"Фантастика 2024-13". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
— Его скорее девятое управление к себе перетащит. Готовый киллер. Николай, зови это дарование. Хочу вблизи посмотреть.
Поручение позволило шепнуть агенту, что с Сазоновым нельзя откровенничать по поводу… ну ты сам понимаешь. Заодно Образцов пообещал содействие в дальнейшем, если проблемы с памятью помешают в общении со студентами и преподавателями. Тот молча кивнул.
Вблизи Егор благоухал запахом пота, с шумом вдыхая и выдыхая воздух. Крупный парень, но не гигант, он не обладал главным качеством полевого агента — неброскостью. Наоборот, привлекал к себе внимание.
— Знакомься. Виктор Васильевич Сазонов, он координирует всю деятельность по инциденту на Калиновского.
— Здравствуйте. Я думал, что обо мне знаете только вы, Николай, и тренер. Трое — слишком много.
Парень без спроса взял с тренерского стола графин и налил себе воды, шумно выпив.
— Вы совершенно правы, и я приношу извинения за вынужденное нарушение правил конспирации, — дипломатично ответил Сазонов. — Но по городу бродит сумасшедший, заминировавший ацетиленовый баллон и убивший четверых. Любая информация — на вес золота. Что нового узнала милиция?
Егор отставил стакан.
— Ничего. И не узнает, потому что не ищет. Как и прокуратура района. Они поставлены в жёсткие рамки, шаг в сторону — получат дюлей. Пока им сказано придерживаться версии, что имела место преступная неосторожность, они все лишь делают вид, что пытаются раскрыть. А сами заняты бумагомарательством и привлечением к ответственности о преступной ненарезке огурцов, — Егор поведал историю о том, как доверенные лица ОБХССников хватали за руки торговку закуской с просьбой не резать огурец, а потом сами её обвинили в обмане покупателей. — Не верите? Весь Первомайский РОВД ржёт по случаю находчивости опера, придумавшего фортель с овощами.
— Её в самом деле посадят? — уточнил майор.
— Наверно — нет. Выявленное преступление датировано 1981 годом, прекращение уголовного дела — уже нынешним, когда статистика прошлого года закрыта. Так что не трогайте милицию вашим дурацким взрывом, она огурцами занята.
— Что же… Отрицательный результат — тоже результат, — расщедрился на похвалу Сазонов.
— Не спешите. Думаю, раскрыть можно. Есть пара соображений и зацепок. Во-первых, это не теракт и не хулиганство, никто не похваляется «достижениями», — Егор вопросительно посмотрел на гэбистов, оба согласно кивнули. — Во-вторых, не исследованы более простые причины взрыва. Я навскидку могу назвать две версии. Одна из них уже нашла отражение в деле — покушение на Бекетова.
— Я в курсе, — вставил Сазонов. — Крайне маловероятно.
— Но нельзя сбрасывать со счетов. А вот и вторая, в самом уголовном деле на неё нет и намёка. Я посмотрел сводку в дежурной части. Оказывается, сразу после взрыва в гастрономе двое ранее судимых поставили сберкассу на улице Якуба Коласа, напротив Политехнического института. Как часто грабят закрытые сберкассы со взломом? В Минске — ни разу за последние десять лет. Одного из героев повязала охрана Советского района, второй с деньгами сбежал, объявлен в розыск.
— Ты хочешь сказать, взорвали магазин, чтобы отвлечь туда милицию?
— Так точно, товарищ… майор?
— Подполковник.
— Понимаю, что версия отдаёт бредом, товарищи подполковник и майор. Но всё же её вероятность выше, чем покушение на Бекетова или на кого-то из более травоядных посетителей магазина. Третью версию оглашать или хватит двух?
— Ну, Николай, ты и вырастил вундеркинда. Во всех отношениях, — то ли в серьёз, то ли подкалывая прокомментировал Сазонов.
— Кто не дал вынести баллон? Участковый Говорков утверждает, что новой заведующей гастронома стала одна из материально ответственных тёток в том же магазине. Скажете — слишком круто мочить четверых ради повышения? Она — не профессиональный сапёр, чтоб рассчитать силу взрыва. Меня на все версии не хватит, возьму что-то одно. Покушение на Бекетова.
— Егор, что ты конкретно собрался делать? — спросил Образцов, встревоженный бурной деятельностью подопечного, совсем недавно плакавшего от утраты памяти и неуверенного в себе.
— В уголовном деле я нашёл протокол допроса некой Инги Павловны Дауканте, 1960 года рождения, секретаря Бекетова в «Верасе». Находилась около гастронома не позднее чем за пять минут до взрыва. Живёт в съёмной квартире в доме 54 дробь 2 по Калиновского рядом с домом Бекетова. Несмотря на более чем скромную должность, имеет персональную служебную машину ВАЗ-2106, одета-обута как кукла. Думаю, никто лучше неё не знает про друзей и врагов шефа. Прошу разрешения на её разработку. Включая оплату расходов на ресторан и прочее, помощь в приобретении дефицитных билетов, тут как раз Московский Театр Сатиры приезжает.
— Ты обалдел? Решил снять и трахнуть любовницу Бекетова? — изумился Образцов.
— Как получится. Вдруг я не в её вкусе? К операции мне придётся привлечь одного из оперов розыска, по секрету от его начальства. Если нет — то нет. Девушка у меня есть в общежитии, чисто для переспать — мне чужие любовницы не нужны. Так что на ваше усмотрение.
— Куда же тебя несёт, — нахмурился Сазонов. — Мы проверяли Бекетова. Он — бывший офицер ГРУ, главного разведуправления армии. Уволен досрочно, не комиссован, а именно уволен. За что — не знаю, не наш уровень допуска, у вояк свои тайны. Мужик крутой, резкий. Твоё карате не спасёт. Мы сами в его логово проникнуть не смогли. Прослушка телефонов ничего не дала. Вешали прослушку в кабинет — обнаружил в первый же рабочий день после Нового года, послал громко на три буквы её поставивших, и электроника отключилась.
— Это не единственная просьба. Советским РОВД был объявлен в розыск ранее судимый Игорь Павлович Томашевич, 1958 года рождения. Если я правильно понял, он как раз и есть сбежавший с деньгами из сберкассы. Нужно сопоставить обстоятельства дела о сберкассе и взрыве, больше ничего заметного в тот вечер в сводке нет. Я сам не могу запросить Советский, оснований не имею.
— Сделаем, — пообещал Сазонов.
— Так что с вербовкой секретарши? Или мне дальше заниматься делами на уровне «преступной ненарезки огурца»?
Офицеры переглянулись. Решение принял подполковник.
— Даю добро. Вот мой телефон. Звони завтра в десять. Встретимся, получишь дополнительную информацию. А также деньги на расходы.
Уходя, Егор оглянулся, встретившись взглядом с Образцовым. Тот даже не пытался скрыть разочарование, уступив контрразведке перспективного человека. И одновременно некоторое облегчение.
Люди всё же удивительно противоречивые существа.
Глава 11
Утром 6 января Егор позвонил Лёхе и таинственным голосом предупредил, что в РОВД пока больше светиться не будет. А ближе к обеду нужно встретиться. Договорились — на опорном у Гаврилыча.
«Куст», который обслуживался участковыми с того опорного пункта, охватывал микрорайон Восток-1, с северной стороны ограниченный улицей Калиновского. Сам опорный находился на первом этаже одного из домов, выходивших на Ленинский проспект.
Переступив его порог, Егор моментально уловил особый милицейский запах, замеченный ещё в РОВД. В нём смешались отголоски аромата немытых телес административных правонарушителей, отправляемых в дежурку для установления личности, сапожной ваксы, оружейной смазки, какой-то кислятины… А ещё трудноуловимый, но отчётливый привкус человеческого горя. В милицию не шли хвастаться успехами, отметить праздник или как-то выразить радость. Сюда несли несчастья, материализованные в заявлениях о краже, о семейном насилии, о несносных соседях или хулиганящих подростках. Счастливые люди наблюдались в паспортном столе, получающие прописку в новой квартире, или в ГАИ, когда ставилась на учёт выстраданная в долгой очереди машина. Но эти службы занимали другое здание.
Стены опорного пестрели плакатами с дежурными призывами бороться с пьянством и алкоголизмом, хулиганством и тунеядством, а также вступать в добровольную народную дружину. Если бы в СССР столько энергии и средств тратили на микроэлектронику, а не на плакаты, думал Егор, первый транзисторный приёмник, не хуже японского, собрали бы где-нибудь в Подмосковье.