Посредник Дьявола (СИ)
Эта история напрягала Святослава. Нет, не из-за конфликта с работником за час до смерти оного. В конце концов, кто не ругается со своим руководителем? Да, не каждый после вешается на собственном галстуке, и все же вины начальства в том не было. Совсем другое терзало его — он уже слышал подобное. Настасья говорила о какой-то Ире, чью душу не смогла притянуть к себе в озеро, и о чёрных сетях, оплетающих сферу вокруг. Святослав перерыл все дневники Митрича в поисках ответа о сущности явления. Чистые души не подчиняются Ведунам, их удел — мир нечистый. Отход из тела тёмные видеть не должны, за одним исключением — такое возможно при проведении особенного обряда.
Кто-то призвал душу неугомонного Кривоноса. След определённо вёл к подобному тёмному, и, может статься, что и к членам круга Розы.
Через неделю после похорон Свят в сопровождении Адашева отправился по домашнему адресу погибшего аудитора. Из личного дела следовало, что парень не был женат, проживал с матерью Степанидой Артёмовной и сестрой Таней в двухкомнатной квартирке на окраине Москвы. При этом имел кредиты на авто и дачный домик в области.
Дверь мужчинам открыла почерневшая от горя женщина в засаленном домашнем халате. От этого зрелища у Свята ком стал в горле.
— Здравствуйте, — сглотнув, сказал он, — меня зовут Святослав Вишневский, я руководитель отдела, где работал ваш сын.
— Мы знаем, кто вы! — из комнаты показалась девушка, на десяток лет младше Кривоноса. Она щурилась, выказывая своё неприкрытое презрение нежданным визитёрам.
— Мы можем войти?
— Зачем? — смерила их взглядом Таня.
— Есть разговор, — ответил Адашев и сделал несколько уверенных шагов вперёд.
— Проходите-проходите, — засуетилась Степанида Артёмовна.
Женщина провела их на тесную кухоньку, обставленную бедно, но опрятно. Сестра погибшего вошла следом и привалилась к дверному косяку, отрезая незваным гостям путь к отходу.
— Соболезную вашей утрате, — начал Свят, на что получил «Пф-ф!» за спиной. — Тяжело потерять сына, тем более в таком молодом возрасте. Хотелось бы вас поддержать…
— Как же! — воскликнула Таня, — Сперва человека заваливают работой, доводят, а потом поддержать хотят.
Вишневский и Адашев переглянулись.
— Компания выплатит вам материальную помощь и компенсирует затраты на погребение, — продолжал Святослав заготовленную речь.
— Ага! Подавитесь своими деньгами! — девочка взмахнула руками и ударилась об угол, но, кажется, не заметила этого.
— Таня! — попыталась урезонить дочь Степанида Артёмовна.
— Что? Разве я не права?
— Валерий много работал? — спросил Свят осторожно.
— Ой, типа не знаете? Платите с гулькин нос, а требуете как… Мне Валерка рассказывал про вас, да-да! — она склонилась над ним, уперев кулаки в бока.
— Таня, — мать мягко за локоть увела девчонку в сторону. — Валера последние месяцы действительно очень много работал.
— Может, он встречался с какими-нибудь странными людьми? Часто где-то пропадал?
— Нет! Он, как придёт домой, тут же снова за ноутбук хватается. Говорит… Никак не могу думать о нём в прошедшем времени.
Женщина сжала зубы, сдерживая рыдания. Это продлилось минуту, которая для Свята тянулась вечностью, вызвав холодок по спине. Степанида Артёмовна справилась с эмоциями и продолжила:
— Говорил, сверхурочно много дают, а платить — не платят. Никуда не ходил, все дома сидел. Даже на свидания выбирался на час-два, не больше.
— Простите, вы точно уверены, что он каждый день работал из дома со своего персонального ноутбука?
— Ещё спрашивает! — фыркнула Таня.
Адашев покашлял с намёком, а Свят и сам уже всё понял:
— Видите ли, правилами компании строго запрещено выходить в корпоративную систему с личных устройств вплоть до уголовной ответственности. Мы будем вынуждены изъять технику.
— Ещё чего! — закричала Таня.
— Понимаю ваше негодование, но так проще всем.
— Вот за этим вы и пришли! А то начали: денег дадим, похороны оплатим! — девчонка разъярилась до красноты. Она имела право на горе, но уж точно не имела права хамить, что порядком утомляло Святослава.
— Если на технике есть конфиденциальные финансовые документы, то она принадлежит компании. Так или иначе, мы должны забрать их. Давайте вот как поступим: я не хочу грабить семейство, потерявшее кормильца, потому просто выкуплю ноутбук.
— Ха! — Таня выбежала из кухни и вернулась со стареньким потёртым устройством среднего ценового сегмента. — Раз так — сто тыщ.
— Сколько? — поперхнулся воздухом Адашев.
— Двести!
— Кхм, — протянул Святослав, — Многовато просите.
— Да? А вы не много ли хотите, угрожая уголовкой и отнимая у меня память о покойном брате?
Вишневский сжал зубы, раздумывая о том, как быть: на ноутбуке могут храниться документы компании, который ушлый Кривонос, мог втихаря сохранить для сомнительных целей, а также в компьютерах содержится вся жизнь современного человека, и уж оттуда можно нащупать колдовской след, который, неисключено, объяснит немотивированное самоубийство.
— Хорошо. У меня нет столько наличных, давайте я переведу.
— Ок.
Он сбросил девчонке на карту обозначенную сумму, и когда от банка пришло уведомление о зачислении, Таня с грохотом поставила технику на стол. Святослав включил ноутбук, но тот затребовал пароль.
— А я его не знаю! — ехидно выпалила девица и скрылась в глубине квартиры.
— Простите, я тоже, — потупив глаза, призналась Степанида Ивановна.
— Это не проблема, — заявил Адашев, убирая устройство в свой портфель. — Передам айтишникам.
— Скажите, может я смогу вам ещё чем-то помочь? — участливо склонившись к женщине, произнёс Свят.
— Да чем здесь поможешь? Ай! — она махнула рукой и спрятала лицо в ладонях.
— Вот, возьмите визитку. Если понадобиться что-нибудь, или вспомните… Звоните. До свидания.
Святослав оставил на столе карточку и покинул квартиру первым. Адашев замешкался в коридоре, делая вид, что поправляет шнурки, но сам заглянул в комнату к девочке, как потом признался. Та не ликовала, считая деньги, а лежала, уткнувшись носом в подушку.
— Что думаешь? — спросил у него Свят.
— Обычная семья. Жаль их.
— Ноутбук можно взломать?
— Разумеется! Завтра будет готово, я сразу позвоню.
— Хорошо. До встречи!
Святослав распрощался с начальником службы безопасности, и рванул за город. Первым делом он собирался наведаться к озеру и узнать у Насти, где живёт семья погибшей девочки, но подъезжая к Карасевке, передумал и свернул к кладбищу. Тёмный осенний пейзаж придавал и без того мрачному месту оттенки беспросветного мрака. Свят вошёл за ограду и поёжился: много печали накопил в себе маленький клочок земли. Следов нечисти он не увидел, что хорошо.
Он прошёл в ту часть кладбища, где светлым песком светились свежие могилы. Место захоронения Иры Масленниковой он отыскал издали — оно было завалено цветами и игрушками, а на тонкой скамейке рядом ссутулившись сидела женщина в чёрной косынке и безостановочно вытирала слёзы клетчатым платком.
Святослав медленно приблизился, стараясь издавать побольше шума при ходьбе, дабы не напугать.
— Здравствуйте! — начал с приветствия он, и тут же принялся судорожно соображать, как завести разговор, — Я… Эм…
Свят запоздало подумал, что лучше бы попросить помощи у Аниной бабушки, та уж наверняка в курсе всей ситуации и лично может знать семью погибшей. Однако ему было неудобно утруждать старушку просьбами после того, как попытался завести неудачный роман с её внучкой.
Плачущая женщина услышала его и подняла голову и кивнула.
— Я эм, ищу могилу, эм… деда… дальнего. Он кажется здесь похоронен. Киреев Борис Дмитриевич.
— Не знаю таких.
— Жаль… Простите за бестактность, это ваша дочь?
— Да, — стойко ответила женщина, хотя слеза прочертила по щеке горькую дорожку.