"Фантастика 2024-20.Компиляция. Книги 1-2 (СИ)
— Хозяин. Мне торговаться некогда. Я не местный, из Эйд-Мера — цену лошадям знаю. За карлика дам два с половиной, хотя, если он с норовом, хватило бы и двух. Вон за того серого, что крупнее, два с половиной тоже дам, а за этих двух по два, и то с большим прибытком останешься. Лошадки не верховые, тележки таскали. Перековывать придется обоих. Да и кормил ты их уже недели две чем придется. Видишь, как бока вздулись?
Торговец, который стер с лица улыбку уже при упоминании Эйд-Мера, молча кивнул. Нари отсчитал деньги, написал углем на крупах клички лошадок, забрал у Дана меч и повлек мальчишку вместе со всхрапывающими покупками к выходу с рынка. Возле крайней палатки, где разложил товар скорняк, выбрал седла, упряжь, примерил, помял в руках, тут же с помощью Дана и уже собирающегося домой торговца взнуздал лошадей, расплатился и запрыгнул на самую большую из них.
— Бери левого, — посоветовал Дану. — Он чуть крупнее, а ты тяжелее Лукуса будешь. Да и подковы у него лучше. Лукус с лошадкой бережней обращается. А его коня чуть подлечить еще придется.
Дан поджал губы, но кивнул. Действительно, белу, который не пользовался седлом, буквально прирастал к лошади и ухаживал за ней, как за бесценным лекарственным растением.
— Быстрее! — крикнул Хейграст, подхватывая поводья лошади Лукуса. — Темнеет уже. Нужно успеть выйти из города. Тут постоялый двор на окраине. А то лошадям на этих улочках ноги в темноте переломаем!
Белу и банги их ждали у металлической решетки. Хейграст мельком взглянул на копающегося в лодке пожилого свара с белоголовым сыном, коротко спросил:
— Сколько?
— Три золотых, — вздохнул белу. — Потолкался у причала, говорят, что в другое время можно было бы и четыре выручить, но сейчас продавцов много. Расплатился сполна, но, — с усмешкой поднял вздувшийся, потертый кошель Лукус, — одними медяками. Будь у нас дня два-три, могли бы продать дороже. Многие хотят уходить в Салмию.
— Да уж, — нахмурился Хейграст. — Стиснута Свария горами, кьердами и равниной с трех сторон, никуда без лодки. Ладно. Хорошая цена. Забираем мешки — и вперед.
— Это как же? — оторопел Баюл. — Верхом? Лошадка вроде мне по росту, да вот только я прежде верхом не ездил! Все или ногами, или на телеге!
— Садись, Баюл, — спрыгнул на землю Хейграст, — и держись крепче, учиться на ходу будешь.
Дан помог нари закрепить на лошадях мешки, бросил прощальный взгляд на ставшее чужим суденышко и пригляделся к надписи на крупе лошади: «Ветерок».
— А у меня Глупыш, — вывернулся, вцепившись за луку седла, банги. — Надеюсь, это чудо умнее того, кто дал ему кличку?
— Скоро узнаешь, — бросил Лукус, взлетев на спину своему коню, которого он успел быстро осмотреть и даже смазать только ему видимые раны.
— А почему ты без седла? — не понял Баюл.
— Спрошу у тебя то же самое, когда сядешь на скамью в ближайшем трактире, — ответил Лукус.
— Вперед! — скомандовал Хейграст.
И вновь дорога побежала за спину друзьям. Хейграст почти ни о чем не говорил, Лукус тоже помалкивал. Глядя на них, прикусил язык и Баюл. Лошади оказались действительно неплохими. Неизвестно, что упрямого нашел бывший хозяин в Глупыше, но Баюла конек слушался беспрекословно. Правда, сам банги с трудом держался в седле, потирал спину, а во время редких остановок ходил, раскорячив ноги и страдальчески морщась. Да и самому Дану пришлось несладко, ели друзья почти всегда на ходу, на постоялые дворы заезжали уже в темноте, покидали их тоже затемно. Только лошадки чувствовали себя отлично, словно застоялись на привязи. Сварские леса, которые с моря казались дикими, на самом деле таили в себе множество тенистых дорог, светлых полянок и уютных деревенек. Подходило время первого сенокоса, на огородах хрюкали бурые домашние свиньи, бродили в зарослях придорожного бурьяна фазаны с подрезанными крыльями, стрекотали на взгорках мельницы.
— Все… все это может в одно мгновение заняться огнем, — тоскливо шептал Лукус, похлопывая коня по холке.
Близкие к морю у Ингроса горы постепенно отступили на север, почти скрылись за кронами деревьев, затем начали приближаться опять, и, хотя дорога все сильнее прижималась к побережью, горы тоже словно спешили к югу, чтобы в узкой долине у каменных башен Кадиша замкнуть природный щит Сварии оборонной стеной. Приближался край королевства, патрули попадались все чаще и чаще, и каждый из стражников, взглянув на подорожную Хейграста с эмблемой Эйд-Мера, склонял голову в знак сочувствия.
Кадиша путники достигли утром четвертого дня. Лес расступился, и Хейграст невольно натянул поводья. Освещенный утренними лучами Алателя, Кадиш напоминал горку блестящего, только что испеченного орехового печенья на зеленом подносе. Ничем он не походил на суетливый, расползающийся по горным террасам яркий Ингрос. Королевский замок поднимался в небо над прибрежными утесами, заканчиваясь высоким маяком. Его окружал треугольник крепостных стен. Одна из них тянулась вдоль каменной набережной, у которой колыхалось множество судов, вторая уходила к северу на четверть ширины долины, а третья соединяла две первые между собой. Весь остальной город, поделенный на правильные квадраты, теснился между замком и горными склонами. Но за ним, за стенами замка, всю долину пересекала внушительная оборонная стена, упирающаяся в каменистую землю Сварии пятками двух дюжин приземистых башен. А уже за ней тонула в утренней дымке равнина Уйкеас.
— Вот мы почти и дома, — прошептал Лукус.
— Там Лингер, — протянул руку вперед Дан.
— Я тут каждый переулочек наизусть знаю, — похвастался Баюл. — Вон тот бастион, третий от моря, считай, наполовину вот этими руками перебрал. Конечно, каменщиков хватало, но отвес в моих руках был!
— Хороший бастион, — сдержанно похвалил банги Хейграст. — Лукус! Видишь палатки у подножия гор?
— Я понял, Хейграст, — отозвался белу. — Это переселенцы или беженцы с равнины. Надо поискать кого-нибудь из Эйд-Мера.
— Именно так, — кивнул нари. — Возьмите лошадь Дана, а ему пока оставьте Глупыша. Найдете кого или нет, а лошадок перековать надо. Кузнец в лагере есть обязательно, и не один. С тобой будет Баюл, заодно проверишь, так ли уж его все знают.
— Ты сомневаешься? — удивился банги, меняясь с Даном лошадьми и с опаской примериваясь к высокому стремени.
— Подорожная у меня всего одна, а у нас с Даном еще два дела в городе. Так что твои знакомства в городе Лукусу могут пригодиться. Ладно. Надеюсь, к обеду управимся. Встречаемся у главных ворот оборонной стены. Нужно двигаться дальше!
— Куда? — спросил Лукус.
— Вот там и решим, — бросил Хейграст, кивнул Дану и направил коня в сторону прибрежных районов, теснящихся к набережной и замку.
Вблизи город оказался не слишком опрятным, но это касалось только мусора на улицах и вполне могло объясняться тревогой и растерянностью, сквозящей на лицах сваров, большинство из которых были при оружии и в различных, порой вызывающих улыбку доспехах. В отличие от переулков Эйд-Мера, улицы сварской столицы словно вытянулись по струнке. Стаки тут знали все. К дому старика Хейграста и Дана сопроводили не менее трех дюжин сваров. Нари спрыгнул с коня, огляделся, открыл деревянную калитку в каменном, поросшем мхом заборе, поманил за собой Дана. Во дворе, в котором с появлением двоих элбанов с лошадьми стало тесно, стоял небольшой стол и несколько грубых табуретов, подрагивая на утреннем ветерке и шлепая по стене низкого домика, сушилось на веревках белье. За столом, перебирая стручки каменного вьюна, сидели две женщины, старая и молодая. На дырявом одеяле возились два малыша годика по три.
— Это дом Стаки? — громко спросил Хейграст. Молодая женщина испуганно поднесла ладони к лицу, а пожилая, как ни в чем не бывало продолжая шелушить стручки, кивнула и спокойно ответила:
— Стаки пока нет. Вряд ли объявится раньше чем через месяц. Он увел джанку в Лот. Если ты за какими-нибудь долгами, нари, то лучше бы и тебе объявиться через месяц. Если дело срочное, дождись сына. Он скоро будет. Сейчас он в королевском замке, учится махать мечом!