"Фантастика 2024-20.Компиляция. Книги 1-2 (СИ)

Поднимаю руки, зарываюсь пальцами в его волосы. Мягкие… Удивительный контраст с жесткостью его тела. Он весь состоит из этих контрастов — сталь мышц и шелк языка, сила и слабость… Он снова называет мое имя. Нет, не мое — чужое. И так хочется, чтобы губы Кристиана произнесли «Вивьен». Мне хочется этого так сильно, что я едва сдерживаюсь, чтобы не попросить… Оказывается, в имени так много. А ведь раньше я не придавала этому никакого значения. Но почему-то сейчас до дрожи хочу, чтобы Кристиан знал, кого целует.
И снова прикосновение — сильнее, жарче.
Мне хочется ощутить его всем телом, но пальцы касаются повязки, и я… прихожу в себя. Что же я творю? Он ранен! Он даже не понимает, что происходит! А я…
Это я отвратительна! Я!
Разорвала поцелуй и увидела горечь в глазах Кристиана.
— Тебе надо поспать, — беспомощно прошептала я. — Прошу тебя.
— Я хочу тебя поцеловать, — четко произнес он. — Я хочу… все остальное.
— Нельзя, — сказала я.
Он закрыл глаза, тяжело втягивая воздух. Губы исказила усмешка.
— Нельзя, — повторил Крис.
Откатился и повернулся ко мне спиной. Я осторожно накинула на Криса покрывало, и он вздрогнул от моего движения.
Я покосилась в сторону второй койки в углу, не зная, как поступить. А потом вспомнила свои кошмары. И то, как Кристиан держал до утра мою руку, чтобы я не боялась. Медленно придвинулась ближе. Не прикоснулась, но так он будет чувствовать мое тепло.
— Уходи, — чуть слышно сказал Крис своему кошмару.
Но я осталась.
  
Глава 3
 
Прошлое и настоящее
 
Открыв глаза, я некоторое время рассматривала лицо Кристиана, лежащего рядом. А потом поняла, что умудрилась уснуть на его кровати, боком. Осторожно отодвинулась и встала. От неудобной позы болела шея, да и жесткий мундир впился пуговицами в кожу. Я покосилась на другую койку, стоящую у стены, но за окном уже занимался рассвет, так что я решила больше не ложиться.
Стянула мундир, оставшись в рубашке с брюками, и отправилась в купальню. После быстрых водных процедур вернулась в комнату, вытирая лицо полотенцем. И замерла на пороге. Кристиан сидел на кровати. И увидев меня, вскинулся.
— Иви? Ты… с тобой все хорошо? Сколько прошло времени? Сколько я здесь провалялся?
— Достаточно, — несколько нервно ответила я, осторожно сдвигаясь в тень. В комнате горел лишь один светильник, да и тот в углу, а я стояла в тени, которая скрывала цвет моих волос. Покосилась с досадой на кресло — там остался платок, который должен быть на моей голове.
— Надо позвать врачевателей, раз ты пришел в себя… Я быстро!
Сделала шаг к двери, надеясь сбежать, но какой там!
— Стоять, — сказал Кристиан за спиной. — Иви. Посмотри на меня.
Я медленно повернулась, все еще оставаясь в тени. Февр смотрел совершенно ясными и слишком внимательными глазами.
— Подойди, — сказал он.
Я помялась, ругая себя. И зачем осталась после пробуждения? Надо было сразу уходить!
— Иви. Иди сюда.
Ну вот, не успел очнуться — уже командует! В беспамятстве Крис был не так уж и плох!
Сдавшись, я приблизилась и села на край кровати рядом с парнем. Он медленно поднял руку. Подцепил прядь моих волос и задумчиво намотал на палец. Выпустил, скользнул ладонью по моей щеке, повернул лицо к свету. И замер, рассматривая глаза.
— Что произошло?
— Ты ничего не помнишь?
— Я помню нападение и то, как ты тащила меня обратно. Выходит, в Мертвомире ты что-то взяла. Как тебе удалось?
Я незаметно перевела дыхание.
— Просто повезло… Споткнулась о корни дерева, а там — кольцо. Честно говоря, до сих пор не верю, что мы смогли уйти живыми.
— Способности проявились?
— Нет, я ничего нового не ощущаю.
Крис не моргая рассматривал меня, и я поежилась, отвернулась.
— Может, Мертвомир решил лишь испортить мою внешность, вот и весь его Дар! Не смотри на меня так. Я теперь выгляжу… ужасно.
Он снова повернул к себе мое лицо. В глубине топазовых глаз вспыхнуло ночное безумие.
— Ужасно? Ты ошибаешься. По мне, так гораздо лучше. Только теперь ни одного якоря, Иви. Ни одного, чтобы удержаться, — непонятно и хрипло произнес Крис.
 
Я моргнула. О чем это он? Может, снова бредит?
Кристиан провел ладонью по моей щеке, опустил взгляд. Из-под манжеты моей рубашки выглядывал черный рисунок. Кристиан расстегнул манжет, закатал рукав, обнажая мое запястье. Медленно провел большим пальцем по следу Мертвомира, и я вздрогнула. Отдернула руку, потому что от этих неспешных движений февра внутри что-то дрожало и дышать становилось все сложнее…
Ночное безумие снова оказалось слишком близко.
Кристиан молчал, и это тоже нервировало.
— Как ты себя чувствуешь? — пробормотала я, чтобы разрушить опасную тишину.
Он поднял голову, посмотрел в глаза.
— Иви…
Хлопнула дверь, впуская сиделку, и я обрадованно вскочила.
— Февр Стит! Вы пришли в себя! — всплеснула руками женщина. — Но вам рано просыпаться, надо позвать Анну, чтобы заплести новый сон…
— Никаких снов, — отрезал Крис. — С меня довольно!
— Но ваши раны…
— Заживут и без наведенной грезы. — Он схватился за изголовье кровати и встал. Пошатнулся.
Я дернулась, чтобы поддержать, но февр обжег взглядом.
— Принесите мою одежду, прошу вас. И сообщите февру Квину, что как только я приведу себя в порядок, буду готов дать отчет о произошедшем. Иви, ты уже говорила с Верховным?
Я кивнула, наблюдая, как Крис, покачиваясь, движется к уборной.
— Я рассказала про нападение, но плохо запомнила подробности. Слишком испугалась. Крис, мне кажется, тебе рано вставать…
Не дослушав, февр захлопнул за собой дверь уборной. Мы с сиделкой переглянулись, и женщина развела руками.
— Мужчины, — проворчала она. — Позову леди Куартис, раз уж так…
Врачевательница явилась как раз тогда, когда Крис закончил омовения и вернулся в комнату. Пока леди осматривала и перевязывала парня, я топталась в углу, размышляя, что делать дальше.
Впрочем, это февр тоже решил за меня, объявив, что мы немедленно возвращаемся домой. Леди попыталась возразить, но быстро сдалась — спорить с Крисом оказалось бесполезно. Поэтому нас просто снабдили мазями с настойками, велели являться на перевязки и отпустили.
Февр Квин был занят, так что визит к Верховному и доклад пришлось отложить.
Умытый, перевязанный Кристиан в серой лечебной рубахе и расстегнутой куртке выглядел почти привычно, только заострившиеся скулы и тени под глазами напоминали о ранении.
В дом на улице Соколиной Охоты нас довез друг Кристиана — Лаверн. Лицо февра пересекал грубый шрам, но обаятельная улыбка и добродушие быстро сглаживали первое пугающее впечатление. Он сразу полез к Крису обниматься, потом попытался проделать то же самое и со мной, но Кристиан не позволил. Глянул хмуро, и Лаверн сник. Правда, ненадолго. Рот у парня не закрывался, словно он был не февр вовсе, а уличный балаганщик!
— Ну и шуму вы наделали, Левингстоны! — хмыкнул Лаверн, усаживаясь за руль мехомобиля.
Кристиан едва уловимо поморщился, располагаясь рядом со мной.
— Весь Двериндариум на уши поставили! Не повезло тебе, красавица, первый вход — и нападение… последний раз твари Мертвомира задрали Карнуса Уита, так это было почти семь лет назад! Что же их приманило к Двери? Обычно не подходят, а тут на тебе! Стит, ты видел свою спину? Здорово зверь тебя разукрасил, на всю жизнь отметил! И волшебные мази леди Куартис не помогут, по себе знаю. — Лаверн хмыкнул и ткнул пальцем в свой шрам. — Хорошо, до горла не добрался, эти твари любят клыками в горло вцепиться…
— Лаверн! — оборвал друга Крис, и парень осекся.
— Извините, госпожа Левингстон, забылся! Хотя чего вам теперь бояться, вы с эфримом знакомы-то не понаслышке! То возле Вестхольда встретились, потом в Мертвомире… Не везет вам на эфримов, госпожа Левингстон!
Или наоборот — везет, похолодела я. И заметила внимательный взгляд Кристиана. Впрочем, он вообще всю дорогу смотрел на меня, снова и снова возвращаясь взглядом к моим волосам и лицу. Словно не узнавал.