Хозяйка графских развалин (СИ)

— Звучит фантастически…
— Я никогда не предлагаю то, чего не могу сделать, — резко отвечает мастер.
— Простите, мастер Далл. У меня нет и тени сомнения в ваших способностях, просто я даже в самых смелых фантазиях не могла представить, что ледяной пустырь превратится в благословенный тропический сад.
— Превратится. Что касается Большого дома и поселения, я их восстановлю, это нетрудно. Что же, задачу я понял. Господыня Даниэлла Оттон, я рекомендую вам посетить моего троюродного брата. Без его вклада моя работа будет неполной. Я дам рекомендательное письмо.
— Благодарю.
Мастер смахивает карту, и она разлетается всесёлыми искорками, которые, оседая на разлетевшийся по полу старый хлам, гаснут. Только одну искорку мастер зачем-то ловит и сжимает в кулаке.
Книга словно сама собой уменьшается до тех пор, пока полностью не исчезает.
Оглядев разгром, мастер с досадой цыкает.
— Вот как теперь тут что-то найти можно? — возмущается он.
Так и тянет спросить, как он раньше справлялся, учитывая слой пыли, намекающий, что вещи лежали нетронутыми года, но я сдерживаюсь, тем более моя вина в случившемся погроме очевидна. 
— Призвать духа-мусороеда? — предлагает шаманка.
— Нет! Нашёл…
Мастер бросается к боковой полке, к которой я не подходила и с которой ничего не роняла, хватает за край какую-то доску и рывком выдёргивает. Надо ли говорить, что всё, что было свалено на доску сверху, тоже падает, тоже с грохотом? И мне под ноги прикатывается ступка, без пестика.
Уложив доску на столешницу, мастер сажает на неё искорку, отчего доска… преображается и превращается в настоящий макет. Живое море набегает на изломанный берег, утраченный мыс разрезает волны…
— Касаетесь иллюзии в нужном месте и выбираете, что вам нравится, господыня. Предупреждаю, это лишь черновик, на который я буду ориентироваться, но не воплощать один в один.
И мастер показывает мне, как прикосновением к Большому дому разворачивает над ним пару десятков вариантов дворца.
— Ого! — вырывается у меня.
Это… что-то невероятное. Мастер хоть и старается не показывать, но моя яркая реакция ему явно льстит, а я, заполучив игрушку, забываю обо всём на свете. Потрясающий конструктор!
Большой дом я выбираю сразу и без колебаний — он должен сочетаться с Малым домом, который снова станет посольством демонов и с сохранившимся родовым храмом. Кстати, стену с зеркальным переходом надо восстановить…
А вот дальше интереснее.
Я касаюсь пустыря, и мне открываются две картинки: пальмы под палящим солнцем и дерево, очень похожее на облепиху, с опята у ствола. Или не опята — в грибах я не сильна. Зато принцип действия “живых” картинок у меня вопросов не вызывает, очевидно, что надо выбрать между тропиками и условными смешанными лесами.
Хм…
Тропики плодородны, в тропиках земледельцы легко снимают по несколько урожаев в год. Но в тропиках жарко…
Я не эколог и не биолог, и уж точно я не агроном. Как я просчитаю последствия того или иного выбора? Утешает, что ни близняшки, ни Гарет в сельском хозяйстве тоже не разбираются. Посоветовать могла бы шаманка, но Хлое я не доверяю.
Если исходить из того, что наши главные проблемы продовольствие и холод, то выбор напрашивается сам собой.
Откровенно?
Здравые рассуждения, расчёт, убедительные аргументы — всё это хорошо, но воображение нарисовало золотой песок, тёплую волну, мягко на него накатывающую и тот час уходящую, маленьких крабиков, строящих в песке домики, тёплый солнечный свет, сочные кокосы прямо с пальмы, фруктовые сады, и не только с апельсинами и гранатами, но с манго, с ананасами… Палец тянется сам собой, и я выбираю тропики.
По идее… Если графство станет для северных ветров и ледяных течений непреодолимой преградой, то соседние земли тоже выиграют.
Что будет, если платформа однажды даст сбой? Катастрофа. Но это же не повод, не делать. Это повод быть ответственной и вовремя приглашать мастера Далла проверить артефакт. А катастрофа может прийти с цунами самым естественным путём.
 
Какие реки мне нужны? А где какие поля, леса и огороды устроить? И кто их будет обрабатывать? Впрочем, с людьми проще — на хорошие условия люди сами придут. Моя задача дать им эти самые условия.
А ещё переселенцам понадобятся дома. Как вариант, заселять можно даже бесплатно, но, как пойдёт урожай, начать брать арендную плату. И право выкупить дом тоже надо дать… Но это я куда-то в частности погружаюсь. Сперва выстраиваю общую систему.
Сюда бы консультанта-агронома или хотя бы управляющего, привыкшего заниматься большими поместьями. Да хоть бы с мужем посоветоваться! Тьфу…
— Оставь ты уже эту доску в покое, — раздался над ухом голос шаманки. — Ты пристань забыла. И береговую линию. Подводные скалы защищают от врагов и затрудняют торговлю.
— Хлоэ…
— Ты могла бы стать шаманкой. Такой же странницей как я. Хочешь, девочка? — она лукаво улыбается и мимоходом дополняет волшебный макет не только пристанью, но и целыми жилыми кварталами.
Хлоя… непонятная. Она то отпаивает лечебным зельем, то угрожает отправить меня на перерождение, то угрожает, то, наоборот, даёт ценные советы. Она делала то, что вело её к желанной цели? Она ясно дала понять, что граф Оттонский стал для неё всего лишь ступенькой в родовые территории Оти.
Сейчас от Хлои веет вроде бы добродушием — оказавшись в объятиях мастера, она словно сбросила колючую шкуру и показала мягкое нутро. Но это не повод терять бдительность, тем более я носом чую подвох.
— Почему вдруг такое предложение? — хмурюсь я.
— Я получила ключ к посвящению, и совсем скоро сама стану учителем. Мне нужна первая ученица.
— Не я, тётушка, — я рискую обратиться к ней по-старому.
— Тебя не влечёт вечное путешествие? — удивляется она, словно вечные скитания это что-то ценное.
Для кого-то — возможно. Но не для меня.
— Не-а. Тем более мне кажется, что вы, если не врёте, то умалчиваете, тётушка Хлоя. По-моему, вы просто хотите скинуть на меня свой обет странствовать, а сами останетесь с мастером.
— Давно ты стала такой проницательной, девочка? Что же, нет так нет, твой выбор.
Хлоя выглядит огорчённой отказом, но не слишком расстроенной, и я рискую спросить:
— Близняшки. Ты можешь помочь Гэбби?
— Могла бы — помогла, — морщится она. — Хоть я и использовала личину кухарки, чтобы через род Оти попасть сюда, не думай, что эти милые дети мне безразличны. Знаешь, от чего умер прежний граф?
— Отец Гарета? Нет.
— Начало истории я знаю с чужих слов. По молодости отец Гарета был таким же мягким и временами наивным, таким же честным, как сейчас Гарет. Романтический взгляд на мир рассыпался, когда граф уличил супругу в адюльтере. Брак их был договорной, любви так и не возникло, так что он скорее обрадовался, чем огорчился и вскоре у него тоже появилась “подруга”. Только вот девица оказалась той ещё гнилью. Дела у графа уже шли очень плохо. Тут бы семью худо-бедно содержать. Какие подарки? Конфеты и сборники стихов девицу не устраивали, ей хотелось дорогой роскоши. И когда она поняла, что граф ей ничего не даст, она его ограбила, обчистила сейф с последними сбережениями. А чтобы граф не помешал, она бросила смертельное проклятье, оказавшееся настолько сильным, что зацепило и жену графа, и дочь.
— Жена…?
— Долго болела, скончалась.
— Печально…
— Да уж, радостного мало. Но там, в храме, ты смогла изменить ход событий, не так ли? Для мальчика Гарета ты стала Удачей. И для близняшек тоже. Становление самостоятельным родом стало для них очищением от проклятия.
— А синдром…? — как же целительница его назвала?!
— С синдромом Амела Кэм-Оти справится, не беспокойся. И иди уже. Между прочим, Гарет себе место не находит, заждался жену.
— А…
— Доску оставь в покое. Всё равно это черновик. Кэльвин сам будет править, — она называет мастера Далла по имени, и неожиданно на её губах появляется глуповатая улыбка, которую я совершенно не ожидала увидеть на лице многое повидавшей шаманки.