Последняя пьеса Земли (СИ)

Денис ждал. Но Едок не объявлялся. Тогда Терещенко сделал робкий шаг вперед, ни в коем случае не спуская с прицела коридор. Он дошел до того места, где рванула граната. Едок лежал на полу, согнутый взрывом пополам. На всякий случай Денис сделал контрольный выстрел в его омерзительную морду.
Заскочил по лестнице на первый уровень и замер, увидев впереди группу. Ким колдовал у панели управления лифтом. Бес подсвечивал ему фонариком. Макса рядом с ними не было. Как и не было Кошмара.
Денис спешно пошел к группе. Подойдя к Бесу, спросил:
— Где Макс?
Бес усмехнулся:
— Это ты у меня спрашиваешь? Ты с ним на второй уровень уходит, тебе и знать.
— Куда уходил?
— Ты че прикалываешься? — хохотнул Бес.
Терещенко кинулся на Беса, схватив его за разгрузку, и прижал к стене. Выпалил ему в лицо:
— Тот я, не я! Это Кошмар! Куда они пошли?
На миг Бес опешил от такого напора Дениса.
— Убрал руки! Руки убрал, я сказал! — прорычал Бес и оттолкнул Дениса.
— Се ты сказаль? — Ким оторвался от панели управления и подошел к Терещенко.
— В том секторе я встретил Кошмара. Он чуть меня… короче, он принимает любой облик.
Бес и Ким переглянулись. Потом Бес посмотрел на Терещенко. Хмыкнул:
— Дэн, ты че там башкой шарахнулся?
— Он же выглядел как я? Верно? — спросил Денис.
— Ну… ну да. Точно так же, — ответил Бес.
— Куда они пошли?
— Ты, то есть он, сказал, что нашел узел управления и на связь вышел Элиум. Сказал, что они попросили позвать Макса. Типа у них есть к нам важная инфа.
— Серт, ты сечесь се это было ловушка? — воскликнул Ким.
— Макс, ответь, — позвал Бес по внутренней связи.
Но Макс не отвечал.
— Сто-то мне это совсем не нравится, — проговорил Ким.
— Может со связью что… Пойдем посмотрим, что там с ним, — сказал Бес.
Они пошли к лестнице. И когда спускались по ступеням встретились с Максом.
— Блин, Макс! — воскликнул Бес. — Чего не отвечаешь?
— Потому что рация не работает. Ее разбил Кошмар, — ответил Макс, держась за ребра. Потом посмотрел на Дениса и устало проговорил: — Надеюсь на этот раз ты настоящий.
— Ты его убил? — спросил Денис.
— Нет. Он отступил. Но чувствую, что ненадолго. Чем быстрее отсюда свалим, тем лучше.
— Что с ребрами? — спросил Бес.
— Да так, ерунда… Небольшой ушиб. Все, пойдем. Времени мало.
Макс поднялся по лестнице и прихрамывая пошел по коридору к лифту. Группа последовала за ним. Спустя миг Ким вернулся к приборной панели лифта.
22:02
Ким все-таки смог отправить лифт наверх. Когда лифт поднялся и раскрыл двери, группа вышла на склад.
— Так. Отступаем также, как и пришли. Денис, замыкаешь, — скомандовал Макс.
Группа вышла из склада. Вокруг лежал свежевыпавший снег. Ощущалось как придавливал мороз. Группа стала продвигаться по территории вдоль складов, уничтожив по пути десятка два Слепцов. Где-то поблизости кружили роботы…
Наконец добравшись до забора, Бес подсадил Макс и тот перемахнул на ту сторону. Таким же способом все остальные бойца перелезли через забор. Разве что, Денис был последним и Бес помог ему перебраться, подтянув за руки.
Бес устало сел на землю и привалился спиной к забору.
— Все. Больше никаких спецопераций.
— Тосьно! — сказал Ким, снимая разгрузку возле открытого багажника джипа.
Терещенко скинул с себя в багажник разгрузку и осточертевший броник. Потом автомат и пистолет. Его плечи гудели.
— Слышь, Дэн, так что там с дочкой-то? — спросил Бес, открывая пачку сигарет.
— Ее там не было. Искусственный разум соврал.
Бес закурил и задумчиво протянул:
— Не понятно только зачем. Просто врать тебе ему резона нет.
— Какая уже разница? Все позади. Забейте, — сказал Ким и открыл заднюю дверь джипа, чтобы достать свою сумку.
Денис положил локти на крышу машины, устало уткнулся в них головой и закрыл глаза. Осознание того, что дочери в лаборатории не было одновременно пугало и вселяло надежду на лучшее. Может Бес был прав, и она не спускалась под землю?
Рядом с машиной грянул выстрел. Следом еще один. Денис вздрогнул и осмотрелся. Макс стоял напротив Беса и опустил руку с пистолетом. Бес сполз по стене на бок, оставляя за собой кровавый след. Ким лежал возле джипа.
 
Макс повернулся к Денису. Терещенко посмотрел на пистолет в его руке и ему стало по-настоящему страшно.
— Ликвидировать тебя нет смысла. Никто не знает, что ты был в группе, — сказал Макс.
Терещенко туго сглотнул. Потом посмотрел на Беса. Кивнул на него:
— А его? А Кима?
— Элиум так приказал. Я не одобряю это. Но не в моих силах, что-либо сделать.
Денис провел рукой по волосам.
Макс открыл дверь джипа, порылся в сумку, которая лежала на сиденье. Достал оттуда пачку денег и кинул в руки Денису.
— Оплата за риск. Должны пригодится, — сказал Макс.
Денис провел пальцами по ребру пачки. В ней было пятитысячные купюры. В пачке на вскидку миллиона два.
— Какой теперь смысл в деньгах? — спросил Денис.
— На крайний случай для костра сойдут. Тебе он в ближайшие дни не помешает.
Макс захлопнул багажник и дверь.
— Ладно, бывай, — сказал Макс.
Денис кивнул. Макс сел за руль и закрыл за собой дверь. Терещенко постучал в окно. Макс его опустил и посмотрел на Терещенко вскинув брови.
— Слушай, хочу спросить про Элиум… Как туда попасть? — спросил Денис.
Макс пожал плечами:
— Понятия не имею.
— А ты как попал туда? Ты же в ВДВ служил.
— Откуда знаешь?
— Таня сказала.
Макс подумал с мгновение и ответил:
— Тебя это не касается. Мне запрещено об этом говорить.
Денис постоял с мгновение, а потом пошел прочь. Макс провернул зажигание джипа и посмотрел через окно на звезды. Его глаза блеснули пурпурным цветом…
Это был уже не Макс. Настоящий Макс остался навсегда в лаборатории и был убит Кошмаром.
Кошмар вдавил газ в пол и джип помчала к точке встречи с шаттлом эвакуации, который доставить его на Элиум.
  
Глава 13
 
00:27
Терещенко наконец-то прошел промзону и вышел в город. Он шел по улице, под подошвой ботинок хрустел свежевыпавший снег. Уличное освещение еще горело, вокруг стояла тишина. Изредка издалека доносились выстрелы, видимо где-то в центре города были беспорядки, а на востоке в небо поднимался жирный черный дым.
Внутри Дениса была пустота. От осознания того, что он умудрился потерять детей становилось тошно и хотелось ударить себя кулаком.
Терещенко просто брел вперед. Сейчас он не хотел ничего. Может, если только напиться в дрова. А потом… а потом просто хотелось выйти в космос. И кануть в бесконечность. Потому что лучше и не жить вовсе, после того, как не смог уберечь детей. Ведь, кто как не отец, должен был их защитить и уберечь?
Что теперь?
Теперь не было никакого смысла спешить в Сочи. Даже если доберется до бункера, что скажет Лене? Что она ему ответит? Что он плохой отец и никчемный человек? Терещенко теперь об этом и без нее хорошо знал.
Денис остановился напротив разбитой витрины супермаркета. Потом протиснулся в разбитое окно и двинул к рядам с алкоголем. Внутри магазины был кавардак. По полкам словно прошелся ураган. Какие-то полки были пусты, на других все содержимое было вывалено на пол. Холодильник для Кока-Колы распотрошен. Денис наступил на битое стекло.
Вот и стеллаж с алкоголем. Почти пустой. Остался лишь небольшой островок уцелевших бутылок. Остались в живых розовый джин и ликер со вкусом шоколада.
Терещенко взял с полки пузатую бутылку розового джина и побрел обратно. Он вышел на дорогу и дошел до остановки. Там сел на лавку, свернул крышку и приложился к горлу. Потом отпрянул от бутылки, выдохнул клубок воздуха. Денису хотелось жрать.
Джин подействовал почти сразу и зашумел прибоем в голове. Прошелся анестезией по душевным ранам, которые болели по детям.