То, что мы оставили позади (ЛП)

Лина щёлкнула пальцами и покачала головой.
— Так вооот…
Похоже, между нами снова возникла неловкость.
— Нашла платье? — спросил её Нолан.
Лина чуть не вывихнула локоть, доставая телефон.
— Я нашла. И платья подружек невесты. Что Калли наденет на вашу пляжную церемонию?
Нолан потянулся за телефоном, и они вдвоём склонили головы над свадебными платьями.
— Вы заставляете меня сожалеть о том, что я нанял вас обоих, — раздражённо сказал Люсьен.
Лина посмотрела на Нолана.
— Я думаю, он чувствует себя обделённым.
— Ты права, — согласился Нолан.
Они зажали своего сварливого босса между собой и начали просматривать фотографии, объясняя каждую в мучительных подробностях.
— Вы уволены, — сказал он, выбираясь из этой кучи. — Приятной экскурсии, — сказал он Наоми, а затем направился к стеклянным дверям, не удостоив меня ни единым взглядом.
Лина удовлетворённо вздохнула.
— Это было весело.
— Ваши гости допущены к посещению, — сказала Петула, возвращая наши удостоверения. Она выглядела разочарованной, как будто надеялась на взлом системы безопасности.
— Она что, только что проверила нашу биографию? — прошептала я Нолану.
— Ага. И кредитную историю.
— Вау.
— Наслаждайтесь визитом. Мне нужно встретиться с анонимным источником по совершенно секретному делу, — сказал он.
Я не могла понять, шутит он или нет. Зная о теневых деловых связях Люсьена, всё возможно.
— Рада была тебя видеть, Нолан.
— Взаимно, Блонди. Не пропадай.
Лина впустила нас в двойные стеклянные двери с помощью ключ-карты. Я удивлённо моргнула.
Я провела годы, фантазируя о том, что Люсьен управляет своей империей зла из похожего на подземелье логова с отпотевшими каменными стенами и туманом, пахнущим серой. Но всё оказалось не так. Целый акр модного офисного пространства занимали десятки сотрудников, и никто из них не выглядел так, будто оказался здесь против своей воли. Сотрудники всех возрастов, рас и стилей в одежде собирались за общими столами и в конференц-залах со стеклянными стенами.
Было оживлённо, но не хаотично. Некоторые люди даже смеялись.
— Ого! — воскликнула Наоми.
— Где все орудия пыток? — спросила я.
— Он хранит их в отдельном месте. Пятна крови на ковре и всё такое, — беззаботно сказала Лина.
— Подожди, Лина, — рыжеволосая девушка с веснушками, которая выглядела так, будто испытывала идеальное сочетание счастья и ошеломления, резко остановилась перед нами. — Петула прислала меня узнать, не хотите ли вы кофе, воды или чая.
Её волосы были зачёсаны назад и уложены в замысловатую причёску. На ногтях у неё были наклейки. Под клетчатым блейзером надета футболка с Селеной Гомес.
— Это Холли. Она такая же новенькая, как и я, — сказала Лина, представляя женщину.
На щеках Холли выступили два розовых пятнышка, и она выглядела так, словно вот-вот расплачется или запоёт.
— Эта работа — воплощение мечты. Мистер Роллинс нанял меня помощником по административным вопросам. Это моя первая настоящая работа. Мои дети так гордятся мной, что каждое утро упаковывают мне ланч, и мне приходится ждать, пока они уйдут в школу и детский сад, прежде чем я смогу упаковать что-нибудь, кроме крекеров в виде животных и сырной нарезки, — торопливо объяснила она нам.
— Это так мило с их стороны, — сказала Наоми.
— Поздравляю, — сказала я, надеясь, что Люсьен не обратит свой драконий огонь на бедную девушку и не обратит её в пепел.
— Ты что-то говорила о кофе? — с надеждой спросила Наоми. — Потому что я бы с удовольствием выпила его.
Прошло почти полчаса с тех пор, как она в последний раз пила кофе.
— Как ты предпочитаешь? — спросила Холли с услужливой улыбкой.
— Любым возможным способом, — пошутила Наоми.
— Тогда я принесу тебе свой фирменный. Тебе тоже принести? — спросила Холли, поворачиваясь ко мне.
— Мне ничего не нужно, спасибо, — с моей-то удачей я разолью целую кружку кофе по всему шикарному офису Люсьена, и он подаст на меня в суд за причинённый ущерб.
— Я догоню вас во время вашей экскурсии, — пообещала она и умчалась прочь.
 
— Она милая, — сказала я.
— Она действительно такая. Две недели назад она и двое её детей остались без крова. Они сбежали из дома, где оказались жертвами домашнего насилия, и угодили в приют. Ходят слухи, что Люсьен сразу же нанял её. Она приступила к работе на следующий день и переехала в квартиру на прошлой неделе.
— Это потрясающе, — сказала Наоми, прижимая руки к груди.
— Почему он вообще оказался там, чтобы нанять её?
— Очевидно, твой заклятый враг является главным спонсором программы, — объяснила Лина.
— Да, ну, я думаю, даже людоеды могут сделать что-то хорошее для снижения налогов, — пробормотала я.
Мне не понравилось натыкаться на свидетельства, которые противоречили всему, что я знала об этом мужчине. Мне нравилось чётко держать его в рамках одной категории. В течение многих лет, даже десятилетий, он был ничем иным, как двухмерной карикатурой на злодея. Однако теперь я начала задаваться вопросом, какие ещё признаки человечности я пропустила под этими сшитыми на заказ костюмами и скулами сердцееда.
Если где-то в этой широкой, богатой груди билось гипотетическое сердце, что тогда значил тот факт, что он до сих пор меня ненавидел?
Лина продолжила нашу экскурсию, показывая нам впечатляющее количество комнат отдыха, конференц-залов и офисов.
Её кабинет представлял собой светлое помещение в стиле минимализма с письменным столом, диваном и прекрасным видом. На её столе стояла фотография, на которой она и Нэш были пристёгнуты к парашюту.
— Так чем именно вы здесь занимаетесь? — спросила я, присев на диван.
— Основная цель фирмы — оказывать поддержку кандидатам, когда они баллотируются и занимают свои должности.
— Значит, вы собираете компромат на политических соперников, шантажируете их, а если это не срабатывает, они «исчезают»? — предположила я. — Ты сама прячешь тела или уже занимаешь должность повыше?
— Слоан, — прошипела Наоми.
— Дальше по коридору есть целый чулан, предназначенный для утилизации трупов, — пошутила Лина, поворачиваясь в своём эргономичном рабочем кресле.
— Все здесь кажутся такими счастливыми, — сказала Наоми, пытаясь переключиться на более позитивную тему.
— Трудно не быть таким, — сказала Лина. — Зарплата намного выше справедливой. Льготы щедрые. А начальник — прекрасный мужчина, которого никто не хочет разочаровывать.
Я фыркнула.
— Наверное, если им нравится вся эта история с огнём и серой.
Обе женщины уставились на меня.
— Даже ты должна признать, что Люсьен неестественно красив, — подтолкнула её Наоми.
— Красив? — Лина фыркнула. — Этот мужчина выглядит так, словно самые горячие боги во вселенной собрались вместе и произвели на свет самого горячего ребёнка во Вселенной. Я не уверена, что он смертный. Кто-нибудь когда-нибудь видел его спящим?
Я видела.
Эти чернильные ресницы на фоне бронзовой кожи. Медленный и ровный ритм дыхания, от которого вздымалась и опускалась его грудь. Но даже сон не мог снять напряжение с его мраморного подбородка.
Я ненавидела, что эти воспоминания всплывали в моей голове, готовые подкрасться и ударить меня по лицу. Чувство вины. Страх. Пламенный, праведный гнев.
— Вампирам не нужен сон, — сказала я. — В какой стороне туалет?
Ванная комната оказалась такой же, как и весь офис — величественной и по-дурацки роскошной. На гранитных туалетных столиках с подсветкой стояли корзиночки с высококачественными лосьонами для рук, средствами для протирания очков и разнообразными женскими товарами.
В нише имелось даже зеркало для макияжа и стойка.
Я намочила полотенце (такое мягкое, что оно должно было быть кашемировым) и приложила его к щекам.
Последние несколько недель заставили меня усомниться во всём, в чём я была так уверена. Во что я верила, как в непреложные законы природы.