"Фантастика 2024-13". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Надо было видеть лицо Громова, он просто лучился от радости. Ну а Царь продолжил…
Вертуны были и в глубокой древности, причём в такой, которую не зацепила легенда чернолунников. Окаменевшие остатки этих Вертунов, превратившиеся в богатые жилы, до сих пор откапывают, именно это и даёт дополнительные ресурсы стране.
— Чернолунники считают, что миру чуть больше четырёх тысяч лет. Из них две тысячи лет прошло со времени первого явления Чёрной Луны, — задумчиво сказал Царь, — Но учёные доказывают, что возраст самых древних Вертунов чуть ли не под сотни тысяч лет, а некоторые так вообще…
— Ну хорошо, это всё ясно, — проворчал я, перебив Царя, — Лекция отличная. Причём тут техника Пса?
— Так уж сложилось, что именно сейчас Красногория богата Красными Вертунами, а Великолуния — Белыми.
— И это я слышал…
— Не спеши. Василий, твоя техника позволяет использовать Вертуны в военных целях. И раньше мы это успешно применяли, пока не потеряли Борзовых, и не надломили лунную кровь…
— В военных целях? — я даже чуть склонил голову, до того во мне зазудела солдатская жилка.
— Не хочу повторяться, но на границе Красногории и Великолунии много Вертунов. Как Красных, так и Белых… Владение техникой Пса давало нам возможность насылать «угольков» в ту сторону, в которую нам надо.
— Э-э-э… — я поджал губы, — Насколько помню, очень мало магов владели техникой Пса. Неужели какой-то десяток призванных горелых псов может изменить дело на фронте?
— Ты прав, — усмехнулся Царь, — Но если орава «угольков», появившихся из открывшихся Вертунов, побежит за призванными провокатороми?
Я задумался, вспоминая свою первую ночь в этом мире. Как треснула бетонная полусфера, и оттуда, жутко завывая, выскочил «снежок».
Там был Вертун-Карлик, а на границе с Великолунией наверняка есть Вертуны и побольше. Выскочат оттуда разъярённые «угольки», а мимо них промчится собрат, да не один.
Несмотря на то, что это магические элементали, суть у них звериная, и движут ими инстинкты.
— Пока они разберутся, что к чему, уже достигнут великолунских укрепов… — продолжил я.
— Верно. Техника была новая, разработанная Борзовыми, но со своими нюансами.
— Так у вас же есть Зумакин, — вырвалось у меня, — У полковника отец владел этой техникой, и он…
— Да сгинь твоя луна, Василий, — Царь всплеснул руками, от чего Истомин и Громов подтянулись, а Мягонький улыбнулся ещё шире, — Нельзя выучить эту технику, если рядом нет владеющего ей мага. Это был секрет Борзовской магии, и, когда они исчезли, это был непоправимый ущерб.
— Что ж вы тогда Зумакина-то… — спросил я, переглянувшись с Владом.
Тот мне рассказывал историю, как помогал вытаскивать отца полковника из лап Стражей Душ.
— Все, кто в этом участвовал, уже и допрошены, и казнены, — вздохнул Царь, — Целых двадцать лет мы никак не могли в этом продвинуться, пока не появился ты, Василий. И, сожри меня Пробоина, сын, я не представляю, как ты заполучил эту технику, но это явно благословение Незримой! Её рука коснулась тебя, и Красногорию вместе с тобой.
Я решил пока не продолжать тему про Незримую и её «касания». Что-то мне подсказывало, что, если я начну говорить про богов, спустившихся на землю, это разрушит все наведённые с государем мосты.
— Полковник Зумакин сказал, что в предгорьях бегает дикий «комок». Это сочинили, или правда? — спросил я.
— Да, это правда. Мы пытаемся учесть каждую мелочь в этом деле, — сказал Царь, — Чтобы враг поверил.
— Вы отправляете меня… — я взглянул на Мягонького, — Кхм… с небольшим отрядом, чтобы великолунцы на это клюнули?
— Ну, я предполагал, что ты не вытерпишь и унизишь Рыкова своим царским происхождением, да ещё и заберёшь себе его роту. Это приведёт к конфликту, и в предгорьях его отряд отвернётся от тебя.
— Рыков не похож на такого, — честно ответил я.
— Да, не похож, и он так и не согласился подставить своих бойцов. К счастью, ты повёл себя по-другому... Это был жестокий план, но других таких гвардейцев, которые не бросят своего командира даже ради царского наследника, у меня нет.
 
— Скажу честно, Игорь Олегович, это подлый план.
Царь вздохнул и чутка пожал плечами. Да уж, мне ли говорить о подлости человеку, который столько лет крутится в котле дворцовых интриг?
— Василий, великолунцам придётся действовать наверняка. Мало того, что спустя столько лет появился наследник, так теперь ещё и вернулась техника. Они одновременно и боятся её, и надеются завладеть секретом.
— И поэтому… — продолжил я его мысль, — …вы думаете, что они сейчас положат всё на карту, чтобы решить вопрос.
— Да. Они либо убьют тебя… — спокойно сказал Царь, — Либо попытаются схватить, чтобы наконец-то завладеть техникой. В любом случае, ты сейчас для них очень важен, поэтому я надеюсь, что наконец мы вскроем всю их сеть.
— Они вправду рискнут всем?
— У них нет выбора. Ты уже по силе практически Маг Второго Дня…
— Практически?
— Вероятно, это техника Пса так повлияла, — уклончиво ответил Царь, — Но великолунцы вправду больше не могут ждать. Время смуты подходит к концу, и Красногория будет становиться лишь сильнее.
— Сдаётся мне, вы и сами надеетесь получить их технологии?
Царь заметно помрачнел:
— Это было бы идеально. Но судьба Красногории для меня важнее, чем моя.
Если честно, последнюю фразу государя я не совсем понял. Но в этот момент вернулся кладовщик, едва не сгибающийся под весом аммуниции.
Он сгрудил всё принесённое на железный стол и тяжело задышал.
— Вот, ваше лунное величество, блаженный господин Игорь Олегович… Как вы просили.
— Молодец, Тигран, можешь идти, — Царь махнул рукой.
На столе лежала классическая форма Пламенной Когорты — красные куртка и штаны, чистое сменное бельё. Сабля, нож, разбухший от нужных мелочей подсумок. Растянулась рядом рубаха-кольчуга, такая же, как у Влада, излучающая защитное плетение магии.
Но я не сводил глаз с магострела, лежащего рядом с обмундированием. Длинный тонкий ствол, полированное ложе приклада, и вытянутая трубка оптического прицела. Это не пара линз, как на тех гвардейских магострелах, а уже самая настоящая подзорная труба.
Ствол здесь был тоньше, чем на мощных гвардейских винтовках, скорее походил на стандартный солдатский магострел, только заметно длиннее. И, что бросалось в глаза, это чуть изменённый казённик, сталь у него явно была потолще, да и приклад будто под снайперскую позицию сделан.
Как же он напоминает мой «свисток», это просто капитское какое-то наваждение…
Так, Тим, захлопни рот, подтяни слюни! Там Царь ещё что-то говорит, а ты тут сейчас оружейный оргазм испытываешь…
— …сохраняется в силе. И если ты ещё подыграешь немного, и покажешь всей гвардии, что очень хочешь произвести впечатление на меня, было бы прекрасно, — Царь вопросительно посмотрел на меня, — Василий?
— В общем, вести себя глупо, — вздохнул я, потом подошёл к столу и поднял магострел.
По телу протекла сладкая истома. У него и вес практически такой же, как у моего «свистка». Ух, Эвелина, держись, я иду…
— Да с этой пушкой мне вообще не нужны помощники, — вдруг воскликнул я, прижав магострел, — Что там, «комок» в горах? Я — Рюревский, да меня вся нечисть бояться должна! Зачем мне отряд? Я один схожу в эту долину и принесу тебе, отец, голову этого монстра! Ты увидишь, что я твой сын не только по фамилии, но и по крови!
Что-что, а вот актёром я был хорошим. И выражение лица у меня было сейчас таким же — молодой оболтус, у которого кровь кипит в венах, и сила требует выхода. Правда, упрямство все мозги напрочь отшибло, но кого это волнует в двадцать один год?
— Рыков думает, что я в штаны наложу? — продолжал я, — Все эти советнички, Славины, Вепревы… Я им покажу, какие мы, Рюревские!
Царь сидел, выпучив глаза, словно увидел привидение. Я повернулся:
— Так пойдёт, что ли?
Государь потёр щёку, словно сгонял наваждение, и медленно кивнул: