Инспекторша драконьего аэропорта (СИ)

Я же закивала китайским болванчиком, послушно садясь в кресло рядом с ним и ожидая, когда врач начнет говорить, потому что пока он изучал небольшой кусочек пластика, светившегося синим, но как я ни старалась, не смогла разглядеть на нем ровным счетом ничего.
— В общем и целом все хорошо, так, небольшие мелочи и поправки.
— Какие мелочи? — тут же насторожилась я.
— Не знаю, чем и как ты питалась на своей планете, но флоре твоего кишечника определенно нужна поддержка, ну и зубы, конечно. Одним словом, небольшая диета и несколько сеансов модифиционной лампы, а так ты полностью здорова, — заметил котяра, продолжая внимательно читать что-то мне неизвестное с синего непонятно чего. Вот только словосочетание «модифиционная лампа» меня как-то совсем не вдохновляло.
— Что такое модифиционная лампа? — поинтересовалась настороженно.
— Быть того не может! — воскликнул Пусиян.
— Что такое? — еще более настороженно спросила, мне совсем не нравилось развитие событий.
— Тебе назначили экспресс-курс обучения, — выдохнул он, широко раскрыв глаза.
— Что это значит?
— Обычно мы только учим скорочтению, и дальше у работников есть месяц, чтобы изучить материал самостоятельно, а потом мы просто закрепляем уже прочитанную информацию, но тут приказ, чтобы ты была готова приступить к работе через три дня.
— Что это значит? — поинтересовалась я резко осипшим голосом. Почему-то сомнений в том, что за всем этим стоит большой начальник, который решил навестить меня собственной персоной, не возникло ни на секунду.
— Это значит, что нам придется впихнуть всю информацию в твой мозг в течение трех дней, и это будет больно, очень больно, — ровно произнес котяра.
— А есть ли для этого какие-то определенные причины или основания? — поинтересовалась я похолодевшим от страха голосом.
— Да тут написано, что тебя отправляют на работу с безопасностью и контролем, и им срочно нужны люди. — Врач только развел руками, и в его глазах плескалась такая жалость, словно я уже не жилец, что только усиливало растущую во мне панику.
— А отказаться можно?
— Только если разорвать контракт, пока ты еще можешь это сделать.
Да уж, сделат- то могу, вот только память мне сотрут, на Землю вернут, и я продолжу гнить в ювелирном магазине…
— И насколько это больно? — осторожно спросила. Вспомнилось, что мужчины вообще плохо переносят боль, для них даже депиляция — это муки адские.
— Давай тогда сделаем так: я сейчас проведу процедуру обучения скорочтению, и если она тебе не покажется такой уж ужасной, то сделаем все целиком, как тут написано, — предложил Пусиян, а я только кивнула. Была не была.
На этот раз мне предложили разместиться, уже лежа, в совсем другой капсуле, которая больше напоминала какой-то невероятный бассейн, не знаю только, вода в нем была или нет. Что-то удерживало меня от дурацкой идеи попробовать ее на вкус.
— Процедура займет всего полчаса, не волнуйся, я наблюдаю за тобой на всем ее протяжении вот через эту камеру. Сейчас крышка закроется, твоей задачей будет удерживаться так, чтобы только лицо оставалось на поверхности, это важно! Все понятно?
— Все понятно, — отрапортовала я. А что тут сложного, лежишь себе будто в соленом море и ничего не делаешь! С таким заданием я справлюсь без лишних сложностей.
И крышка капсулы закрылась.
Сначала ничего не происходило, меня просто окружала сплошная тьма, и это было даже немного забавно, потому что не имело значения, открывала я глаза или держала их закрытыми. Затем послышался неприятный звук, чем-то напоминающий зубную машину стоматолога, а при условии, что у меня всегда были проблемы именно с этим врачом и куча травматичных воспоминаний о каждом посещении, то я сначала вздрогнула всем телом, а затем съежилась, ожидая, когда меня достигнет сверло. Почему-то казалось, что сверлить будут голову, читают же через мозг. Медленно, но верно подступала настоящая паника, нет ничего хуже, чем ждать чего-то неизвестно, становится трудно дышать. Я попыталась вдохнуть медленно и спокойно, напомнив себе, что мне обещали по договору не наносить никакого физического вреда. Вдохнуть вдохнула, а вот выдох получился рванным…
 
А затем меня накрыло волной ослепляющего света, наверное, именно так рождаются галактики, но это не точно! Почему-то вспомнилось, что ученье — свет, а не ученье — тьма. Было бы любопытно, если бы выяснилось, что Суворова подслушали инопланетяне и вот решили на основании этого создать вот такую штуку. Одним словом, мысли в голове бродили странные и сумасбродные. Но лежать на этом свету становилось все менее и менее приятно, потому что он уже не мягко грел, а проникал жаром в кости, в каждую клеточку тела. И это при условии, что я находилась в какой-то жидкости или уже нет? Внезапно осознала, что никакой воды со мной рядом и в помине нет, как, впрочем, и пота на теле, хотя было жарко.
Я перестала реагировать на раздражающий звук, он стал второстепенным, потому что сейчас просто иссыхала. Наверное, именно так себя чувствуют кактусы в пустыне, с той только разницей, что я кактусом не была и становиться не собиралась. Своих колючек хватает. Когда уже была готова закричать, что хватит с меня, свет внезапно погас, и крышка капсулы открылась.
— Воды-ы-ы, — прохрипела я словно чужим голосом, а котяра, видимо, знал, что меня будет мучить жажда, потому что у него наготове стояла колба с жидкостью, которую он тут же протянул мне. Я, не теряя лишнего времени, буквально присосалась к ней, чувствуя, как потихоньку успокаиваюсь, и только через какое-то время осознала, что вода какая-то солоноватая, если это вода вообще.
— Почему она соленая? — поинтересовалась я и поболтала остатками жидкости перед лицом Пусияна.
— Это не вода, а специальный раствор для восстановления баланса жидкостей в теле. Как ты? — поинтересовался он осторожно.
— Звук, конечно, страшно бесящий, да и жарковато, а в остальном все не так страшно, как я думала, — резюмировала после секундных размышлений. Лицо врача вытянулось, но он решил никак это не комментировать, а вместо этого протянул мне книгу.
— Давай проверим, все ли прошло правильно, — заметил он с серьезным выражением лица. А я что? Я только за!
Книгу умудрилась совершенно неизвестным мне образом проглотить в течение буквально минуты, а она была толстенькой, это был довольно любопытный детектив. Очень странное чувство: ты спокойно читаешь и даже умудряешься каким-то невероятным образом наслаждаться слогом, но страницы переворачиваешь каждую секунду.
— Кто убийца? — спросил Пусиян, очевидно, для того, чтобы проверить усваиваемость информации.
— Старушка, хотя я вообще-то сначала думала на катаянца, — ввернула я с крокодильей улыбкой.
Котика передернуло, но он, видимо, решил не реагировать на мою колкость.
— Ну что будем делать? Выдержишь три дня вот так? С перерывами, разумеется, — осторожно поинтересовался он.
— А сколько раз в день нам надо такое проделать? — В принципе ничего страшного не было, но все-таки знать надо наверняка, а то сделают тут из меня вместо девушки какого-то киборга-убийцу.
— Не менее десяти, но мы будем делать перерывы и, конечно, я тебе выпишу еще парочку дополнительных направлений в СПА для лучшего восстановления.
— А загореть так хоть немного можно будет? — задала, вопрос, который мучил меня уже некоторое время. Так можно представлять, что я тут просто под солнцем в Турции валяюсь, а звук… ну пускай ремонтники будут. Но мой вопрос, видимо, поставил врача в полный тупик, настолько ошарашенным он выглядел. Словно я у него спросила, можно ли детьми питаться.
— Тут нельзя, но если тебе это так важно, то я включу это в список твоих процедур, — растерянно добавил он.
— Хорошо, только список должен быть длинным и внушительным!
— Не вопрос! Так делаем?
— Только дай водички еще выпить!
У-у-ух, понеслась, умной буду и загорелой, даром, что блондинка!
 Не простые будни рабочие и семейные