Вечность без Веры

Таня дотронулась до ее колена.
– О чем ты думаешь? – спросила она, прищурившись.
Вера встрепенулась. Совершенно неожиданным образом в тот момент, когда она должна была посыпать голову пеплом из-за упущенного первого места в рейтинге, Вера отыскала карту и увидела дорожные знаки.
Она наклонилась к Тане и так тихо, что ее могла услышать только подруга, прошептала:
– Я поняла, как добраться до своей цели.
– Какой цели? – удивилась Таня.
– Остаться в детском отделении ПЭЦ после выпускного, – с восторгом ответила Вера.
Танины глаза стали огромными.
– А как же Геном? – поразилась она.
– Я… – Вера начала говорить и запнулась. Если она произнесет эти слова вслух, их нельзя будет поймать и затолкнуть обратно. Вера прислушалась к себе, своему сердцу, почувствовала, какая радость пряталась под толстой скорлупой «как надо» и «как лучше», и наконец сказала, больше не колеблясь: – Я не хочу в Геном.
Она сказала эту фразу громче предыдущих, и ее услышала Ида. Та открыла рот, но не произнесла ни звука.
– На втором месте, – голос директора разрезал пространство, – выпускница Вера!
Вера недовольно поджала губы. Любое место ниже третьего было бы гораздо более безопасным.
– Не расстраивайся, – подбодрил ее Макс, видимо, неверно истолковав выражение ее лица. – Со второго места тоже берут в Геном. Все получится.
– Да уж, – только и смогла сказать Вера. Объясняться с Максом ей придется долго. И лучше это сделать наедине в спокойной обстановке.
На третьем месте была Алиса, Ида заняла пятое, а Таня – шестое.
– Слава Вечности! – воскликнула она. – Я не последняя!
– Еще чего! – возмутилась Вера.
Когда оглашение списка выпускников завершилось, Хорд перешел к другим воспитанникам. Лина стала лучшей на своем потоке. Под угрозой отчисления оказались двое парней двенадцати и четырнадцати лет. Вера даже представить себе не могла, каким ужасом обернутся для них ближайшие дни. До официального окончания учебного года они будут трястись и гадать, кто же отправится в приют, обратно в зону. Смогут ли они там выжить? Что с ними станется? Вера обхватила себя руками. Иногда неизвестность была даже хуже самой ужасной реальности.
Почти час спустя, когда объявление завершилось, воспитанники заерзали на своих местах. Почему-то их не распускали. Повисла пауза. Катрина что-то энергично шептала директору. Тот отрицательно качал головой. Вера почувствовала нарастающее раздражение. Ей не терпелось поговорить с глазу на глаз с Катриной. Наклонившись к Тане, она прошептала ей на ухо:
– И чего мы ждем?
– Да кто его знает… – Таня пожала плечами и вдруг охнула.
Вера вскинула голову и проследила за ее взглядом.
Уверенно и неторопливо по возвышению к директору шел Аарон.
  
Глава 6
 
Белая водолазка с высоким воротом подчеркивала острый подбородок. Надетый поверх белый двубортный пиджак с черными лацканами делал его плечи шире, чем помнила Вера. На левом лацкане сверкала та самая брошка в форме бесконечности.
– Святая благодать, – присвистнула Ида.
И Вера не могла не согласиться. От Аарона было невозможно оторвать взгляд. Он казался еще красивее, чем в день их знакомства. А эта горбинка на носу… Она добавляла ему решительности.
Но что он делает в ПЭЦ?! Одновременно с удивлением Вера почувствовала что-то еще. Тепло. Сердце неровно забилось. Вера была искренне рада его видеть.
– Ты видела, как он облизнул губы? – с придыханием вымолвила Таня и в рифму добавила:
 
 
– Я б такого Вечного,
 
целовала вечно бы.
 
 
– Да, – отозвалась Вера, конечно, тоже заметив, как он лениво провел языком по нижней губе, окидывая правую половину зала пристальным взглядом.
– Да, такой кого хочешь соблазнит, даже самую большую зануду, – добавила Ида.
 
– Даже нашу Веру! – хихикнула Таня и ойкнула, когда Вера толкнула ее локтем в бок.
– Вечный как Вечный. Только в красивых шмотках. Нашли на что пялиться, – угрюмо сказал Макс.
Вера вздрогнула. Проклятье, она так залюбовалась Аароном, что совсем забыла, кто сидит справа от нее! Какой ужас. Схватив Макса за руку и пожав ее, она быстро проговорила:
– И правда, Вечный как Вечный.
Хотя внутри нее все протестовало. Ей так и хотелось повернуться к подругам и сказать: «Это он! Тот самый бессмертный, что спас меня!» Тот самый, что говорил с ней про смысл жизни и не посчитал ее признания слабостью и глупостью.
– Ну-ну, – засмеялась Ида.
Вера уставилась на нее, всем своим видом умоляя держать язык за зубами. Ида коварно улыбнулась и отвернулась к подиуму. Тут же на ее лице появилось блаженное выражение: она буквально таяла на глазах, смотря на Аарона. Вера бросила взгляд через плечо. Все, абсолютно все присутствовавшие девушки и девочки смотрели на него с обожанием. Незнакомое чувство жжения появилось в груди.
– Как некоторые из вас уже знают, – прогремел голос директора, возвращая Веру в реальность, – Сати покинула пост моего заместителя.
Зал взволнованно зашумел.
– Что?
– Как?
– Почему?
Таня уставилась на Веру и сказала:
– Я до последнего надеялась, что она вернется.
Вера похолодела: последняя надежда, что Катрина соврала около комнаты Сати, когда Эрг уносил коробки с папками, растаяла на глазах. Горло перехватило, вымолвить слово и не расплакаться было невозможно, поэтому она просто кивнула.
– Но оставлять ее место незанятым мы не можем, – продолжил Хорд, перекрикивая толпу. – Мы планировали повысить одного из наших сотрудников, – он скосил глаза на Катрину, недвусмысленно давая понять, что хотел именно ее видеть на должности своего заместителя, – но начальница Отдела управления человеческими ресурсами направила к нам своего представителя. Прошу любить и жаловать: новый заместитель директора – Аарон.
Услышав свое имя, тот кивнул Хорду. В его взгляде не читалось ни благодарности, ни уважения, хотя к нему обращался его новый начальник, только сдержанная учтивость.
Аарон – представитель Сентябрины? Аарон – новый заместитель директора? Аарон – в комнате Сати, где теперь будет пахнуть не медом, а миндалем и мандаринами?
Аарон совсем рядом с Верой…
– Аарон? – ахнула Ида и вопросительно посмотрела на Веру. – Неужто тот самый?
– Сама поверить не могу, – ответила Вера.
– О чем вы? – спросил Макс.
Вера вздрогнула – она опять позабыла о нем – и вжала голову в плечи. Максу она не рассказала об Аароне. Кто же знал, что тот заявится в ПЭЦ?
– Он помог мне, когда я оказалась на границе со сломанным коммуникатором, – ответила она, чувствуя себя виноватой. Почему она до сих пор не поведала ему об этой встрече?
Макс прищурился.
Катрина сделала шаг вперед и натянуто улыбнулась.
– Мы бесконечно счастливы, что такие компетентные сотрудники пополнят штаб ПЭЦ, – сказала она приторно. Только полный идиот не заметил бы, что она вкладывает в сказанное прямо противоположный смысл. – На этом официальная часть закончена. Вы можете расходиться.
Зал зашумел, но никто не поднялся. Катрина явно не собиралась давать Аарону слово, но он сделал шаг вперед и окинул взглядом воспитанников, которые тут же смолкли.
– Спасибо, Катрина, – сказал Аарон и повернулся к залу. Он переводил взгляд с одного воспитанника на другого, будто бы обращался личного к каждому. – Рад наконец-то вас видеть. Предвосхищая ваши вопросы, отвечу на главный из них: даже не присутствуя в вашей жизни, я долгое время наблюдал за экспериментальной программой и не понаслышке знаю, как работает ПЭЦ. Я также знаю, что к моей предшественнице у вас было особенное отношение. И я понимаю, что не смогу занять ее место в ваших сердцах. Как не сможет и никто другой.
Катрина скривилась. Похоже, ей стоило невероятных усилий стоять рядом с Аароном.