Восход дракона (ЛП)

— Расскажите мне о заседании совета, — сказал Йозеф, пока Лука пил. Маг добавлял на пол новые символы. — Как брат Аксил?
— Что ты имеешь в виду? — Лука нахмурился. Он чувствовал, как вино влияет его равновесие. Он поставил чашку, не допив, и надеялся, что Йозеф этого не заметит.
Йозеф колебался. Наконец он с сожалением сказал:
— Я заметил, что иногда брат Аксил обращается с вами так, как будто вы ребенок, а он — ваш учитель.
— Он был моим гувернером, — Лука улыбнулся. — Он научил меня всему. Он привел меня в Долину Теней, когда я только начал обретать свои способности менти. Он до сих пор многому меня учит, — вино, которое он выпил, дало ему приятное чувство ко всему миру, включая брата Аксила. — Я рад, что он в совете, даже если он не ладит с лордом Тинианом.
— О? — Йозеф на мгновение поднял взгляд.
— Лорд Тиниан служит интересам зантийцев, — объяснил Лука. — И он очень озабочен деньгами. Когда Серена посоветовала помочь пострадавшим от чумы, лорд Тиниан сказал, что это будет стоить слишком дорого. Брат Аксил вмешался. Я рад, что он это сделал, но я думаю, что он всегда будет выступать против лорда Тиниана.
— Это не похоже на мудрый совет, — заметил Йозеф. — А почему он должен вмешиваться? Он знает, что вы сидите на троне. Он должен был позволить вам справиться с этим.
— Он сделал хорошее предложение, — возразил Лука. Он уже не был уверен, что и думать. Брат Аксил сделал что-то не так?
— Он должен был позволить вам разобраться с этим, — снова сказал Йозеф. Он звучал очень уверенно.
В дверь постучали.
— Принц Лука, — это был один из стражей. — Лорд Ферин желает видеть вас по поводу армии. Мне впустить его?
Йозеф указал на руны.
— Вы не очень долго тренировались, принц Лука. Вам нужно продолжать тренироваться, иначе к тому времени, когда вы столкнетесь со своим братом, ваши силы будут недостаточными.
Лука колебался. Он знал, что должен поговорить с лордом Ферином. Это сделал бы король. Армия должна быть подготовлена. С другой стороны, если бы он отточил свои силы до такой степени, что мог бы сражаться со Стефаном в одиночку, армии вообще не нужно было бы сражаться.
— Я поговорю с лордом Ферином позже, — сказал он. — Я пошлю за ним.
Он шагнул в круг рун и вызвал еще один огненный шар. На этот раз, сказал он себе, он не сдастся, пока пламя не превратится в нить, которую он сможет смотать и завязать. Он не сдастся, пока не заставит свои силы делать то, что он хочет.
23
Серена
Серена шла по переулку, ее юбки развевались вокруг нее. Волосы ее были заплетены и заколоты, чтобы они оставались аккуратными, пока она работала в больнице, и она сопротивлялась желанию пригладить их. Она выбрала простое платье, хотя после этого провела слишком много времени перед зеркалом.
Она знала причину, по которой она это делала, и это заставляло ее чувствовать себя дурой. Она невзлюбила брата Рафаэля с тех пор, как он спросил, считает ли она себя более важной, чем ее подданные, и она все еще ощущала прилив гнева всякий раз, когда думала о его вопросе. Мало того, он раскрыл ее личность, когда она работала в больнице. Она могла быть в опасности из-за этого, и она знала, что другие советники Луки будут шептаться с ним о том, что она сделала это.
 
В то же время то, как брат Рафаэль говорил о своем долге, давало Серене цель. Когда чума пришла в Эсталу, она стремилась найти решение. Когда она была младше, она любила говорить с отцом о политических проблемах и находить решения. Он терпел такое поведение, потому что она была юна, а он в то время был снисходительным отцом. Ей нравилась загадка, находить способы решать несколько проблем одновременно — как ее предложение обучить молодежь Реялона навыкам лечения.
Позже ее отец решил, что она больше не должна говорить о таких вещах, но любовь к этому уже глубоко укоренилась в ней. Серена продолжала читать о политических вопросах и привыкла знать, с какими проблемами сталкивается ее отец. Она никогда не теряла надежды, что однажды он увидит в ней хороший ресурс или наследницу.
В своей борьбе за то, чтобы заставить его видеть в ней нечто большее, чем политический козырь, кого-то, кого нужно выдать замуж, Серена начала гордиться своим умом и своими знаниями. Решения заключались в том, чтобы показать отцу, что она достойна, а не в решении самих проблем.
Брат Рафаэль все изменил. В то время как другие священники пытались выдвинуть себя на руководящие должности в региональных орденах или на должности при дворе, единственное внимание брата Рафаэля было сосредоточено на людях, которым он помогал. Вот почему он развивал свои навыки и свои знания. Вот почему он отстаивал решение, которое поддерживал: не потому, что оно было умным или заставляло людей обращать на него внимание, а потому, что оно помогало другим.
Сегодня она заметила, что он чаще смотрит на нее. Не раз она замечала, что он смотрит, и невольно краснела.
— Вы выглядите расстроенной, — сказал он, удивив ее.
Серена хотела пнуть себя. Словно хихикающая служанка, она на мгновение подумала, что он мог прокомментировать ее внешний вид. Но он, конечно, никогда бы так не поступил. В конце концов, он был Братом Просвещенных. Ей понадобилось мгновение, чтобы собраться с мыслями и вспомнить, из-за чего она хмурилась.
— Мне не понравилось, как прошло заседание Совета, — честно сказала она.
Наступила долгая пауза, они завернули за угол и отступили в сторону, чтобы пропустить разношерстную группу детей, бегущих и визжащих. Серена надеялась, что дети просто играли между домами, но боялась, что они остались сиротами. Возможно, их родители ушли. Она смотрела им вслед, отмечая их слишком худые тела и рваную одежду.
— Мне это тоже не понравилось, — наконец, признался Рафаэль.
Серена удивленно посмотрела на него.
— Я бы с уважением отнесся к тому, если бы лорд Тиниан предложил другое решение для прекращения распространения чумы, — сказал Рафаэль. — Тогда я бы поверил, что его основной интерес заключался в восстановлении здоровья и безопасности людей. Вместо этого он только предложил проблему. Наше решение — ваше решение, Ваше Высочество — было мудрым. Если деньги в казне не используются для людей, то на что они годны?
Серена слегка улыбнулась ему.
— Что вас забавляет? — Брат Рафаэль нахмурился, сбитый с толку.
Она вдохнула и подумала, как объяснить свои мысли. Они остановились и теперь стояли вдоль главной дороги. Она должна быть уставлена ​​телегами с фруктами и овощами, почти оглушающими от шума торговцев, расхваливающих свой товар, но телег было мало, а некоторые даже стояли брошенными и пустыми.
— Я была расстроена этой встречей, — объяснила Серена. — Но то, как говорил Тиниан, было ожидаемо.
Брат Рафаэль нахмурился еще сильнее.
— Так обычно дела обстоят на собраниях совета?
— Да, — честно сказала Серена. — За исключением собраний Стефана, и то только потому, что он вообще не терпел инакомыслия. Обязанность совета — высказывать разные мнения, чтобы король мог видеть разные стороны вопроса. Мой отец сказал мне это однажды.
— Вы присутствовали на заседаниях его совета? — с любопытством спросил ее Рафаэль.