Там, где кончается путь (СИ)
Вокруг было темно. Он лежал в каком-то закутке. Врагов рядом не было, зато от всего остального пространства это помещение отрезала закрытая тяжелая дверь. Мозг отметил эти детали машинально, пока глаза постепенно привыкали в темноте.
В последнее время все быстрее восстанавливающая память не раз оказывалась настоящим спасением — иначе команда просто не нашла бы спуск в бункер до того, как шарахнул выброс. Не нашли бы в ближайшем коридоре какую-то каморку с тяжелой дверью — кажется, Игорь с Клыком и Призраком там когда-то отсиживались. А потом, что называется, накрыло.
Что за галлюцинации он увидел в этот раз? Словно он увидел воспоминания своих спутников. Но как так?
А что остальные?
Рывком сев, Игорь включил фонарик и огляделся. Его товарищи вповалку лежали на полу и, кажется, в ближайшее время очухиваться не собирались. Пришлось приводить их в себя путем тряски за плечи и хлопанья по щекам. Как оказалось, остальные видели то же, что и Меченый, с поправкой на то, что «своих» воспоминаний они не видели, зато видели что-то, напоминавшее обрывок воспоминаний самого Игоря, где он, изможденный, протягивал руки к Монолиту.
— Ну и ересь, — подытожил Воробей, как только сталкеры обменялись впечатлениями. — И что это было? Опять привет от Зоны?
— Не знаю, — с неожиданной уверенностью произнес Меченый, — что это было, но, я уверен, ответы на хотя бы часть вопросов мы найдем за той дверью.
— До нее еще нужно добраться, — хмыкнул Змей. — Не забывайте, мы в самом сердце вражеской территории. Стрелок… Ты сможешь найти путь?
— Смогу, — кивнул сталкер. — Я помню его. Сейчас — помню, до мельчайших деталей.
Змей зло улыбнулся, в рассеиваемом лишь лучами фонарей мраке их убежища эта улыбка напомнила Игорю голодный оскал плотоядного зверя. Да, при встрече с врагом балагур-свободовец являл свою иную сторону — решительного и беспощадного, временами даже жестокого бойца.
— Коготь, — Змей обернулся к Алексу, — ты можешь карабкаться по стенам. А по потолку — сможешь?
— Сейчас проверю, — кивнул Алекс и трансформировал пальцы обеих рук в когти. Как оказалось, он мог отлично передвигаться как по стенам, так и по потолку, и когти этому способствовали. Темнота, царившая в коридорах бункера, сокроет мутанта от глаз сектантов… пока для последних не станет поздно.
— Потрясающе, — Змей вновь зло усмехнулся. — Ну что, смертники, готовы?
— Нет, — развел руками Воробей. — Но перед смертью не надышишься.
И опять Меченый мог лишь благодарить судьбу за то, что восстанавливались именно так нужные сейчас эпизоды его памяти. Не помни он маршрута — и они блуждали бы вечно. Естественно, они наткнулись на ожесточенное сопротивление монолитовцев, но каждый раз им пока что удавалось выходить из стычек победителями — в том числе, и благодаря задумке Змея. Монолитовцы явно не ожидали, что с потолка на них спрыгнет некто с гигантскими когтями, мгновенно превращающими людей в изувеченные трупы.
Собственно, козырями отчаянного маленького отряда сталкеров были именно воспоминания Меченого и способности Алекса — без этих двух факторов дерзкие смельчаки давно бы уже были убиты. Но они шли вперед, прокладывая себе путь огнем и шагая по трупам павших врагов.
Меченый не знал, сколько прошло времени до того, как команда, наконец, добралась до тупика с закодированной дверью и невысокой баррикадой. Расправиться с парой охранников не составило труда. Теперь только толстая металлическая дверь, совсем такая же, как в Х-18, отделяла четверку сталкеров от их цели.
— Стрелок, разберешься с дешифратором? — обернулся к Игорю Змей. Меченый кивнул в ответ. — Отлично, мы с Воробьем тебя прикроем, охраннички будто нарочно баррикаду устроили. Алекс, лезь на потолок. Если явится толпа, постарайся спрыгнуть в центр.
— Понял, — кивнул мутант, вновь отращивая когти и взбираясь по стене.
— Жаль, костюмы не пропускают запахов, — глумливым шепотом добавил свободовец, — но ручаюсь, бедняги-сектанты наверняка успели обгадиться от страха. Черт, Коготь, это было эпично.
— Стараюсь, — без тени веселья донеслось с потолка. — Слышу шум из левого, неисследованного коридора. Кажется, к нам гости. Но пока что далеко.
— Вот назойливые засранцы, — театрально вздохнул Змей. Все переговоры велись очень тихо. — Стрелок, что с дверью?
— Готово наполовину.
— Черт… Ладно, не вздумай сдохнуть от шальной пули, пока мы будем надирать задницы сектантам!
— Так точно, командир, — Меченый криво улыбнулся, хоть товарищи этого и не видели.
Жаль, что он не мог поддержать друзей огнем, если сектанты все-таки успеют раньше, чем он завершит возню с дверью. Но у Игоря была другая задача: открыть путь товарищам, пока те его прикрывают его спину.
— Вот они! Уничтожить неверных! — послышался за спиной металлический голос. Пули застучали по металлу и бетону, и Игорь, мысленно благодаря Змея за то, что тот отдал ему «Мамины Бусы», пригнулся.
— Лови пули, враг Монолита, — от этого равнодушного, словно неживого голоса, становилось не по себе. К счастью, сектант, кажется, палил не по нему.
— Сам лови, козел сектантский! — рявкнул за спиной Змей, дважды ритмично ударила его винтовка. — Алекс, давай!
А вот теперь Меченый обернулся — просто чтобы увидеть короткое оцепенение сектантов, когда с потолка на них спикировала сама Смерть, принявшая облик Александра Мерсера. Теперь для сектантов начать пальбу означало риск подстрелить своих же, а Алекс метался между ними, сея смерть. Вот он на ходу преобразовал правую руку в «хлыст» и «смел» двоих сектантов, занявших позиции в нескольких метрах. Вот принявшая форму «клинка» левая рука вскрыла тяжелый бронекостюм командира вражеского отряда, как нож консервную банку. Еще немного — и все было кончено.
Дешифратор пискнул. Что-то гулко ухнуло.
— Есть! — воскликнул Игорь. — Вы там как?
— Все целы! — энергично махнул ему рукой Змей.
— Тогда быстро сюда, дверь открыта.
Вчетвером сталкеры открыли тяжелую дверь и задвинули ее за собой. Но по ту сторону оказался лишь еще один темный коридор, хоть и прямой.
— Коготь, наверх, — скомандовал Змей. Тот подчинился, но предупредил:
— Я устал. Не знаю, сколько у меня еще выйдет откалывать подобные трюки.
— Держись, братан, все устали. Ну что, финальный рывок? Вперед!
На проверку выяснилось, что коридор имел немало тупиковых ответвлений — с засадами, разумеется. И с охраной. Игорю казалось, что этот кровавый ад не закончится никогда, когда команда практически ввалилась в круглый зал с двумя дверями. Одна — простая металлическая, запертая на засов. Другая — тяжелая, без видимого замка, и, к тому же, закрытая сверху решеткой.
А посреди помещения в круге, образуемом четырьмя приборами, висела в воздухе зеленоватая голограмма. Проекция Монолита. Значит, эти штуки были излучателями? А Монолит — обманка? Уж не штука ли он вроде Выжигателя или установки на Янтаре?
— И что будем делать? — поинтересовался Воробей, нервно облизнув пересохшие губы. Меченый вгляделся в круг.
— Я думаю, все просто — разнести эти излучатели к чертовой матери.
— Стрелок ломать, Стрелок крушить? — фыркнул Змей. — Ладно, шучу, не делай такое лицо. Солидарен. Как думаете, пули их возьмут?
— А вот сейчас и проверим, — Игорь привычно вскинул автомат к плечу. Остальные повторили маневр.
— Ну что, братцы, разнесем эту лабуду на винтики! Пли!!!
В считанные минуты выстрелы превратили излучатели в дымящийся и искрящий металлолом. Проекция Монолита замерцала, пошла рябью и погасла. Послышлись вой сирены и электронный голос, вещающий о неисправности установки питания.
А затем… Затем случилось то, чего никто не ожидал. Там, где несколько минут назад находилась проекция Монолита, воздух внезапно поделили на квадраты тонкие зеленые лучи, создав подобие клетки. Вскоре лучи превратились в ровное зеленое свечение, которое, в свою очередь, приобрело очертание человеческой фигуры — старика в белом научном халате.