"Фантастика 2024-20.Компиляция. Книги 1-2 (СИ)

— Лучше бы тебе было замолчать, — холодно посоветовал Насьта.
— Уже молчу, — огрызнулся Рох.
— Но я не понял, — поднял брови Марик. — Что значит «держать ворота»? Я же вижу: на них нет никаких створок!
— Они мародерничали, — холодно бросила Кессаа. — Собирали оружие, золото, грабили мертвых. Но мертвые не любят этого, а уж теперь, когда пределы Суйки открыты, могут достать грабителя даже в его теплой постели. Рох отрезал след. Выходит, ты и вправду неплохой маг?
— И вправду, — кивнул слепец и дернул за древко. — Идти надо!
— Да, — кивнула Кессаа. — Только отпусти древко, отпусти. Марику придется помахать глевией. Иди за нами сам. Я думаю, что ты не отстанешь. Там, где я пройду, вряд ли что-то будет тебе угрожать. Да и помогу я всем нам… видеть. Внизу помогу.
Помахать глевией действительно пришлось. Но это приключилось после. Сначала все было спокойно. Марик шел сразу за Кессаа. Она спокойно переступила через полосу оплавленного камня, усмехнулась:
— Странно. Я слышала, что кругам Суйки нет числа, а ведь и вправду все замыкается на храм. Понимаешь, что это значит, Рох?
— Мне недоступны древние свитки, — пробурчал слепец.
— Это значит только одно — Сади, Сето и Сурра запечатали проход основательно. Но и в храме прохода тоже нет… Когда начала прибывать в пади чернота?
— О чем ты болтаешь? — раздраженно выругался слепой, споткнувшись о булыжник. — При чем тут древние сказки? Сади! Сето! Сурра! Я уже сказал, что прибывать начало давно, сразу после того, как был разрушен храм Исс. Я не замерял уровней, не знаю. Но где-то с полгода назад, как раз перед моим отъездом в Ройту, все омасские, борские и скочинские маги словно с ума посходили. Головная боль жуткая навалилась! Кое-кто говорил, что смерть начала застаиваться в Суйке, уходит, но не так быстро, как раньше. Впрочем, это все болтовня.
— Запомни, Насьта, — обернулась Кессаа. — Полгода назад.
— О чем вы? — заволновался Рох.
— У меня плохая память, — усмехнулась Кессаа. — Поэтому я иногда прошу запомнить что-нибудь важное друзей. И ты, Рох, запомни — дальше надо идти молча.
Кессаа подняла руку и вошла в арку ворот. Марик встал за ее спиной. Насьта потянул из-за спины стрелу. Даже Рох вытащил из-за пояса кривой нож.
— Постарайся никого не порезать, — попросила его Кессаа.
— Себя зарежу, если пойму, что не выбраться, — угрюмо бросил слепец.
Вокруг стояли низкие, большей частью полуразрушенные дома. И это было тем более странно, что Марик явно видел прочную кладку. Но крыши и перекрытия почти во всех домах были обрушены. Кессаа опустилась на колени, быстрыми движениями вычертила в пыли изображение глаза длиной в локоть, сдернула с пояса один из десятка закрепленных там мешочков и рассыпала его содержимое, тщательно укрыв рисунок.
— Что это? — не понял Марик.
— Обожженная глина, — сказала Кессаа.
— Что ты делаешь? — заинтересовался Рох. — Мне… мне показалось, что ты что-то чертила? Это шаманская магия? Но толченый кирпич… Это же пустой минерал! В нем нет силы.
— Иди первым, — бросила Кессаа. — Силой я не наделяю. Иди первым, Рох, за тобой пройдут Марик и Насьта. Друзья, постарайтесь не наступать на след друг друга, а то мне придется повторять эту магию, а обожженной глины больше нет.
— На меня это подействует? — усомнился Марик.
— На всех, — ответила Кессаа. — Но только на один день и одну ночь.
— Что «один день и одна ночь»? — воскликнул Рох. — Что с нами будет? Или уже случилось? Демон меня задери! Я что-то вижу! Не может быть! Это ты, Марик?
— Что ты видишь? — нахмурилась Кессаа.
— Его, — ткнул пальцем в Марика Рох. — Он словно покрыт узорами, и они горят синим пламенем!
Марик посмотрел на свои руки. Причудливая вязь покрывала их сплошь.
— Ну ты и красавец, парень! — довольно протянул Насьта. — Скажи, а детородный орган у тебя тоже разрисован?
— Один день и одну ночь вы будете видеть магию, — отрезала Кессаа. — Магические ловушки, следы наговоров, невидимых тварей мертвого города — все. В том числе и разглядывать истинный облик существ и предметов под наведенной магией, если такая случится. У меня не будет времени открывать вам глаза. А Марик просто-напросто покрыт защитной татуировкой. Простенькие заклинания. Не так ли?
 
Кессаа подошла вплотную и подмигнула баль.
— Вряд ли наш колдун умел хоть что-то, кроме заговора удачи, — неуверенно пробормотал Марик. — Правда, удачи той так никто ни разу и не разглядел.
— Пошли, — шлепнула по плечу Роха Кессаа. — Первый круг пуст. С этой стороны даже и мертвых не привозят.
— Их давно уже не привозят, — забормотал Рох. — Они приходят сами. Научи меня этой магии, Кессаа. Вдруг я не смогу вернуть глаза, а так я хоть видел бы магические знаки! Смог бы читать трактаты!
— Потом поговорим, — отмахнулась от слепца Кессаа. — Иди молча.
Рох молчал до следующих ворот, но, когда Кессаа встала между двумя полуобрушенными колоннами, негромко завыл. Навстречу спутникам двигались мерцающие тени.
— Куклы, — коротко бросила Кессаа. — Не пугайся, Рох. Можешь вернуться к первым воротам, а нам придется порубить их без магии, иначе сбегутся со всего круга. Странно. Раньше куклы встречались только в третьем круге. Ничего, их не так много.
— Сотни полторы, — прикинул Насьта и потянул из ножен меч. — Вот что, друзья мои, стрелы я пока поберегу. Как думаешь, Марик?
— Как и прежде, — ответил баль и осторожно отстранил Кессаа.
Первые тени были уже близки. Марик взмахнул глевией и тут же превратил несколько из них в визжащие кожаные куклы. И началась рубка. Твари, которые, вероятно, все еще мнили себя невидимыми, лезли прямо под удары, и Марик рубил, рубил и рубил их, не переставая. С каждым ударом его движения становились все экономнее, хотя опасности, на его взгляд, куклы почти не представляли — разве только могли раздавить числом, но смердящий вал из мертвых тел затруднял нападение им же самим, и когда наконец твари иссякли, Марик был завален ими выше пояса.
— Я сапоги не испорчу? — поморщился у него за спиной Насьта. — Эта дрянь пачкается не хуже земляного масла! А уж воняет так, что… Кстати, мазь от ожогов не помешала бы!
— Позже, — коротко бросила Кессаа. — Рох, хватит уже выть! Оглянитесь. Что вы видите?
— Дома? — удивился Марик, оглядывая ровные ряды странных сооружений без окон. — Отчего-то мне эти сооружения больше всего напоминают богато украшенные норы.
— Это склепы. — Кессаа вытерла лезвие колючки куском ткани. — Погребения богатеев, имена которых уже не сохранились. Дальше будет труднее: куклы далеко не самый страшный сюрприз от хозяина города умерших.
— Разве у Суйки есть хозяин? — удивился приободрившийся Рох.
— Скорее всего, — кивнула Кессаа. — Хотя я не уверена, что он понимает, что творит. Посмотрим, что он нам еще приготовил. Твоя глевия еще цела, Марик? Не торопись протирать лезвие.
— А ты? — не понял баль.
— А я убираю меч в ножны, — процедила сквозь сомкнутые губы сайдка.
Второй круг больше не приготовил сюрпризов, потому как огромные, в рост человека, мурры, напоминающие ящериц с одними передними лапами, сюрпризом считаться уже не могли: подобные твари добредали и до селения ремини. Они оказались верткими и быстрыми, поэтому, после того как одна из них лязгнула зубами по древку, едва не откусив кисть Марику, ремини начал выпускать в них стрелы. Вдвоем Марик и Насьта уложили тварей не менее трех десятков, пока не добрались до высокой крепостной стены, за которой начинался третий круг. Под сводами прохода висели отвратительные создания, напомнившие Марику болотных гидр. Правда, и они превышали их размерами не менее чем в сотню раз. Их щупальца извивались подобно змеям, и где-то в глубине безумной плоти то ли скрежетали зубы, то ли щелкал огромный клюв.
— Выжечь их надо, выжечь! — подал голос Рох, когда стрелы Насьты не причинили тварям никакого вреда, но ремини вытащил стрелы с иглами юррга, и вскоре чудовища с хлюпаньем попадали на камни, где их порубил на части Марик.