"Фантастика 2024-13". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

– Кхм… – оторвало меня от размышлений деликатное покашливание.
Я поднял взгляд. Мужчина под сорок, очень спортивный с прямой осанкой, её не могла скрыть даже строгая сутана. С волевым лицом, аккуратной бородкой и глазами, полными доброты и всепонимания… верить им не стоило – это профессиональная деформация. От него пахло ладаном и книжной пылью, отчего захотелось чихнуть. То прибыл главный настоятель храма и одновременно основатель религии “Последней книги” – если судить по полученным на него данным.
Напалков Кирилл Анатольевич. Родом из семьи юристов. Сам обучался в этом же направлении. Но после Чёрного месяца сменил род деятельности на религиозный. Делец, причём профессиональный и с хорошей поддержкой.
– Доброго часа, Кирилл Анатольевич, – улыбнулся я, откладывая чужой наруч. – Надеюсь, обряд очищения проходит успешно?
– Вполне, – благочестиво поклонился настоятель. – Наши служители прилагают все усилия. Для нас большая честь, что Издательство доверило участвовать нам в столь ответственном мероприятии. Этому очень способствует сильная растрата Веры одержимым, за это отдельная благодарность вам…
– Сергей Кугдыматов. А рядом моя напарница и стажёр Надежда Демкина, – представился я. – Рад слышать, что всё хорошо. Однако вас должны были предупредить: у нас к вам имеется ещё одно дело.
– Да, ваше начальство мельком упомянуло о чём-то таком, но не вдавалось в подробности. Я заинтригован, – голос глубокий, почти оперный, хоть и не поставленный. Истинный пророк новой религии.
В религии “Последней книги” не имелось святых… ну, кроме творцов прошлого. Малёванным карикатурам здесь не видели смысла поклоняться. Свечи тоже не ставили, они в принципе были опасны в храме “Последней Книги” – могли поджечь книги, картины и поделки, представленные в храме. Святых почитали тем, что о них помнили и знали их творения.
Здесь чтили творчество во всех его проявлениях, оттого храм напоминал небольшой музей или библиотеку, подобное подчёркивала роспись стен и витражи. Правительство оценило этот ход – благодаря ему Вера не концентрировалась, и по таким храмам разошлись многие экспозиции музеев и библиотек. А кафедра и ряды скамей разбавляли творческую вольницу некой структурой.
Было очень уютно сидеть на отполированных деревянных лавочках и болтать. Приходилось постоянно одёргивать себя, дабы не забыться в этом благолепии.
– Понимаете, за восемь лет “Последняя книга” открыла филиалы по всей стране и сейчас выходит за рубеж, – неспешно начал я. – Вы одна из самых успешных и быстро развивающихся религий мира. Ваши капиталы огромны. Вы имеете поддержку людей и правительства. Поэтому удивительно, что вы, основатель, остаётесь жить и работать в нашем захолустье… 
Надя недоумённо посмотрела на меня. Мои вопросы были явно не о том, о чём она ожидала. Но я знал, как общаться с подобной породой людей! Как-никак про это в книгах писал… А всё же красиво пыль в потоках света из-под купола играет.
– Вижу, вы не относитесь к нашей вере, – констатировал настоятель. Я лишь вопросительно взглянул, и он поспешил пояснить: – На ваш вопрос хорошо отвечают первые строки Последней книги…
– “Автор Бытия был одинок и задумал повеселить себя, создав Историю. В миг создания появился наш мир, и Вера стала воплощаться в людях. Всё, что было – лишь предыстория в мыслях творца. Всё, что будет – его великий замысел”, – продекламировала Надя.
Мы взглянули на девушку. Я с недоумением, а настоятель с интересом, и мой стажёр смущенно пояснила: 
– Я одно время очень интересовалась этим.
– Теперь понятно, почему эта религия многим нравится: концепция проста до отупения, – пробормотал мне на ухо Брут.
– Истинно так, – кивнул, в свою очередь, Напалков. – Не мне спорить с великим замыслом Автора Бытия. Кроме того, скромность – хороший маркетинговый ход. Это придаёт мне авторитета в глазах паствы. Даёт их Веру. А на материальные блага мне и тут хватает.
– Неужели? Но насколько знаю, в вашей религии практически нет запретов. А существование сводится к цели: “Живите и развивайтесь. Чем больше опыта и знаний вы получите, чем более умелыми станете, тем больше места будет отведено вам на страницах божественной книги”. И в крупных городах этого добиться проще, – решил я тоже блеснуть знанием.
 
– Тоже верно, – не стал спорить настоятель. – Но озвученное вами – лишь общее представление. Смысл бытия чуть шире… Вы никогда не задавались таким животрепещущим вопросом: “А зачем Творцу Мира столь изощрённая история, где у персонажей имеется свобода воли?”
– Дабы развлечься? Это же вроде заявляется во вступлении Последней Книги? – передёрнул я плечами.
– Не только, – вновь влезла Надя. – Автор заботится о своих персонажах: “Каждый на своём пути будет иметь возможность встретить Автора Бытия. И если человек окажется достаточно мудр и разгадает сюжетный ход творца, то будет исполнено любое желание этого человека. Ибо творец радуется росту своих созданий. И ждёт, когда они станут рядом с ним”.
– И совершенно неважно, где ты находишься. Главное, увидеть возможность встретиться с Творцом, – благожелательно подтвердил настоятель.
– Вы верите в это, потому как после Чёрного месяца получили письмо с подобным предсказанием? Например, об очень могущественном… нет, не боге, но джинне в этом городе? – доброжелательно уточнил Брут, вылезая у меня из-за ворота.
Настоятеля перекосило от умственных усилий. Логика извращённая и вообще это бред? Выстрел в пустоту? Не спорю! Но так мы перевели разговор из привычной для него плоскости в опасную – ударили под неожиданным углом, и настоятель оказался не готов. Зрачки сузились от удивления. Дыхание сбилось, и страх сжал его ладони в кулаки. А на виске выступила капля пота.
– Не понимаю, о чём вы… – голос профессионально спокоен и доброжелателен, но мой обострённый слух ещё слышал учащённое сердцебиение.
Я улыбнулся и слегка покачал головой, показывая, что в этом пункте собеседнику не доверяю.
– Чего вы хотите? – быстро взяв себя в руки, поинтересовался настоятель.
– Получить пришедшее вам некогда письмо, – в этот раз я решил переть напролом, дабы по увёрткам и попыткам увильнуть понять, какие нюансы были в письме. Получить его я не рассчитывал.
Едва различимый хлопок. Я бы на него и внимание не обратил за бормотанием жрецов у алтаря с одержимым, но дуновение воздуха из центра зала мне показалось странным. А обернувшись, я увидел Артефактора в маске Пьеро, стоящего в центральном проходе. И в руках его было то самое странное оружие из видео с разборок криминальных авторитетов. 
В ту пару мгновений, которые мне понадобились, чтобы прыгнуть на настоятеля и повалить на пол меж скамьями, уводя из-под выстрела, я успел разглядеть прибор: электронные схемы, конденсаторы и магниты усиления, а также мешанина проводов – это всё образовывало цельный ствол с полметра длинной, закреплённый на наруче Артефактора. Наруч, как и в прошлый раз не отображался моими системами.
– Редакторы, отступите! Отдайте мне Напалкова, – синтетическим, механизированным голосом громыхнул Пьеро. – Я лишь возвращаю данную ему взаймы силу!
– Это он про письмо и заодно про всю вашу Веру, – не преминул тявкнуть Брут настоятелю, чтобы потом переговоры лучше проходили.
А я, подняв руки, начал медленно подниматься и обратился к Артефактору, раз он хочет поболтать, то грех этим не воспользоваться: 
– В столь ультимативной форме нам поговорить не удастся. Но если вы отложите оружие, то мы можем обсудить проблему и прийти к взаимовыгодному компромиссу. Расскажите, чего вы хотите?
– Я хочу уничтожить то, что создал! Но для этого мне нужен Напалков! И его умение Верить!
Тут Артефакторов стало двое. Временной клон – призыв своей полуиллюзорной копии из прошлого на несколько десятков секунд. Я успел просмотреть файл про Временщика и его способности, вследствие чего ожидал подобного от похитившего его способности Артефактора.
Один из клонов шагнул и оказался сразу около меня – Пространственный Пробой – мгновенное перемещение в пространстве. От первого удара я успел уклониться. Второй принял на блок. А следом выполнил чёткую боксёрскую двоечку, отчего противник отшатнулся и даже упал меж лавочек. А маска Пьеро пошла трещинами. М-да… не боец.