Околдованная (ЛП)

— Договорились, — он обнимает меня и одаривает самой грустной улыбкой, что я когда-либо видела.
— Надери пару задниц вместо меня, хорошо? — говорю я, когда он отходит от меня. — Но не переусердствуй, ты выглядишь ужасно уставшим последнее время.
Он сжимает губы и переводит взгляд на раненую руку.
— Да, прошлая ночь была жёсткой, — он смотрит с напряжённой улыбкой. — Не будь строга к себе. Не нужно выходить за рамки, только чтобы кому-то что-то доказать, потому что у тебя не метка Стражников, — его глаза наполняются надеждой. — Эй, может, и метка Стражников тоже себя проявит, тогда ты вернёшься домой.
— Может быть, — но чем ближе я приближаюсь к новой жизни, тем больше понимаю, что не буду Стражником или кем-либо ещё.
Это то, кем я являюсь. Я чувствую это каждой крупицей своего тела. Нравится мне это или нет, но моё будущее уже выбрано за меня.
***
Несколько часов спустя я упаковываю большую часть своей одежды и всё остальное барахло, которое только могу запихнуть в два чемодана.
— Ты взяла всё, что тебе понадобится? — спрашивает мама. Она похожа на грустную панду из-за потёкшей от слёз туши. — Не хочу, чтобы ты что-то забыла.
Я хватаюсь за ручку чемодана, бросая последний взгляд на свои фиолетовые стены, увешанные плакатами и фотографиями, на кровать и лужайку за окном.
— Кажется, да.
Кончиками пальцев она вытирает глаза.
— Нам пора идти. Мы должны встретиться с твоим сопровождающим в аэропорту через час.
— Хотелось бы, чтобы дедушка это предвидел, — я хочу оглянуться на свою комнату, но понимаю, что не стоит, так как опять начну реветь. — Я никогда ещё не летала.
— Всё будет в порядке, — пытается успокоить меня мама, пока мы спускаемся вниз. — Хранители не любят использовать вещи, не принадлежащие миру людей.
Мое настроение портится ещё больше.
— Людской транспорт? Это ужасно.
— Всё не так плохо, — она собирает свои длинные каштановые волосы в хвост. — И тебе будет полезно попробовать что-то новенькое без использования магии.
— Звучит не очень, — говорю я, спуская чемоданы вниз по лестнице.
Дедушка и папа ждут нас возле двери, о чём-то тихо перешёптываясь. Но, замечая нас с мамой, сразу замолкают.
— Не всегда веселье сопровождает тебя по жизни. — Она достает ключи от машины из кармана джинсов.
— Не совсем. — Папа улыбается. — Всё в твоих руках.
— Неужели ты цитируешь бабушкины мотивирующие книги? — подкалываю его, чтобы поднять настроение.
Он усмехается, но всё ещё выглядит встревоженным.
— Ладно, ты подловила меня. Если ты думаешь, что повеселишься, то так оно и будет, — он кладёт руку мне на плечо и смотрит на меня, давая понять, что всё будет хорошо. — Не унывай, Алана, всё будет на высшем уровне.
Я очень надеюсь, что он прав, но прямо сейчас мне так не кажется.
— А где бабуля? — спрашиваю я дедушку. — Она же должна была прийти ещё прошлым вечером.
— Прости, её напрягли кое-чем, поэтому её не будет дома несколько дней, — он лезет в карман плаща и вытаскивает небольшой серебряный кинжал с зазубренным лезвием. — Она хотела, чтобы он был у тебя.
— Папа, я не думаю, что это хорошая идея, — мама перебивает его. — По правилам Академии нельзя везти оружие без их одобрения.
— Мне плевать, какие у них правила. Я не отпущу свою любимую внучку без оружия в место, где нет Стражников, — говорит дедушка. — Я читал свод их правил, Джемма. Хранители не гарантируют защиту внутри стен Академии, при этом там находятся вампиры, оборотни и феи.
— Подожди, что? — застываю я, неуверенная, правильно ли его расслышала.
— Эти существа и есть защита Академии, — объясняет мама. — Каждый человек, который там находится, получает себе в партнёры вампира, оборотня, фею или ещё кого-нибудь для защиты. Кроме прочего, эти существа отличные ищейки.
— Я сильная, — как факт говорю я. — И ищейка из меня тоже отличная.
— Не все ученики происходят от Стражников, — папа смотрит на маму. — Думаю, ей стоит взять кинжал на всякий случай. Мы не можем предугадать будущее.
 
Она вздыхает, понимая, что проигрывает спор.
— Ладно, но, если её поймают, вы оба пойдёте к Хранителям объяснять, почему у неё с собой кинжал.
— Без проблем, — говорит мой папа и берёт мой чемодан.
— Её не поймают. Этот кинжал… я наложил на него заклинание, никто и ничто не почувствует его. Конечно, со временем магия выветрится, но пока что Алана может его спокойно везде носить с собой, — дедушка вкладывает кинжал в мои руки. — Используй его только в случае крайней необходимости и прячь получше.
Я рассматриваю кинжал, что он мне даёт, и замечаю фиолетовые нити, пронизывающие серебряную рукоять кинжала. — Вообще-то, я сомневаюсь, что у меня будут там какие-то неприятности.
— Ты всегда должна быть готова к худшему, — заявляет дедушка.
На мамином лице появляется недоумение.
— О чём ты говоришь?
— Береги себя, Алана. — Дедушка игнорирует маму, сжимая меня в объятиях на прощание. — И звони, если что-то понадобится.
Я киваю, обнимая его в ответ.
— Дедушка, ты уверен, что с тобой всё в порядке? Ты со вчерашнего дня ведёшь себя странно.
Фальшиво улыбнувшись, он машет рукой.
— Со мной всё в порядке, просто немного грустный, ведь я буду ужасно скучать по нашим спорам и соревнованиям, — но я уверена, что он что-то скрывает.
— Я тоже.
Но у меня нет времени проанализировать его подозрительно странное поведение, поскольку мама говорит, что пора выдвигаться. Прощаюсь с дедушкой ещё раз перед тем, как сесть в машину.
Я пытаюсь сдержать слёзы, мама плачет на протяжении всей поездки в аэропорт, а папа не проронил ни слова.
Полностью запутываюсь в своих мыслях и даже не успеваю понять, как мы оказываемся в аэропорту. Папа открывает мне двери, я отстегиваю ремень безопасности и выхожу к нему.
Пока мы идём от парковки к входу, все молчат. Когда мы подходим к дверям, мама останавливает меня, придерживая за плечо.
— Я рассчитывала на ещё один год, прежде чем ты покинешь нас.
— Мамочка, всё будет хорошо, — пытаюсь успокоить её. — Я вернусь, а ты даже не заметишь моего отсутствия.
Её глаза снова блестят от слёз.
— Ты справляешься с этим намного лучше, чем я думала. После твоей вчерашней реакции я боялась, что ты сбежишь.
— Я правда думала об этом, — говорю, входя в здание аэропорта. — Но поняла, что не сделаю этим лучше. Ты бы использовала дедушкин дар предвидения, чтобы найти меня, или тетя Эйслин использовала бы заклятие слежения.
— Ты права, но я всё равно рада, что ты поступила как взрослая, — говорит мама.
Только ради неё я пытаюсь выглядеть сильной и спокойной, но паника немного накрывает меня.
— Где мы встречаемся с сопровождающим? — спрашиваю, когда понимаю, что мы идём в противоположную сторону от стойки, где продают билеты. — Разве мне не нужно купить билет?
— Ты не летишь обычной авиакомпанией, — объясняет мама и идёт в сторону эскалатора. — У Академии есть личный самолёт.
— Это точно безопасно? — я ступаю на эскалатор около родителей. — Лететь таким способом, я имею ввиду.
Мама вопросительно на меня смотрит.
— Алана Эйвери, ты что, боишься летать?
— Нет, — но мысленно смеюсь с того, какая я врушка. До этого я и не задумывалась, что от мыслей о полёте мне становится плохо. — Как я могу бояться летать, если видела вещи и пострашнее?
— Это нормально — бояться простых вещей, — говорит она. — Иногда обычное пугает больше, если ты с этим не знаком.
Я хочу показать, что не боюсь, прикинуться храброй, но отвлекаюсь на парня в чёрных брюках и футболке. Он стоит наверху около эскалатора.
Взгляд его серебристых глаз останавливается на мне, когда мы подходим ближе.
Какого хрена.
Парень-волк из клуба смотрит на меня. Замечаю, как он серьёзен, и понимаю, зачем он тут.
— Да ты, блин, издеваешься, — ворчу себе под нос, когда замечаю метку Хранителя на его руке.