Батарейка (СИ)

- Наверное, это судьба. Я имею ещё и дипломатическую подготовку, но за пределы Фэкора обычно выезжаю редко – хватает дел и в моей лаборатории. Но тут получилось так, что один из помощников посла получил серьёзную травму на охоте, её можно было залечить только за пару недель, а присутствие в посольстве определённого числа Высших было обязательно. К тому же – я племянник Отца Фэрхов, это автоматически подчёркивало высокий статус посольства. Так что мне пришлось ехать. Теперь я благодарю Небеса – если бы не это посольство – мы бы ещё долго ничего не знали бы о тебе, Экор.
- Ничего, - оптимистично отозвался я, - мы всё равно собирались бежать. Так что рано или поздно – мы бы всё равно встретились.
Папа Норгейль кивнул, соглашаясь с моими словами, но в его погрустневших глазах я прочёл, как мало было бы у нас шансов на побег, если бы мы отправились в путь без Лорика. Особенно я был бы хорош – толком ничего не знающий ни о Глинтии, ни о Фэкоре, ни о пути, который нам предстояло проделать. Да и Ольсарий нам подвернулся очень даже вовремя, что уж говорить. А если бы не Ургау – я бы точно сгинул в ловушке Демона Пустошей. Так что это просто несказанное везение – что наша авантюра закончилась успешно.
Тут Ярри заявил, что, так или иначе – мы все вместе и это просто замечательно. И вот с этим трудно было не согласиться.
Так, за разговорами, мы проделали большую часть пути. Но, поскольку мы задержались с утра, затемно добраться до столицы не удалось. Стало ясно, что придётся располагаться на ночлег в следующей деревне. Называлась она Широкая Пыжма и славилась, прежде всего, разведением хухеров какой-то совершенно особой породы. Единственный минус – в этой деревне не было ни постоялого двора, ни гостиницы – приезжие обычно здесь не останавливались, предпочитая без остановки проезжать в столицу.
Но, тем не менее, староста в деревне имелся и, узрев, какие гости к нему заявились на ночь глядя, он сделал всё, чтобы устроить нас с наибольшим комфортом, предоставив для этого собственный дом и все имеющиеся в наличии припасы. Кстати, узнав, какие гости остановились у старосты, к спасению нас от голода подключились селяне, натаскав за пять минут кучу всяких местных деликатесов. Моих родителей, как выяснилось, они все прекрасно знали, так что ещё раз пошла в ход история со спасением меня бедного-несчастного из глинтийского плена с последующими ахами и вздохами, а количество еды в моей тарелке тут же выросло в три раза. А ещё я заметил, что некоторые молодые парни из местных откровенно строят мне глазки, а просёкшие эту фишку Ургау и Рин сердито хмурятся. Правда, глазки строили и самому Ургау, да и Рина вниманием не обошли. Пришлось вполне демонстративно поцеловаться с ними на виду у всех, после чего местные юноши на выданье намёк поняли и больше охмурить никого из нас не пытались.
Дом старосты был большой и просторный – видно было, что семья живёт если не в богатстве, то в достатке, староста, его звали Гуроол, а Супруга - Асат с гордостью похвастался, что средний его сын Галат нынче собирается держать вступительные экзамены в университет и непременно поступит, потому что голова у него светлая. Голова действительно была светлая, точнее светло-рыжая, в чём мы быстро убедились. Помянутый Галат после ужина проводил нас в купальни, с интересом расспрашивая о том, о сём. Парнишка действительно был умненький, с бойким языком, разговаривать с ним было интересно, поэтому, искупавшись, мы отправились в отведённую нам комнату, продолжая по пути общаться с Галатом. А в комнате я полез в свой мешок за чистой рубашкой – не хотелось въезжать в столицу растрёпой и грязнулей, и в поисках её выложил на стол ноутбук. Глаза Галата так и загорелись:
- Неужели это и есть такая вещь, с помощью которой можно было писать, читать, делать расчёты, хранить информацию и разговаривать с людьми, находящимися далеко?
Я аж поперхнулся. Впечатление о компьютере было примитивное, но довольно верное.
 
- Да, это такая вещь. Но сейчас её невозможно включить. Нет необходимого источника энергии, - ответил я, - Однако, откуда ты знаешь о таких вещах? Мы и на эту-то случайно натолкнулись.
- Дело в том, - ответил Галат, - что когда-то очень давно нашей Семье оставили кое-что на хранение. И велели отдать тому, у кого будет при себе такая вот вещь. У тебя она есть – значит это ты.
- А откуда ты знаешь, как должна выглядеть такая вещь?
- А об этом вам лучше расскажет мой отец, - сказал Галат.
И хотя мы просто с ног валились от усталости, пришлось снова собирать всех.
Староста Гуроол внимательно оглядел ноутбук со всех сторон, только что на зуб не попробовал и сказал Супругу:
- Принеси шкатулку, Асат.
Папа Турзо спросил:
- А можно узнать, как у вас в Семье оказалось то, что вы храните столько времени? И почему об этом никто не догадывался?
- Можно, - отозвался Гуроол, - дед моего деда служил в Пограничной Страже. И вот однажды во время патрулирования он подобрал у Рубежной Реки беглеца из Глинтии. Бедняга был очень плох. Контрабандисты, подрядившиеся провести его в Фэкор, честно переправили его через Реку, но потом вынуждены были покинуть в ожидании обхода Пограничной Стражи. Этот человек был очень болен. На нём было заклятье Медленной Смерти, он рассказывал о каких-то подземельях, где продолжают проводиться ужасные опыты. Он не успел многое рассказать деду моего деда, но успел передать шкатулку. Он сказал, что в ней две вещи, которые помогут в своё время открыть тайну Великого Господина. Он сказал, что эти вещи опасны, и что их пока стоит скрыть. И отдать тому, у кого в руках будет такая вот вещь, – Гуроол снова указал на ноутбук и добавил, - он сказал, что в другом случае одна из вещей полностью бесполезна.
- Но почему ваш… предок ничего не сказал о находке вышестоящим? – ледяным тоном поинтересовался папа Норгейль, в котором на первый план начал вылезать жёсткий Главнокомандующий.
- Дед моего деда дал Нерушимую Клятву за себя и своих потомков. Он просто не мог ничего рассказать. Оставалось только ждать. И, поверьте, я рад, что всё наконец разрешилось.
В это время вошедший Асат протянул мне простую шкатулку из тёмно-красного дерева, поцарапанную и потёртую. Замка на ней не было, открывалась шкатулка просто. Однако, открыв её, я слегка остолбенел. В шкатулке действительно были две вещи – флэшка, абсолютно такая же как та, что покоилась сейчас в моём мешке и толстая синяя тетрадь, на обложке которой кто-то вывел «Дневник». А когда я открыл тетрадь из неё выпала самая обычная смятая и пожелтевшая рекламная листовка с фотографией: «Акция! Купи ноутбук и получи в подарок полгода бесплатного безлимитного Интернета!» Вот оно что. Теперь понятно.
Бумага в тетради была пожелтевшей и ужасно хрупкой, так что я не рискнул листать её. Но первая запись начиналась с даты: «29 мая. Среда». Даты, написанной на языке мира, где я прожил так долго.
========== Глава 101. Змея нападает. ==========
POV Егора.
Первая запись начиналась с даты: «29 мая. Среда». Даты, написанной на языке мира, где я прожил так долго. Почерк был аккуратным и чётким, скорее женским. Такой почерк девочки-отличницы, привыкшей всё записывать за преподавателем на уроках и лекциях. Я быстро пробежал глазами первую страницу. Ничего важного. Это действительно писала девочка-подросток. Запись была посвящена ссоре с сестрой, походу на концерт какой-то группы, мальчику из параллельного класса. Единственное, что меня насторожило – в самом конце страницы упоминалась работа старшей сестры. Ну да, всё по законам жанра. Сестра трудилась в лаборатории Дарьи Алексеевой. Снова, уже в который раз в этой истории всплывает имя Дарьи Алексеевой. Похоже, она умудрилась отметиться по всему Млезу. И что-то мне подсказывает, что истоки многих пакостных нынешних сюрпризов связаны с деятельностью этой гениальной женщины. Но тут мои раздумья прервали: