Сама дура виновата (СИ)

И тут!
Этот!
Козел!
Я развернулась, сгребая с прилавка пирожные в открытой коробке и без паузы запуская ее прямиком в рожу стоящего за мной мужика. Брезгливо-раздраженное выражение на его лице еще успело смениться на удивленное, прежде чем его безнадежно заляпало кремом.
Следующие пошли булочки со сливками. Очень вкусными сливками. Жирными.
Чрезвычайно полезными для возрастной кожи.
Не уверена, что они были столь же полезны для пальто этого мужика, но мне было уже все равно. Я одну за другой метнула эти булочки в него, с каким-то яростным удовлетворением любуясь тем, как крем белыми кляксами ложится ему на морду.
А потом…
Я.
Разрыдалась.
В голос.
Мгновенно перейдя от состояния боевой ярости к полнейшему отчаянию.
Слезы, сопли, громкие всхлипы, которые я не могла уже сдерживать, икота и снова, и снова накатывающее ощущение безумной жалости к себе.
Ну что ж я не человек, что ли! Я, блин, даже сраное пирожное не могу купить без комментариев на тему того, как мне надо жить?!
— Д-д-девушка… — мужик, заляпанный сливками, даже как-то растерялся. Он только смахнул с себя самые крупные куски пирожных, открыл было рот, чтобы заорать, но я сбила его с мысли своими рыданиями. — Девушка, ну вы чего! Не надо!
Он попытался подойти ко мне, но тут из очереди вынырнули две женщины, причем одна из них была валькирией еще и покрупнее меня, и загородили ему дорогу.
— Отошел, быстро! — скомандовала вторая, напротив, изящная, но с таким боевым металлом в голосе, что Один точно ее заберет в Вальхаллу, даже если она погибнет не с мечом в руке, а с чашечкой ромашкового чая.
— Девушка, если б я знал, что вы так среагируете… — бормотал тот, счищая с лица остатки крема. — Я б никогда… Я просто не подумал! Не надо так расстраиваться!
— А стоило бы подумать, — заметила валькирия. — Это вообще полезное занятие.
И так зыркнула на него, что он вымелся на улицу — только дверь хлопнула.
— Так, ты что делаешь? — вторая угрожающе шагнула к одной и девчонок-школьниц, которая держала перед собой телефон. — Снимаешь? Сотри немедленно!
— Нет… то есть, да… — залепетала та. — Я просто клип записывала, она случайно в кадр попала, но как она круто ему залепила же!
— Все равно сотри.
— Нет, нет, не стирай! — я набрала воздуха в легкие, быстро провела ладонями по мокрому лицу, словно это могло помочь убрать красноту и одутловатость. — Дай посмотреть!
Девчонка действительно так удачно держала камеру, что в кадр попала вся сцена целиком.
Моя улыбка, комментарий, оторопь на моем лице, а потом проступающее изнутри боевое безумие. Я так метала в этого мужика пирожными, что аж сама залюбовалась роскошной картиной праведной мести.
— Скинь мне, — попросила я. — Но у себя сотри, пожалуйста.
— Да без проблем, — пожала плечами девчонка. — Вы ж все равно не разрешите ВКонтакте выложить.
Я поблагодарила двух валькирий за помощь, отказалась от бесплатного восполнения запасов пирожных и честно заплатила за новый комплект, высморкалась в бумажные салфетки и наконец покинула место моего триумфа и позора.
На улице спряталась за углом, где меньше дуло и еще пару раз пересмотрела видео. Обрезала чуть-чуть в начале и в конце, чтобы не было видно моих рыданий и…
Задумалась.
Тикток же закрыт, да?
Но девчонка говорила про ВК. Значит, вот где сейчас сидит вся живая аудитория?
У меня там болтается полуживой аккаунт, на котором полсотни друзей и коллекция картинок.
Когда я открывала раздел с клипами, пальцы слегка дрожали.
Но я все равно нажала на кнопку «Опубликовать».
  
Глава сорок первая, в которой роман ненадолго превращается в производственный
 
Новичкам везет.
Хотя может быть, новички остаются в деле только потому, что сначала им повезло.
Я сама не знала, чего я хочу больше — чтобы мое видео «выстрелило» или чтобы его тихо-мирно никто не заметил. Мне хватило бы того заряда смелости, то я получила, нажимая кнопку публикации, дальнейшее — лишнее.
Но мое видео неожиданно завирусилось. Черт его знает, как эти соцсети распространяют контент, Егора я как-то забыла спросить, а теперь было не у кого. Но факт — за неделю пост набрал больше двух миллионов просмотров!
 
Пришлось срочно добавлять новые клипы, потому что люди приходили на мой аккаунт и требовали еще!
Что ж… Я добавила еще немного рассказов о своих неудачных свиданиях, начав с того, которому посоветовала избавиться от лысины, с которым встречалась в тот самый памятный день, когда познакомилась с Егором.
Их тоже начали лайкать и комментировать. Но этого было мало! Не так уж часто я ходила на свидания, чтобы построить на этом стратегию развития.
Так что я отправилась изучать, что же нравится народу в этих коротеньких бессмысленных клипах, на которых блогеры зарабатывают столько денег.
Тут-то и выяснилось, что все что знала о тиктоке, инсте и прочем блогерстве — не совсем правда.
Там были, конечно, все эти красивые мальчики и девочки, которые только танцевали, занимались спортом, открывали рот под чужие песенки и кривлялись, играя только на своей внешности.
Но кроме них было еще много чего интересного.
Кулинарные блогеры, которые умудрялись укладываться с процессом приготовления, рецептом и аппетитным результатом в минуту-полторы.
Аккаунты мамочек и беременных, лучащихся счастьем — и замученных до синих кругов под глазами. Кто-то рассказывал о трудностях материнства, а кто-то демонстрировал подарочных младенцев.
Огромное количество людей пробовали лайфхаки и гаджеты, выставляя им оценки и рекомендуя, где купить самые удачные игрушки.
Еще больше народу с умным видом рассуждало о психологии и отношениях мужчин и женщина. С уклоном в любую сторону — от лютого феминизма до обязательного для каждого мужчины гарема рабынь.
Там давали советы настоящие врачи — от стоматологов до хирургов.
Котики! Еще были котики! С розовыми носами, мягкими лапками и дурацкими проказами.
И не только котики — кого только не держали, оказывается, дома: обезьян, змей, волков, лис, крокодилов!
Встречались блоги людей рабочих профессий и весьма необычных занятий — крановщики соседствовали с гробокопателями, а таксисты с машинистами метро.
Были те, кто просто ел на камеру.
Писал буквы на камеру.
Резал мыло на камеру.
Выдавливал прыщи — мамочки! — на камеру.
Без танцев не обходилось даже у гробокопателей, конечно.
Но главное, что я уловила — надо рассказать о своем деле интересно. Тогда придет и популярность, и деньги.
И разумеется там были гиды и экскурсоводы. Причем в таком количестве и настолько образованные, что мои наполеоновские планы взорвать мирок виртуального общения оригинальным контентом пришлось свернуть в трубочку и засунуть… в мусорное ведро.
Самым ценным моим активом оставался тот самый первый ролик, на который и приходили новые зрители — посмотреть на «эту сумасшедшую толстуху».
Я знала, что так будет, и собиралась держаться изо всех сил, не расстраиваться и не срываться, что бы ни услышала. Ведь у меня была вся жизнь, чтобы натренироваться сохранять спокойствие. Но иногда было особенно сложно.
— Ты чего ревешь?
Элка зашла на кухню в один из моментов слабости.
— Лук режу.
— Да?
Она задумчиво оглядела стол на котором стояла чашка с чаем и вазочка с шоколадным печеньем.
— Где же лук?
— Съела! Будешь задавать много вопросов — и тебя съем! — зло огрызнулась я.
— Ты чего? — оторопела она. — Дар, у тебя все хорошо?
— У меня — все! Просто мы, толстые, вот такие — всех жрем. Поэтому и толстые. Логично? — подняла я на нее глаза.
— Дарин… — Элка села напротив. — Ты какая-то странная. Что происходит?
Про расставание с Егором я ей рассказала очень вкратце, попросив не спрашивать.
Зато в лицах поведала о своей атаке на наглого мужика и получила благословение на ведение.