Сама дура виновата (СИ)

  
Глава двадцать шестая, в которой страстные кошечки оборачиваются ржущими гиеной лосями в медвежьей шерсти
 
Пока я хватала ртом воздух, проклиная свой малый опыт отношений — понятия не имею, что в таком случае полагается делать духовно богатым девушкам — Егор поддернул так и не застегнутые джинсы и вытащил из кармана телефон.
Расстегнутая ширинка его интересовала гораздо меньше, чем то, что он собирался мне показать.
— Смотри, я по пути в Москву тогда в «Сапсане» снял один интересный видос… — начал он, быстро листая галерею. — Сейчас…
— Видела уже, — ляпнула я и тут же захлопнула рот.
Надо ж так было расслабиться!
Взяла и спалилась, что следила за ним.
Но Егор как будто не заметил. Даже не напрягся.
— О, хорошо, что видела! — заявил он, открывая тот самый ролик.
Совсем не боится сумасшедших сталкерш?
А зря.
Мы вот с Элкой, например, — совсем бешеные, когда нам приспичит.
Однажды выяснилось, что ее случайный любовник женат. Она не поленилась вытурить его из своей постели прям как был — с голым задом. И выставить на лестницу. А шмотки кинула следом только минут через пять жалобных воплей.
Тот обиду затаил — и стал по очереди всем Элкиным друзьям в соцсетях рассылать ее провокационные фотки.
Что с таким сделаешь?
Ну.
Нам колючка под хвост попала — мы бахнули вина и за час выяснили, где он учился, где работал, какие прививки у него сделаны и какой уровень билирубина в крови. Этим, к сожалению, шантажировать было нельзя, поэтому мы выпили еще бутылку мерло и продолжили. Еще за час мы нашли аккаунты его сестры, жены, тещи, первой учительницы и прабабушки, живущей в Курской области.
Пока мы угрожали рассказать о его поведении сестре и жене, он был спокоен. На теще и учительнице только поржал. Но вот прабабушка попала в цель! Очень ему не хотелось мудаком перед ней выглядеть.
В общем, не злите девушек, которые умеют пользоваться гуглом.
А на месте Егора я бы такие звоночки не пропускала бы.
Среди шести миллионов поклонниц могут оказаться такие же бешеные, но не такие справедливые, как мы.
— У меня друг есть, Борисом зовут, креативный — огонь! — продолжал Егор, поудобнее устраивая мою голову у себя на плече и запуская видео. — Только он ленивый. Мы как с ним встречаемся, он мне стопицот идей подкидывает — если бы сам воплощал, бабло бы греб лопатой. Вот, смотри.
На экране телефона он снова восхищался девчонками в «Сапсане».
Что тут смотреть, я уже каждую в лицо запомнила. Встретила бы на улице — узнала бы.
— Короче, мы с ним досняли несколько продолжений, слепим их с первым, и я запущу на канале. Сначала я выбрать не мог, а он сказал — фигачь все подряд. Вот, тебе первой показываю!
— Я просто счастлива, что мне первой, — пробормотала я, но он не уловил сарказма в моем тоне. Наоборот — засмеялся и крепче прижал к себе, перелистывая на следующее видео.
Там он, как обычно, сначала в обтягивающей футболке принимал всякие завлекательные позы, а потом свет менялся — и он оказывался по пояс голым.
Только уже спиной. Расцарапанной чрезвычайно художественно. Если б я увидела его вот так, во всей красе, мне бы и в голову не пришло, что это могла сделать кошка. Разве что очень креативная кошка, как тот Борис. С маникюром и страстная.
— Это раз! — сказал Егор, когда несколько секунд ролика кончились и начались заново. — А это два!
В следующем видео он валялся среди белых простыней на широченной кровати — весь в отпечатках помады.
Причем оттенки все были разные — от глубоко бордовой до нежно розовой.
Какие девушки были разнообразные в том «Сапсане», а.
— Отлично ты время провел, — сухо прокомментировала я.
Ну, а что еще говорить? Крайне счастлива за его личную жизнь. Жаль, что у меня нет своего аккаунта с миллионами подписчиков, я бы тоже показала, как не скучала без него!
Попросила бы Базиля, Андрюшу, ребят с работы помочь.
Хотя мальчики помаду не носят и спину не царапают…
Впрочем, всегда можно продемонстрировать отпечатки зубов.
 
— Погоди, погоди, самый ржач еще не показал! — Егор был в таком восторге от самого себя, что даже не улавливал, что я тут не всерьез его популярностью восхищаюсь. — Вот вообще шедевр!
В шедевре он с крайне довольным видом возлежал на той же кровати, только в фиолетовом свете, а вокруг него разноцветными кучками валялись женские трусики. Одни — черные стринги — он крутил на пальце и отбрасывал в сторону, а потом манил кого-то из-за кадра, цеплял подол шелковой юбки и хищным жестом рвал его.
В тот момент, когда обладательница подола должна была падать в его объятия, ролик обрывался.
Мне, наверное, надо что-то сказать?
Да, точно.
Скажу.
— А как твои зрительницы относятся к твоей любвеобильности? — светским тоном поинтересовалась я.
Хотя тут, конечно, пора было вставать, одеваться и…
И что? Требовать, чтобы меня высадили на ближайшем причале?
Вдобавок к эротическому шоу неизвестный мне парень, ведущий сейчас катер, получит бонус — позорное бегство.
— Отлично относятся, они же за этим и смотрят — подрочить, представить себя на месте этих воображаемых девушек, — фыркнул Егор. — Ну ты прикинь, как мы с Борей угорали!
— Ему тоже досталось немного женской ласки?
— Колбаски! — заржал он. — Ты чего? Думаешь, я тех из поезда позвал, что ли? Дарина! Ой! Ты такая смешная!
Очень.
— Новых набрал?
— Мы вдвоем все провернули! — сообщил Егор, лучась так, словно ждал как минимум «Оскара» за спецэффекты. — Ну! Царапать было легко, у меня такая спиночесалка есть, просто идеально — обкусали ее лапы ножницами и намонстрячили красоты. А вот с помадой…
Становилось любопытно.
— У тебя совершенно случайно завалялась губоцеловалка? — хмыкнула я.
— Почти! Сначала мы на пленке рисовали отпечатки губ и пытались переносить на меня, но это было жутко муторно и получалось как-то неестественно. А потом…
Он начал хихикать и никак не мог остановиться. Пытался продолжить рассказ, но все равно на половине слова срывался и ржал, утыкаясь мне в волосы. Задыхался и трясся, чуть не падая с дивана, но цеплялся за него и за меня. Оставаться рядом с ним таким холодной и саркастичной стервой, которая не верит ни единому слову, было все сложнее.
— Короче… — Егор очень мило попытался сосредоточиться, еще пару раз фыркнул, но справился. — Мы психанули и накрасили Бореньке губы ярко-бордовым! И он меня целовал! Ну как — целовал… Быстро прикладывался, а потом несколько секунд отплевывался и матерился, даже рот бегал полоскать! Помада еще схватывалась хорошо, приходилось заново красить, да еще и разными цветами!
Где-то уже на чесалке спины меня постепенно начало отпускать, а когда дошло до помады я в красках представила этого неизвестно мне Бориса, который сначала чмокал Егора в грудь, а потом плевался — и не смогла сдержать улыбки.
— Потом еще эту помаду хер смоешь! Но мы ж молодцы! Мы пошли снимать дальше — с труселями. У меня там есть еще несколько видосов, где они развешаны по всей комнате, даже на люстре, потом выберем самый зажигательный. Во-о-о-о-от… — Егор немного подуспокоился. — Это еще не все! Дальше мы снимали юбку…
— Только не говори мне… — начала я, уже предвкушая креативное решение проблемы отсутствия девушек на съемках.
— Да! ДА! — с энтузиазмом кивнул Егор. — Борька в эту юбку влез сам! Она не застегнулась, конечно, плюс надо было так, чтобы он в кадр не попадал, а то, знаешь, эффект не тот, когда с двухметрового мужика с пудовыми кулаками одежду срываешь! И еще мы ржали, как лоси!
— Как кони, — поправила я.
— Как гиены! — согласился Егор. — Особенно когда я пошел курьеру с пиццей дверь открывать, а Борис в этот момент сражался в ванной с этой чертовой помадой и не услышал звонка. Ну представляешь, вываливается он голый по пояс — а у него шерсть на груди, как у медведя! — в розовой расстегнутой юбке и с накрашенными губами! У пацана аж ноги подкосились.