Влюбиться на максимум (СИ)

Прав его лишили, так что теперь я снова на колёсах.
Волочёт с собой сумку с тетрадями и кучей других бумаг. Полночи с ними просидел.
Хуже парня учителя может быть только парень мент. Когда ему уже замену найдут?
Ощущение, что Федоровна после моего ухода не сильно с этим торопится. Работает человечек и отлично!
— С кем-то на твоё место опять тишина? — встречаю его у машины.
— Угу…
И взгляд как у побитой собаки.
— Клянусь, после экзаменов сам уйду.
— Экзаменов? Дэй, февраль только!
— Ну, некому работать! Что я сделаю?! Дверь открой.
— Послать всех нахер и уйти, — помогаю ему погрузить сумки на заднее сиденье.
— Я так не могу…
А вот я могу. Но я не он.
Ладно, фиг с тобой, — машу обречённо рукой.
Довожу его до колледжа, целую и несусь во дворец спорта. Туда сегодня со всех областей бойцы съехались.
Нервоз ужасный, что даже мутить начинает. Закидываюсь тайком таблеткой от тошноты.
Слушаю наставления тренера для всех нас. В голове шум, уши закладывает.
Надо подождать немного. Лекарство подействует и всё нормально будет.
— Макс! — окрик Филипчука.
— А?
— Хрен на! Ты меня слушаешь или платье свадебное подбираешь в голове?
Все прыскают от смеха.
— Ничего я не подбираю, — обиженно дую губы.
Обидки на всех и вся на меня последние пару недель частенько накатывают. Из-за всякой ерунды могу накрутить себя.
— Тогда не ушами хлопай, а слушай. Доктора все прошли?
— Я не прошла…
— Макс, какого ху…?! — срывается на меня.
— Там очередь. Думала, вашу тираду сначала выслушаю, потом пойду.
Филипчук красными пятнами пошёл от злости.
А что? Тебе же можно меня отчитывать, а мне подколоть запрещается? Ага, сЧас!
После нравоучений и тактики иду в медкабинет. Там уже почти никого под дверью. Дожидаюсь своей очереди.
— Что-то ты какая-то бледная, Макс, — крутит моей головой Самсоныч, заглядывая в глаза.
— Нервничаю, — ответ спокойный, чтоб ни о чём не догадался.
— Ты? Удивительно, — отпускает и записывает что-то в карте.
Взвешивает, измеряет давление, смотрит что-то на ЭКГ.
— И всё-таки ты мне не нравишься, хоть и все показатели в норме. У тебя потеря веса. Чем ты питаешься? — косится на меня.
— Как обычно, — пожимаю плечами. — Сбалансированное спортивное питание, добавки, белок.
— Странно… А по ночам нормально спишь?
— Ну как сказать… — закатываю глаза и загадочно улыбаюсь.
— В курсе я про твоё семейное положение, — посмеивается. — Не рановато ли решила замуж выскочить? Школу ещё не закончила.
— Никто меня замуж и не гонит. Что вы с Филипчуком привязались? — раздражаюсь. — Нормальный у меня жених! Хочет, чтобы я и дальше училась, а не подгузники засранные меняла. Допускаете? — тяну руку.
— Допускаю! — отдаёт мне разрешение. — Что завелась-то? Валерьянку попей от нервов.
— Не поможет, — хлопаю дверью.
— И ешь побольше!
Выдох облегчения, и довольная иду отдавать справку тренеру. Без неё он меня даже в зал не пустит.
Тренер смотрит внимательно в бумажку, нахмурив брови.
— За неделю минус три килограмма, — бросает недовольный взгляд исподлобья. — Тебя не кормят дома?
— Кормят, — стараюсь не ловить его злобный взгляд.
— Значит, хреново кормят! Поговорю с твоей матерью о твоём рационе. А узнаю, что сидишь на какой-то диете, я тебе голову откушу.
— Не сижу я ни на чём!
— А вес падает. Если ты на ринге от голода в обморок упадёшь, я как это объяснять комиссии буду?
— Не собираюсь я падать!
— А я не уверен.
— Тогда снимайте меня с соревнований! — выдергиваю у него справку. — Если вы такое сыкло.
Сорвалась опять.
Вчера Дэю досталось за бумажку мимо мусорного ведра. И вот! Я же никогда себе по отношению к Филипчуку такого не позволяла. Он аж задохнулся от возмущения и злости.
— Если бы было кем тебя заменить, так бы и сделал, — прорычал сквозь зубы, отобрал у меня заключение и ушёл.
Атмосфера из-за всеобщего нервоза удручённая. Не удивительно, что орём друг на друга.
— Очкуешь? — подкалывает подошедший Кирилл.
— А ты нет? — смотрю на бой двух кандидаток.
 
Та, что выиграет, встанет в пару со мной. И они обе хороши. Поэтому улавливаю каждое движение. У каждого бойца свой " почерк" и слабые места.
— Не особо…
— Ну да… Второе место тебе так и так обеспечено. А я первое хочу. Калинина не видел? — отвлекаюсь, чтобы очередной раз осмотреться.
— Нет. Должен приехать?
— Обещал. Фролов где?
— У Самсоныча нос вправляет, — посмеивается.
Мда… Прилетело Егору, откуда не ждали. Сразу нокдаун.
— Вон твой Калинин, — кивает головой в конец зала.
Я перевожу взгляд на Гордея, а на ринге в этот момент моя будущая партнёрша вырубает оппонента. Гонг. Бой окончен.
— Не опоздал? — подходит Дэй, пожимает руку Лаврику.
— Нет. Как раз вовремя. Сейчас она отдышится и моя очередь, — показываю на победительницу.
— Это хорошо, что она выдохлась. Легче будет её зарубить.
— Я тоже выдохлась, только раньше.
— А это уже преимущество, пусть и небольшое, — потирает, подбадривая, мне плечи.
Да, он прав. У меня было чуть больше времени на восстановление.
— А третий мушкетёр где? — смотрит по сторонам Дэй.
— Фролов? Он у доктора. Ему шнобель локтём снесли, — усмехается Кирюха. — Но всё равно с третьим местом остался.
— Это больно, — морщится Калинин.
— Да, я бы не хотел так подправить фэйс.
Томительное ожидание и наконец-то вызывают на бой.
Я никогда не испытываю жалости к соперницам, они мне не подружки. Бью всегда, выкладываясь по полной. Но эту мне жалко — мало времени на восстановление было. И она никакая.  К н и г о е д . н е т
Но к концу боя у неё всё же открывается второе дыхание, и она выматывает меня.
— Макс, что ты как тряпка! — кричит откуда-то слева тренер. — Врежь ей!
Легко сказать. У меня мышцы ватные и не слушаются. Только техника, выработанная за годы тренировок, спасает.
Размахиваюсь рукой и мажу. А соперница попадает вскользь по скуле и она начинает гореть огнём. Хочу ответить, но звучит финальный гонг. Разводят в стороны. И сейчас я расслабленно падаю на колени.
По очкам должна победа быть за мной. Я её вырвала. Закрываю руками глаза.
В голове усиливается шум. Голоса отдаляются и в глазах темнеет. Всё что слышу последнее — крик Дэя перед полным погружением в темноту.
  
Глава 71
 
Что-то с Макс не то. Выдохлась уже? Или силы бережёт в последнем раунде рвануть к победе. Это для неё так важно.
А я нервничаю, чтоб не покалечили мою девочку. Не нравится мне тайский бокс, слишком агрессивный, но из-за одного намека бросить этот спорт она на меня так посмотрела, что я думал — сейчас в нокаут отправлюсь.
Морщусь каждый раз, когда они лупят друг друга, и дёргаюсь от скользящего удара по лицу Макс. Словно мне, а не ей прилетело. Ссадина. Бедненькая моя …
Гонг. Наша команда победно от радости сжимает кулаки, по очкам Максим выиграла.
А вот сама она мне совсем не нравится. Опускается на колени и бледнеет.
— Макс! — рвусь к ней сквозь желающих поздравить.
Она оседает на пол.
— Макс! — хлопаю её по щекам.
— Врача быстро! — громко кричит присевший рядом Филипчук.
Какой-то пожилой мужчина в белом халате отгоняет нас от Макс, светит фонариком ей в глаза.
— Скорую быстро!
— Я уже послал мелюзгу, — произносит за спиной Лавров.
— Что с ней? — меня всего трясёт.
— Обморок. Говорил же, что она мне не нравится.
— Так ты же ей допуск дал! — орёт на него тренер. — Какого хрена?!
— Все показатели были в норме… Кроме веса…
— Так, давайте, не будем орать! — затыкаю их. — Ей это не поможет. Дайте нашатырь лучше.
Но он не действует.
Приходят врачи из дежурившей скорой помощи. Пока они делают осмотр и грузят Макс в машину, я звоню и договариваюсь с дядькой, чтобы её приняли в его больнице.