Благодать и величие (ЛП)

— Люди уже поверили твоим словам, — сказала я.
— Поверили, — Люцифер снова переключил внимание на телевизор. — Итак, друзья мои, вам действительно нужно задаться вопросом, почему Бог не вмешался?
  
ГЛАВА 29
 
С затуманенными глазами и всё ещё в полусне, я баюкала чашку кофе, как будто в ней были ответы на вопросы жизни, в то время как я сидела, свернувшись калачиком на маленьком, с толстыми подушками диване в солнечной комнате дома Рота и Лейлы. Солнцезащитные очки Зейна защищали от ярких лучей солнечного света, льющегося из окон и потолка. Обычно я чувствовала себя странно в тёмных очках в помещении, но я слишком устала, чтобы беспокоиться.
На самом деле, мне было всё равно. Все вокруг меня знали, что у меня проблемы со зрением, но даже если бы это было не так, кого волновало, если они думали, что я пытаюсь вести себя круто. Это была их проблема. Не моя.
Рядом со мной Зейн вытянул свои длинные ноги и сделал глоток воды из бутылки. Даже будучи Падшим, он имел гораздо более здоровые привычки в еде и питье, чем я и половина населения мира.
— Мы всё ещё должны попытаться, — сказала Лейла, подавляя зевок, продолжая разговор, который закончился, когда мы все были в нескольких минутах от обморока.
Зейн и я закончили тем, что остановились у них, так как было уже так поздно, и у них был миллион комнат в их доме.
— Даже если Бог отправит сущность Гавриила обратно на Землю, мы должны попытаться.
— И что потом? — Рот провёл рукой по своим растрёпанным тёмным волосам.
— Тогда мы позаботимся о том, что из этого выйдет, — заявил Зейн. — Это всё, что мы можем сделать.
— Мы? — Рот фыркнул, откинулся назад и скрестил руки на груди.
— Да, мы… — Лейла шлёпнула его по руке. — Потому что я не хочу провести следующие сто лет, живя в мире, погружающемся в хаос. Я также не хочу смотреть, как целая куча невинных людей пострадает или умрёт из-за этого.
Укол ревности пронзил мою грудь. У Лейлы и Рота было настоящее будущее, такое, в котором ни один из них не должен был беспокоиться о том, что другой состарится и умрёт, в то время как другой переживёт его. У меня, по крайней мере, хватило здравого смысла не винить их за то, что они не могли контролировать.
— Я также не хочу провести следующие сто лет, сражаясь со всеми и со всем, — ответил Рот, и я действительно не могла винить его за это.
— У нас действительно нет выбора, — сказал Зейн, положив руку на спинку нашего дивана. — Либо мы разберёмся с возможными последствиями, либо позволим Небесам прикрыть лавочку.
— И это было бы ещё хуже, — сказала я, крепче сжимая кружку. — Любой, кто умрёт, застрянет здесь. Каждый квадратный дюйм Земли превратится в среднюю школу. Так что нам придётся иметь дело с этим в дополнение к демонам, но ты же знаешь…
Взрыв глубокого смеха из гостиной прервал меня. Закатив глаза, я сделала глоток кофе.
— Как вы думаете, он вообще спал?
Лейла вздохнула и покачала головой.
— Я так не думаю. Он смотрел «Сверхъестественное».
— Думаю, мне не стоит жаловаться. По крайней мере, он одержим хорошим сериалом, — я опустила кружку. — Чего я не понимаю, так это того, что если Люцифер играет по правилам, то почему его демоны будут роиться на Земле, если Гавриил добьётся успеха?
— Не все, но очень многие. Прямо сейчас на заборе есть демоны, которые устали от того, что их отправляют в Ад или разрешают только ограниченное посещение наверху. Они слушают Люцифера, но если Гавриил преуспеет, Земля превратится в одну гигантскую игровую площадку, — объяснил Рот. — Это было бы слишком трудно для них, чтобы игнорировать.
— И потому, что они идиоты, — Люцифер неторопливо прошёл мимо входа на террасу. — И я буду честен, — сказал он, и его голос разнёсся по комнате. — Я не слишком расстроюсь, если это случится. Да, у меня бы сгорели штаны, если бы я узнал, что один из моих более святых братьев преуспел там, где я не преуспел, но гигантская выгребная яма, в которую превратится Земля, была бы забавной.
 
Я взглянула на Зейна, когда мы услышали, как открылась дверца холодильника, и раздался звук открываемой банки содовой. Зейн покачал головой.
— По крайней мере, он честен, — пробормотала Лейла.
Я хихикнула.
В дверях появился Люцифер с банкой кока-колы в одной руке и ещё одним пирожным в другой.
— Вы все вообще знаете, где находятся Гавриил или Баэль?
— Мы работаем над этим, — сказала я ему.
— Другими словами, ты понятия не имеешь, где он, и какой бы план у тебя ни был, он очень похож на игру, как эники-беники-ели-вареники?
Я нахмурилась.
— Мы пытаемся поймать одного из демонов, работающих на него, чтобы отправить сообщение…
— Это всё, что мне нужно было услышать, — Люцифер поднял руку. — Я попрошу одного из моих миньонов разобраться в этом. Всегда пожалуйста.
Я подняла брови и уставилась на него.
— И как только мы найдём, где он, или сможем вывести его из игры, как ты собираешься его убить?
— Как мы собираемся его убить, вот что ты имеешь в виду, — поправил он. — Вдвоём мы могли бы это сделать, но втроём будет намного легче, и, вероятно, именно поэтому они позволили ему Пасть и сохранить благодать.
Мы уже знали, что это так, но я спросила:
— И как мы втроём это сделаем?
— Всё, что мне нужно сделать, это вырвать его сердце, и тогда его голова должна быть отрублена в тот же момент, и комната, где когда-то было его сердце, должна быть пронизана благодатью.
Я уставилась на него.
— И это всё? — повторил Зейн.
Люцифер кивнул.
— Все три вещи должны быть сделаны одновременно. У нас будет несколько секунд, чтобы отрезать ему голову и проткнуть грудь, прежде чем его тело восстановит его сердце. Кстати, — Люцифер начал поворачиваться, глядя на Рота. — У тебя кончились пирожные. Мне нужно еще.
Рот уставился на его удаляющуюся спину.
— Я даже не знаю, где он достал эти пирожные. Никто из нас их не покупал.
— Кайман, — сказала Лейла, оглядываясь через плечо. Люцифер вернулся в гостиную. — Его миньоны?
— Ему нравятся такие слова, — Рот постучал пальцами по столу. — Ну, теперь мы знаем, как убить Гавриила.
Мы знали, и это звучало немного невероятно. И это казалось совершенно невозможным, если бы у нас не было Люцифера, потому что как, чёрт возьми, мы с Зейном смогли бы это осуществить? Может быть, именно поэтому библейский конец времён ещё не начался… пока. Бог знал, что нам нужна помощь Люцифера.
— Кто знает, пригодятся ли какие-то из его контактов, — продолжал Рот. — Я был бы удивлён, если бы он мог перестать смотреть «Сверхъестественное» на достаточно долгое время, чтобы даже связаться с кем-либо.
— Жаль, что я не живу его жизнью, — пробормотала я, ставя кружку на стол. — Я знаю, что Бог не был таким уж практичным, но думать, что Бог позволил бы Земле просто стать заражённой?
— Трудно поверить, правда? — Рот потёр ладонью подбородок. — Но свобода воли. Это такая сука.
— Но как это… свобода воли? — рассуждала я. — Если благодать Гавриила и его Величие подобны инфекции, которая развращает людей, то каким образом в игру вступает свободная воля?
— Хороший вопрос, — Зейн сжал моё плечо. — Это не может быть свободной волей. Это звучит как её нарушение.
— Это один из способов взглянуть на это, — Рот наклонился вперёд, положив руки на стол. — Но инфекции можно победить, верно? По крайней мере, большинство из них, с помощью лекарств. Бог мог бы занять позицию, что эту инфекцию можно победить верой.
Я закатила глаза.
— Это глупо.
— Не я устанавливаю правила, — ответил Рот.
— Слава Богу, — пробормотал Зейн.
Рот подмигнул ему.
— Всё, что я говорю, это то, что я не буду полагаться на Бога, и я говорю это не потому, что я демон. Я просто полагаюсь на статистические, исторические данные.
Я тяжело выдохнула и откинула голову на руку Зейна.
— В любом случае, это не имеет значения. Мы должны рискнуть радиоактивными осадками Гавриила на ядерном уровне. У нас нет выбора.