Раз за разом. Doing it All over (СИ)

"Билл, это просто охуенно!", - запищала она и снова обняла меня. - "Поздравляю!"
"Спасибо, Трейси", - улыбнулся я, зная, что она счастлива не только за меня, но и за себя. То, что мы помирились с Ниной, подтверждало ту теорию, которую мы обсуждали на День Благодарения. Я знал, что следующая часть новостей сделает её куда более счастливой.
"И есть кое-что ещё", - сказал я ей.
"Ещё?"
Я рассказал ей о том, что я сделал с Анитой. Она слушала это с растущим уважением.
"Ух ты!", - сказала она наконец. - "Хитрожопый ты сукин сын, братишка!"
"Спасибо."
"Думаешь, это сработало?", - спросила она.
Я пожал плечами.
"Время покажет. Буду смотреть, объявится ли его машина возле её дома. Если да, то я буду знать, что сработало. Если нет, то придумаю что-то ещё."
Она захихикала.
"Ох, мой братик", - сказала она. - "Сама рука ёбанной судьбы."
Пока мы ехали домой, Трейси беспокойно вертелась, словно она хотела что-то сказать, но не знала, с чего начать. Наконец, я сказал, чтобы она выговорилась.
"Ну", - начала она, - "я знаю, что ты вкладываешь деньги в акции и всё такое."
"Ага", - согласился я.
"Но я подумала, что ты действительно можешь воспользоваться теми знаниями, которыми ты обладаешь."
"О чём ты?", - спросил я её.
"Ты способен на большее, чем просто вкинуть пару баксов в акции", - сказала она. - "Ты можешь 'изобретать' вещи, которые станут популярными через несколько лет. Ты можешь запатентовать их раньше, чем это сделает создатель, забрать деньги и вложить их в свои акции. Если ты сделаешь всё правильно, ты сможешь зарабатывать миллиарды. Миллиарды, Билл! И я могу помочь тебе. Я собираюсь быть корпоративным юристом, который..."
"Погоди-ка, Трейси", - прервал я. Мне не очень нравилось то, что она говорит.
"Что такое?"
"Ты предлагаешь мне воровать изобретения других людей и выдавать их за свои?"
"Это не совсем воровство", - возразила она. - "Ты просто додумаешься до этого раньше, чем они. И я не говорю о патентах на телефон или что-то такое. Я скорее об этом."
Она указала на машину перед нами. На заднем окне красовалась небольшая жёлтая наклейка в форме дорожного знака. На ней заглавными буквами чёрным шрифтом было написано: "РЕБЁНОК В МАШИНЕ".
"Ёбанные наклейки на машину. Тот, кто это придумал, наверняка сейчас гребёт деньги лопатой. И что-то подобное появляется каждый год. В будущем должны быть такие штуки, о которых ты уже знаешь. Почему бы тебе не придумать их раньше?"
"Трейси...", - начал я.
"Или что насчёт книг и текстов к песням?", - продолжала она. - "Ты знаешь, какие книги станут бестселлерами! Ты знаешь, какие песни станут хитами! Почему бы тебе не написать их первым? Что, если ты скопируешь..."
"Трейси!", - крикнул я, завладев, наконец, её вниманием.
"Что?"
Глава 9. Часть 3.
"Я не могу так поступить", - сказал я ей.
"Почему?", - спросила она. - "Подумай только, сколько денег ты сможешь заработать!"
"Я заработаю достаточно со своих акций, Трейси. Я был фельдшером, который жил на меньше, чем сорок тысяч долларов в год. Мои вложения помогут мне спокойно жить до конца своей жизни."
"Да нахуй это спокойствие!", - крикнула она. - "Билл, ты можешь стать самым богатым человеком, когда-либо жившим на Земле!"
"И чего я этим достигну?", - спросил я её, удивлённый и слегка ошарашенный жадностью своей сестры. - "Во-первых, учитывая все последствия, я не смогу так поступить. Чтобы ты ни говорила, чтобы ты ни предлагала, это воровство. В худшем его проявлении."
 
"Это не..."
"Это воровство!", - прокричал я. - "Но давай пока что отложим это в сторону. Допустим, я сделаю, как ты просишь, и сворую чужие идеи, выдавая их за свои. Мы с тобой уже выяснили, что судьбу лучше не пытаться наебать, последствия могут быть ужасными. И ты просишь меня сделать эти последствия ещё хуже. Как многих исторических личностей мы просто в итоге проебём? Как много жизней можно испортить этим? "
"Билл", - осторожно сказала она, - "ты бы смог помогать себе и своей семье, делая это. Ты бы не навредил никому из тех, кого ты знаешь."
"Из тех, кого я знаю", - мягко повторил я.
"Именно", - согласилась она.
Пытаясь удержать глаза на дороге, чтобы не смотреть на свою сестру, и стараясь не повышать голос, чтобы не сильно её напугать, я продолжил:
"Трейси, когда я был парамедиком, я работал на корпорацию. Большую, безликую корпорацию, располагающуюся на восточном побережье. Они владели компаниями скорой помощи по всей Америке, в практически каждом ёбанном штате. И ты знаешь, какой была их главная цель? Знаешь, что стояло за каждым их решением?"
"Деньги, конечно же", - сказала она, не понимая меня.
"Да", - сказал я. - "Деньги. Платёжное средство. Великий и могучий доллар. Это и была их цель. Только об этом они и думали. Капитализм во всей красе, да?"
Она пожала плечами.
"Так всё в мире про деньги."
Я кивнул.
"Да, так и есть. Но видишь ли, я был разгильдяем на дне долговой ямы. Разгильдяем, который пытался наскрести на жизнь в этой гигантской корпорации. Рабочая пчёлка. И как любая рабочая пчёлка, я был лишь расходным материалом. Я видел, что происходило с теми, кто думал лишь о себе. Наблюдал, что происходило с теми, кто говорил сам себе: "Никто из тех, кого я знаю, не пострадает", а затем подписывал клочок бумажки, увольняя тысячи людей, которых он даже не видел. Я смотрел, как мои друзья теряют работу, как рушатся их жизни, как им приходится получать пособие по безработице, как они теряют свои дома и супругов, потому что какой-то ёбанный бухгалтер в главном штабе решил, что подразделение на северо-западном побережье не приносит компании достаточно денег. Им пришлось, как они говорят, "сократить штаб". Это просто богатые уёбки, которые сидят в Нью-Йорке и придумывают эвфемизмы для увольнения, чтобы заработать парочку лишних баксов."
"Билл… Я…"
"У меня было другое мнение, чем у тебя, Трейси", - продолжил я. – "Я много думал о тех людях, что сидели в своём офисе и, основываясь на деньгах, принимали решения, которые разрушали жизни. Знаешь, что я думал о них?"
"Что?", - тихо спросила она.
"Я говорил себе, что они продали свои души. Они полностью избавились от моральных принципов, чтобы продолжать делать то, что они делают, и спокойно спать по ночам. Я поклялся себе, что никогда так не поступлю", - я взглянул на свою сестру. – "То, что ты просишь меня сделать, - это продать свою душу, Трейси. Забрать что-то у других, чтобы помочь себе. Я не поступлю так. Я собираюсь дальше инвестировать в акции, которые точно взлетят, и буду зарабатывать на этом деньги. Конечно, эти компании делают все те же вещи, какие я тебе сейчас описывал. Но я не принимаю в этом участие. Я не буду сознательно разрушать чужие жизни, чтобы продвинуться. Конечно, от этого я не стану святым, но и не продам свою душу. Понимаешь?"
Она долго смотрела на меня. Её взгляд смягчился, словно она сейчас чувствовала вину и стыд за себя. Наконец, она кивнула.
"Я понимаю, Билл. Прости меня. Не стоило мне эту тему поднимать."
Интересно, действительно ли она поняла меня? Что-то подсказывало мне, что нет.