Хозяйка графских развалин (СИ)

— Нам сюда, леди Даниэлла, — окликает меня Вея.
— Я думала, что рынок — это горы товара, зазывалы, шум, выбор, а здесь тихо.
— Тот рынок, который вы описали, леди, не для нас. Серьёзные товары на свалке не продают.
Хм…
— А здесь всё серьёзно? — хмыкаю я.
Товара даже в окнах не выставлено.
Из обозначений только на дверях непонятные, похожие на иероглифы, значки.
— Здесь всё очень серьёзно, леди. И я настоятельно предупреждаю, что мастера, с которыми мы будем говорить, заслуживают самого уважительного отношения.
— Разумеется. Но есть нюанс, леди Вея.
Демоница аж останавливается.
— Какой же, леди Даниэлла?
— Как иномирянка, я не могу знать всех особенностей здешних традиций.
— Ах, об этом не беспокойтесь. Мастера принимают гостей из самых разных миров.
На улице, если залитую краской дорогу можно назвать улицей, безлюдно отчего квартал кажется вымершим и неуютным. Я не представляю, как здесь можно жить. Или мастера живут где-то не здесь? Может, в каждом здании, как в берлоге Медведя, прячется портал?
Очередное здание ничем не выделяется на вид.
Вея поднимается на крыльцо и трижды ударяет кованой ручкой по металлической пластине. От касания дверь с тихим скрипом открывается, и выглядит это… зловеще. Но Вея уверенно входит, не дожидаясь, когда хозяин или лакей выйдут навстречу.
И нам ничего не остаётся, кроме как последовать за ней.
  
Глава 33
 
Холл тесный, или так только кажется. Когда входная дверь захлопывается, в помещении воцаряется сумрак, отчего уличный тёмно-зелёный цвет, которым выкрашены пол, потолок и стены, кажется близким к чёрному, и холл превращается в заросшую мхом пещеру. Я отгоняю неприятную ассоциацию.
Пахнет как будто бы сырым ельником…
— Я не ждал гостей, — раздаётся спокойный баритон. Голос идёт с потолка и от всех стен разом. Голос мягкий, но тон не гостеприимный.
— Род Оти не нуждается в приглашениях, — холодно отвечает Вея.
— Господыня Вея Кэм-Оти, вы ли это?
Левая боковая стена растворяется в пространстве — возможно, она была иллюзорной, на ощупь я не проверяла — и к нам из темноты выходит долговязый некто на полторы головы выше меня. Лицо в обрамлении рыжевато-русых кудряшек настолько кукольно-фарфоровое, что девушка перед нами или парень, не понять.
— Я, мастер Далл, — отвечает Вея.
Всё-таки парень.
Его костюм тоже тёмно-зелёный, не считая длиннополого золотого жилета и белых перчаток.
— Какая честь! — манерно восклицает он и жестом фокусника достаёт коробочку, которую принимается вертеть в пальцах. Шкатулка с секретом?
С каждым щелчком пространство за исчезнувшей стеной меняется. Коробочка — что-то вроде пульта, переключающего каналы? Только вместо канала комнаты? Подобрав подходящую гостиную, мастер приглашает нас.
Для представителей рода Оти гостиная в “шатёрном” стиле. На полу зелёный ковёр, стены затянуты зелёной тканью. Вместо диванов или кресел гнёзда из подушек. Столик низкий. Угощение выносит служанка, быстро сервирует и поспешно скрывается за складкой свисающей с потолка занавеси.
Мастер жестом приглашает нас.
— Благодарю, — улыбается Вея.
— В прошлый раз, господыня Вея Кэм-Оти, вам не требовалась свита.
— Господин Гарет Оттон и Господыня Даниэлла Оттон основали новый славный род, вышедший корнями из нашего рода.
— Польщён, — мастер кланяется поочерёдно Гарету и мне. — Полагаю, новому роду в новом месте нужны артефакты?
— Вы правы, мастер, — отвечает Гарет, взяв на себя инициативу, но тотчас подаёт мне руку, чтобы выделить из всех.
— Побеседуем, — кивает мастер.
Вея первой устраивается в подушках. Гарет помогает мне, и одновременно с нами садится мастер. Делает он это с девичьей грацией и такой непринуждённостью, словно один из демонов, но внешне он явно не демон. Не знаю кто.
Кроме худобы и роста, мастера отличает фарфоровое, стянутое как маска безэмоциональное лицо. Если бы во время разговора, его губы не двигались, я бы подумала, что на его лице действительно артефакт. А ещё я замечаю, что на перчатке не пять, а шесть пальцев…
 
— Гарет, — Вея вдруг поворачивается к нам. — С вашего позволения я в общих чертах обрисую ситуацию.
— Господыня Кэм-Оти, нет необходимости, — вмешивается мастер. — Это очевидно. Новый род нуждается в обустройстве… гнезда.
Почему мне кажется, что мастер намекает на священных птиц?
Мы с Гаретом переглядываемся.
— Вы правы, мастер Далл, — кивает Гарет.
— У меня есть правило, господин Оттон. Детали заказа я обсуждаю с заказчиком. Только с заказчиком. Я приглашаю вас взглянуть на мою мастерскую.
Мастер поднимается, а вот Гарте не торопится сделать то же самое. Он оглядывается на меня с очень сложным выражением лица. С одной стороны именно он граф и глава рода, он потомок изгнанницы. Я всего лишь супруга. С другой стороны, именно я оплачиваю заказ. Расчёт будет с родом Оти, но слёзы — моё наследство.
Гарет колеблется.
— Дани, ты лучше знаешь, что именно ты хочешь, — он уступает мне.
— Как угодно, — мастеру наши отношения совершенно не интересны, в тоне появляются нотки неодобрения, смешанного с нетерпением.
Спор — плохая идея. Некрасиво делать посторонних свидетелями препираний, некрасиво заставлять себя ждать.
Я признательна Гарету за щепетильность. Казалось бы, он женился на дочери купца ради денег, но при этом он не только не присваивает их, но и уступает мне право самой управлять. С одной стороны, это доверие. С другой стороны, это ответственность.
Как, не зная возможностей мастера, я скажу, что именно мне нужно?!
И… Обычно заказ всегда дороже готовых изделий. Зачем Вея привела нас именно сюда? Почему не в обычную лавку, где я могла бы, образно говоря, всё руками перещупать, и выбрать.
Мастер возвращается в холл-клетушку и, дождавшись, когда полог опустится за нами, касается другой стены. Я уже не удивляюсь, когда она тает, и нам открывается помещение, которое я и ожидала увидеть изначально — захламлённый склад, стеллажи и полки забиты самыми разными предметами, начиная от шипастой булавы и заканчивая одним единственным деревянным башмаком. Никакого порядка, вещи громоздятся друг на друге, и складывается впечатление, что в прошлом мастер сыграл в своеобразный “тетрис” и больше к предметам не притрагивался. Иначе почему на полках всё седое от пыли?
Пока я кручу головой, мастер откидывает столешницу секретёра, щёлкает пальцами.
— Ого… — вырывается у меня, когда на столешнице стремительно вырастает пухлая тетрадь в плотной кожаной обложке.
— Оттон-Оттон-Оттон… — бормочет мастер.
Под его пальцами страницы перелистываются с бешеной скоростью, и они тоже пыльные.
Я оглушительно чихаю.
— Простите.
Мастер словно не замечает.
— Надо полагать, земли нового рода это наследие ветви изгнанницы Эрис? Помню-помню. Красавица была! Какие глаза! Какой огонь в душе! Какой характер! Какой темперамент! Эм… да. Нашёл. Замок, город… 
— Помните? — переспрашиваю я.
— Совсем недавно было, — кивает он. — Тысячу лет назад или две.
А?!
— А вам больше…?! Простите, мастер Далл.
Надеюсь, он не рассердится.
— Больше, господыня Оттон, — он оборачивается, окидывает меня взглядом с ног до головы.
Мне мерещится чисто мужской интерес, будто мастер прикидывает, достаточно ли я хороша, чтобы со мной развлечься. Возможно, он расценил недопустимо личный вопрос, как приглашение, а, возможно, мастер не имеет в виду ничего того, что крутится у меня в голове. Просто он говорил об Эрис так, будто они были близки.
— Простите, мастер Далл, — на всякий случай я обхватываю себя руками и отступаю на шаг, всем своим видом показывая, что сожалею о том, что позволила себе лишнее.
— Я хочу предложить вам сделку, господыня. Хорошую сделку. Вы хотите знать чуть больше обо мне, а я хочу знать, почему вижу в вашей ауре след Великого артефакта?