Перелом (СИ)
— Господин генерал полиции…Повысил голос Небогатов. Я буду действовать исключительно в рамках закона и полномочий, обозначенных генералом Алексеевым…
«Ну что, съел, дуболом легавый, понял, где твое место»
Министр, презрительно поджал губы и барским жестом, указал Небогатову на дверь.
— Я не задерживаю вас, господин полковник. Хорошего дня. Ксаверий Казимирович, присоединится к вам позже. После того, как уладит формальности…
* * *Соболевского пришлось ждать почти три часа, но Небогатов, с пользой провел все это время провел в ведомственной столовой. Заняв угловой столик, он неспешно, распугивая сотрудников центрального аппарата своей жандармской формой и Георгиевским темляком прошествовал к буфетной стойке и сделал себе заказ.
— Извините, господин полковник…зарделась дебелая девица в переднике и чепчике, но бесплатное обслуживание, только для обладателей талонов на питание…
— Не нуждаюсь, красавица. Рассчитаюсь по коммерческой цене…Улыбнулся Небогатов…
Еда в столовой МВД, оказалась выше качеством, чем в аналогичном заведении Корпуса, что расстроило Небогатова…Вот, рыцарей плаща и кинжала, обладателей щита и меча Нации, кормят хуже, чем зачуханных легавых…
Покончив с густым гороховым супом, заправленным копченой грудинкой, Небогатов принялся за печень в сметане, наслаждаясь вкусом и реакцией приходящих отобедать легавых, которые шарахались, видя спокойно поедающего печень, жандармского полковника.
Покончив с обедом, Небогатов, извлек заранее купленную консервативную газету «Ведомости», рекомендованную жандармерией для чтения военнослужащими и чиновниками и деловито шелестя страницами, погрузился в чтение…
Женя, уже дошел до скучных светских новостей и собирался взяться, помолясь, за прогноз погоды, как рядом, на стул,приземлился взмыленный Соболевский…
— Пан Небогатов –уже отобедал? Тогда пора осматривать конспиративную квартиру, где мы разместим наш штаб.
— Надеюсь, «явка» будет в центре столицы…?
— Угадал. Уговорил Орлова, на Каланчевскую площадь… Трехкомнатная квартира в только, что отстроенном доме!
— Транспорт⁉
— Все в ажуре, Евгений Вадимович! Уже выданы две «шкоды» из гаража по личному распоряжению интендантства…Новенькие, еще довоенный заказ. Муха не сидела…
— Ну, что же, Ксаверий Казимирович. В путь! Небогатов отбросил газету…
* * *Свалка возле подземного перехода напротив Петербургского вокзала, была видна сразу как служебная 'шкода, выехала на Каланчёвскую площадь. Возле небольшой кучки мордастых баб, двое молодцов в униформе патрульной полиции с сияющими на солнце, форменными сапогами и еще двое каких-то непонятных граждан в партикулярном платье, увлеченно пинали еще одного гражданина….
— Что-то они в раж вошли, не забили бы насмерть…Недовольно отозвался Соболевский, наблюдая за свалкой на площади…
— Может злодей какой или шпион…ишь как усердствуют. И народ помогает… Отмахнулся Небогатов.
— Долго еще, Ксаверий Казимирович?
— Пара минут и пара поворотов…Отозвался Соболевский и направил машину к стоянке напротив здания Московской таможни…
— Разберемся, господин полковник. Не нравится мне это побоище… Мрачно сказал полицейский и вылез из машины, решительно направляясь к дерущимся…
Жене ничего не оставалось делать, как вылезти следом за ним и двинуть следом за Соболевским…
— Отставить! Зычно рявкнул Соболевский подходя к толпе.
Толпа отшатнулась и полицейские опустив руки с дубинками сделали шаг назад, рассматриваю диковинного полицейского в полном парадном…
— Три шага назад! Орал, Соболевский. Старший патруля –ко мне…продолжал вопить подполковник. Когда старший патруля на полусогнутых бросился к Соболевскому, козыряя на ходу.
Появление, следом за полицейским подполковником,целого полковника жандармерии, произвело на толпу настоящий фурор и она бросилась врассыпную, включая обоих добровольных помощников патрульных, парней с каторжными физиономиями, один из которых был в фарсовой, желтой кожанке.
Видя что парни пытаются улизнуть, Женя рявкнул на всю Каланчёвскую площадь…
— Стоять! Оба сюда!
Соболевский посмотрел на крепко избитого парня, который пытался встать, вытирая кровь из разбитого носа. На пиджаке из хорошей,твидовой ткани блеснула орденская колодка…
— Тэээк…Зловеще прошипел сыщик, глядя на старшего патруля, широкоплечего блондина с маленькой головой. Ты чего, совсем духовой что ли, старший унтер-офицер? Фронтовика в доску вогнать (2) хочешь, курва!!!
— Дык господин полковник…Убивец он…Как есть убивец…Вон гражданин мертвый лежит, этот фронтовик его, одним ударом,жизни лишил!
И действительно, в сотне метров запрокинув окровавленную голову на мостовой валялся труп…Еще один парень, прижимая к разбитому лицу тряпку пытался сесть,но у него это получалось плохо…
Небогатов протянул руку орденоносцу и помог ему подняться. Тот был сдорово избит и серьезно заикался…
— У вас есть документы? Поинтересовался Небогатов
Тот ткнул пальцем в карман пиджака…
Там было офицерское удостоверение личности с помятыми краями и грязными страничками, лейтенанта восьмого Литовского гренадерского полка, Сухарева Василия, обладателя двух Георгиевских крестов, медали «За оборону Киева» и трех благодарностей от командира полка за личную храбрость в бою…Помимо этого,была заправленная в пластик выписка из Смоленского гарнизонного госпиталя,на откомандирование тяжело раненного и контуженного лейтенанта Сухарева, в Москву на амбулаторное лечение и реабилитацию с последующим зачислением в запасной гренадерский полк 1 Гренадерского корпуса…
— Что случилось, лейтенант⁉ Поинтересовался Небогатов…
К сожалению. Сухарев слишком сильно заикался,что бы рассказать, что то понятное.
— Да шпикулянты они! Паразиты…Осмелев,к Небогатову и Соболевскому подскочила круглолицая, дерзкая бабенка в татарском платке…
— Вот эти… ткнула на двоих скромно стоящих в сторонке, добровольных помощников полиции. За консервы ворованные и муку у дворян цацки скупают, бриллианты и золото… А вот эти… Тетка ткнула на полицейских… Их, гады смрадные покрывают, дела их темные и долю имеют…
— Да,да…!!! Подхватила хором,вновь собравшаяся, немалая толпа. Кровь пьют паразиты, поборами занимаются, дышать не дают! Хуже немцев, ей Богу… А этот служивый, пришел с Короеда спросить, за фамильные ценности, так они на него с ножами напали….
Соболевский, плотоядно оглядел всех четверых и плотоядно облизнувшись, словно волк, пробравшийся в овчарню…
— Ну что, панове…??? Сегодня явно не ваш день…На ловца, так сказать и зверь бежит…
Выхватив пистолет он направил его на своих застывших в ужасе,коллег…
— Мордой вниз, б…ди! Вызывай ка господин жандарм, подмогу…Похоже, нам масть поперла…
1. Генерал полиции — звание приравненное к армейскому генерал-полковнику. Высшее звание в полиции.
2. Вогнать в доску — убить, забить до смерти (жарг.)
Глава 17
Проскуров. Подольская губерния. 14 мая 2007 года.
Неожиданный, однодневный визит, на Восточный фронт, Председателя Правительства Германской Демократической республики, геноссе Бруно Ольбрихта, военного министра, генерал-фельдмаршала Георга Кёпплера и начальника Генерального штаба ННА, генерал-фельдмаршала Франца Гальдера,внезапно получивших свои фельдмаршальские жезлы указом Народного Собрания 1 мая сего года –имел целью лично проверить грандиозную подготовку к операции «Фестунг»,которая должна была начаться со дня на день и радикально изменить неблагоприятно складывающуюся для Германии и её много численных союзников, стратегическую обстановку.
В Берлине, «на хозяйстве», остался не имеющий политических амбиций и исполнительный канцлер Ханс Модров, под присмотром бдительного министра ГБ, товарища Винкеля. После бодрящего визита на Восточной фронт, геноссе Председатель, планировал вылететь в Будапешт, где встретится с лидером венгерских трудящихся, геноссе Яношем Адером и договорится о увеличении поставок продовольствия в воюющую Германию и о переброске на Восточный фронт еще минимум одного венгерского корпуса. Проведя ночь в Будапеште, товарищ Ольбрихт собирался вылететь в Рим, где встретится с премьером итальянского левого правительства, престарелым геноссе, Романо Проди… Эта встреча не сулила в целом ничего хорошего, но бегать от неудобных и неприятных разговоров Председатель Ольбрихт –не собирался… После четырехдневного тура, следовало вернутся в Берлин и снова взять в руки штурвал корабля под названием «Германия».