Охотники и чудовища

— Знаешь, тебе бы не помешало почистить зубы.
«О твои кости, цыпа, чистить буду! — гаркнула мне в лицо бронированная морда. — Точить и полировать!»
Демонстративно клацнула нечищеными клыками в паре сантиметров от моей лебединой шейки, но, к счастью, укусить не укусила, и я чуть-чуть, лишь самую малость приободрилась.
— Вообще-то я тебе здоровье поправляла, кровь бессовестному добывала, — напомнила справедливости ради.
«Что было, то прошло, пришлая».
Неблагодарная скотина.
— А как же Беспощадная охота? — спросила, призывая на помощь всю свою выдержку.
Сразу видно, в кого он такой уродился.
«А что с ней?» — не понял вейр.
Видимо, его настолько разозлил тот факт, что все эти недели он водил дружбу с иномирским отродьем, что логику у дога отшибло полностью.
— А то. Если ты сейчас загрызешь наину своего хозяина, он уже точно останется без трона. Как тебе такой финал? Хочешь кусать — пожалуйста, я вся твоя. И, в отличие от некоторых (не будем тыкать пальцем), звереть не собираюсь, а готова быть незаслуженно убиенной и растерзанной в расцвете лет. — Даже голову назад откинула и глаза прикрыла, сдаваясь на милость победителя. — Ну что же ты? Грызи, раз собирался грызть.
Несколько секунд ничего не происходило. Вейр застыл на мне в виде грозной статуи самому себе. А потом мрачно так поинтересовался:
«Ты, часом, в своем мире артисткой не подрабатывала?»
Еще немного по мне потоптавшись (стопроцентно синяки останутся), наконец слез. Сев, я повела плечами, покривилась от неприятных, где-то даже болезненных ощущений и проговорила:
— Нет, кухни продавала. И довольно успешно, скажу тебе. Зарабатывала неплохо, имела свое жилье. Даже замужем за свои недолгие двадцать три успела побывать.
Хотя лучше бы там не бывала. Нечего там ловить — вот правда!
«У тебя есть муж?»
Кажется, вейр снова разозлился. По крайней мере, глазищами своими сверкнул чрезвычайно грозно и выразительно.
Я конечно же прониклась и поспешила его заверить:
— Есть, но у нас с ним не сложилось, и я как раз собиралась разводиться, когда меня забросило в карету вместо Филиппы. Где она — не имею понятия. Почему именно я ее заменила — могу лишь предполагать. Возможно, потому что мы обе светловолосые и голубоглазые. Но на этом наше сходство в общем-то и заканчивается.
«Откуда знаешь?» — подозрительно спросил вейр.
— Я видела ее мельком прямо перед тем, как оказалась на ее месте. Не скажу, что ее лицо врезалось в память, но при встрече, думаю, узнаю.
«Все это очень, очень странно, цыпа… Лиза!» — нервно поправился дог.
А я со вздохом разрешила:
— Можешь и дальше называть меня цыпой. Я уже привыкла.
«Посмотрим», — буркнул он, не торопясь окончательно сменять гнев на милость.
— Узнав, как у вас относятся к иномирянам, я не рискнула никому рассказывать правду, иначе была бы такая же реакция, какая случилась у тебя.
«Кто-то играет против моего мальчика, — задумчиво пробормотал вейр, после чего решительно добавил: — Ты должна рассказать все Мэдоку!»
Да сейчас.
— И как, по-твоему, он поступит? — мрачно усмехнулась я. — Ты его знаешь лучше, чем кто бы то ни было. Скажи, что со мной сделает его всемогущество? Привыкший неукоснительно следовать букве закона и уверенный, что пришлые — первозданное зло, от которого нужно избавляться без суда и следствия. С таким же успехом можешь сам меня загрызть. Мне лечь?
- Грр…
Последнее прозвучало совсем не грозно. Скорее устало, даже как-то обреченно.
Перебравшись к камину, вейр улегся на мягкую шкуру, а дождавшись, когда я к нему присоединюсь, продолжил:
«Но ты ведь понимаешь, какой конец тебя ждет? Ты не сможешь всю жизнь играться в графиню. Или объявится Филиппа, или ты превратишься в безумную хищницу, у которой все мысли будут только о том, где бы поживиться силой. Рано или поздно ему придется тебя убить».
Лучше поздно, а вернее, никогда.
— Не придется, если я найду способ пообщаться с Вертальдом. Возможно, он сумеет помочь.
«С королевским шутом? — хмыкнул Морс. — Да чем он тебе поможет? Он ведь чокнутый!»
 
— А если нет? Что, если Теймен и правда знает, как лечить пришлых? Морс, пожалуйста, не выдавай меня. Мне просто нужно немного времени. Нужно как-то с ним встретиться. А там уже от того, что он мне расскажет, и будем отплясывать. Избавиться от меня вы с Мэдоком всегда успеете. Но пока я ему нужна, а мне необходима надежда, пусть даже и призрачная, на возможное спасение.
Наверное, мужчина, который делает предложение своей любимой, не ждет ответа с таким нетерпением и волнением, как ждала я решения вейра. Молчание затянулось. Тишина, повисшая в библиотеке, острым напильником врезалась мне в нервы. Я ерзала, кусала губы и с затаенным дыханием смотрела на лучшую половину Стального.
Уже совсем было отчаялась, совсем сникла, когда тихий голос в сознании сказал ободряюще:
«Ладно, попробуем поговорить с юродивым. Завтра на арене и попробуем. Времени у нас немного, поэтому не будем тратить его понапрасну. Главное, отвести шута от королевской ложи — это я беру на себя. А там уже ты, цыпа, с ним потолкуешь, и станет ясно: есть у тебя шанс или ты у нас совсем пропащая и тебе, иномирской красе, самое время отправляться на кладбище».
Оптимистично, однако.
  
ГЛАВА 9
 
Утром следующего дня Илсе явилась ко мне ни свет ни заря. Путь до арены, расположенной в небольшом городке Вайресе, предстоял неблизкий. А следовало еще привести себя в порядок, от души нарядиться чужим наинам на зависть и простому люду на радость. Среднестатистических граждан Харраса не меньше участников Охоты интересовал вопрос, кто же отхватит корону и станет счастливым обладателем Каменного трона.
Поэтому следовало соответствовать ожиданиям зрителей и правящей верхушки этого чокнутого мира. Другими словами, цвести, блистать и пахнуть. С первым возникли проблемы — сегодня я была особенно бледной, а темные круги под глазами от недосыпания (всю ночь ворочалась с боку на бок) еще больше подчеркивали эту нездоровую белизну. Зато после ванны с душистыми травами пахла я замечательно, а уж украситься подарками его всемогущества вообще раз плюнуть.
— Может, лучше снимем кулон? — предложила Илсе, имея в виду подвеску, которую я позаимствовала у Одель. — Он совсем не сочетается с бриллиантовым ожерельем. Оно ведь такое красивое и…
— Пусть будет, — твердо возразила я, пресекая дальнейшие споры, и продолжила разглядывать в зеркале преобразившуюся себя.
Легкий макияж и нарядная прическа подействовали на меня благотворно. Да и бархатное платье насыщенного ультрамаринового цвета с глубоким вырезом и пышной юбкой мне необычайно шло. По узким манжетам вилась мерцающая паутинка серебристой вышивки, она же подчеркивала самый низ лифа и тяжелый подол.
Кажется, я уже начала привыкать к их допотопной моде и с корсетом почти примирилась. Друзьями мы вряд ли станем, но и враждовать каждое утро нам необязательно. Достаточно просто не превращать его в удавку. Наверное, если бы не осознание, что в этом мире я инородное тело, я бы, возможно, даже начала смиряться со своей новой жизнью и строить планы на будущее.
Но, может, еще не все потеряно и мне стоит продолжать верить в лучшее?
Завтрак прошел напряженно. Напряжение витало в воздухе и сгустилось еще больше, когда порог столовой переступила Поля. Такая же бледная, как и я, если не бледнее. Осунувшееся лицо в ореоле огненной копны казалось тоньше прежнего. Как и вся наина в целом, а пышная юбка еще больше подчеркивала ее худобу.
 
— Всем доброе утро, — слабо улыбнулась девушка.
Скользнула по нам взглядом и опустила голову, доскользив им до де Горта.
Хальдаг подарил де Морсан ответную улыбку, заботливо отодвинул перед ней стул, помог устроиться рядом с собой. Впрочем, другим невестам он тоже уделял внимание. Расспрашивал, интересовался, отвешивал комплименты. Поздравил Марлен с рождением племянницы и сказал, что обязательно отправит малышке от себя и от нее подарок.