да, только эти двое.
Я покатался по городу, поел в ресторане, там же пару часиков поработал, благо ноут всегда валялся в машине, а потом от нечего делать забрел в какой-то торговый центр — до вечера надо было убить время. И когда проходил мимо магазина всякой электроники, взгляд вдруг зацепился за витрину с фотоаппаратами. Не знаю почему, но я очень хорошо запомнил тот, от которого Алиса глаз не могла оторвать, когда я покупал ей телефон.  
Повинуясь внезапному порыву, зашел в магазин и спросил скучающего консультанта, подойдет ли эта камера для профессиональной съемки:
— Фиджи? — парень посмотрел на меня с таким негодованием, как будто я ему в душу плюнул. — Да это одна из лучших моделей! Беззеркальная камера со встроенным 5-остевым оптическим стабилизатором! А уникальные магнитные подвесы…
— Все, понял, понял, — перебил я поток его красноречия. — Беру.
Фотоаппарат, который стоил так, будто целиком был отлит из золота, перекочевал в мою машину, а я глянул на часы и помчался в клуб.  
Там меня уже ждал Соболь и близняшки. Я заказал девчонкам коктейли, которые они выбрали, но когда вопросительно глянул на Соболя, тот мотнул головой.
— Не пью сегодня, неохота тут машину бросать.  
— Я тоже не буду, — согласился я, сообразив, что я так-то тоже на Макларене приехал. А оставлять такую тачку без присмотра — дураком надо быть.
Минут через пятнадцать принесли закуски, мы оставили девчонок, чтобы они поели, а сами вышли на улицу покурить.
— Ну что, как они тебе? — спросил я.  
— Удобно, — ухмыльнулся Соболь. — Не надо спорить, кому какая. Они ж тупо одинаковые.
Так, кажется, он не осознал масштабы своего счастья.  
— А это обе тебе, — поспешил я его обрадовать.
— Не понял. А ты?
— Да я не в настроении, Соболь, сорян, — честно признался я. — Забирай обеих, мне говорили, что они как раз в комплекте хороши. Ну как в порнухе, знаешь, когда мужик и две красотки вокруг него трутся.
— Ага, круто, — хмуро ответил он.
Похоже, его сегодня тоже не вдохновляют постельные подвиги. Во всяком случае, с послушными красивыми девочками, берущими за это деньги.  
Неужели все дело в той белобрысой Алисиной подружке, на которую Соболь сегодня так пялился, как будто сожрать хотел?
Я попытался осторожно расспросить его, но нарвался на такую ярость, что стало ясно: лезть к нему с этим пока не стоит. С другой стороны, я так-то и сам не рвался излить ему душу по поводу одной рыжей девчонки, которая все никак не выходила у меня из головы.
Но только я предложил вернуться обратно в клуб, чтобы двойняшки там без нас не скучали, как у Соболя зазвонил мобильный. Он глянул на экран и перевел на меня тяжелый взгляд:
— Иди, — уронил он. — Я сейчас. Разговор важный.
Я догадывался, кто ему звонит и что там за разговор, поэтому пожал плечами и нехотя отправился развлекать Веру с Мариной, хотя так и не понял, кто из них кто.
Но вот чего я вообще не ожидал, так это того, что через пару минут Соболь подлетит к нашему столику с бешено выпученными глазами, швырнет мне свою карту и, ничего толком не объяснив, свалит. Ладно, претензий ноль — я и сам недавно так сделал. Когда Алиса поперлась на эту вписку.  
Я тяжело вздохнул и посмотрел на обеспокоенных двойняшек. Эх, шли бы вы домой, девочки…
— Обстоятельства поменялись, — доверительно сказал я им. — Можете быть свободны, красавицы. Оплата, как и договаривались.