"Фантастика 2023-73". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

— Меньше, родной. По нашему времени мы провели в Сирии одно-единственное лето. — Она помолчала. — Как ты себя чувствуешь?
— Уже значительно лучше.
Мужчина встал и зашагал в сторону суши. Склон был пологим, лишь в двух местах пришлось прыгать.
В пещерке с низким сводом, в которую вел узкий, неудобный проход, горел костер. Дождь вполне мог добраться даже сюда, потому что проход был хоть и тесным, зато коротким. Но на сухом песчаном полу не оказалось ни одной капли. Костер потрескивал весело и умиротворенно; над двумя горящими поленцами, пристроенный со знанием дела, висел котелок с похлебкой. В стороне, задумчиво пережевывая овес, стояли две лошади — обычный мерин и иссиня-черный, дивно красивый арабский скакун, укрытый от ветра попоной.
Сбросив мокрый плащ на пол, мужчина стал без стеснения раздеваться и отжимать одежду.
— Где ты раздобыла овес? — спросил он девушку-змею.
— Наколдовала, — спокойно ответила она. — Главное, что кони довольны.
— Молодец. А одежду просушить можешь?
Он отжал рубашку и, развернув, встряхнул ее над костром. На угольях зашипели капли воды.
— Могу. Но не стану. Тебе следовало раньше думать.
— Хорошо. Тогда буду красоваться перед тобой голый.
— Ничего. Я не падаю в обморок при виде обнаженного мужчины.
Он разложил свою одежду возле костра — на сумках, заготовленном валежнике, просто на песке — и подсел к огню. Тепло охватило его, и на короткое время он почувствовал себя на верху блаженства. Но ненадолго. Скоро слишком близкое пламя стало обжигать колени, и он отодвинулся. Повернулся к костру спиной.
— Что, решил подрумяниться с разных сторон? — фыркнула девушка.
— Пожалуй… Кстати, ты не пыталась связаться с Трагерном?
— Нет. А ты?
— Я пытался. Мне не удалось. Почему — не знаю, хотя теперь и я склонен с тобой согласиться — он жив. Должно быть, чудом оказался вместе со своими друидами в каком-нибудь тайном, хорошо защищенном убежище. Все-таки я еще не до конца восстановил силы.
— Боюсь, ты их вообще не восстановил, родной. Тебе нужно на Кипр, искупаться в твоем источнике, иначе никак. — Она помолчала, потянулась к котелку и помешала варево ложкой. Пламя почти касалось ее руки, но боли девушка словно бы совсем не чувствовала. — Я, честно говоря, поражена, что ты вообще жив. Не представляю, как ты смог выдержать схватку с Далханом. Да еще заставить его улизнуть первым. Я думала, это невозможно.
— Магический дар, сама понимаешь.
— Твой магический дар — обычная сила медиума, ничего больше. Да, ты в силах набрать и выплеснуть большой объем энергии, но, чтобы на его основе создавать сильные заклинания, надо долго учиться.
— Так уж и медиум. А природное умение перемещаться между мирами?
Девушка задумалась. Она попробовала варево и решительно сняла котелок с огня.
— Об этом я не подумала. Возможно. Но, во-первых, умение перемещаться между мирами у тебя не совсем природное, а во-вторых, учиться все равно надо.
— Так я учился.
— Да сколько ты там учился! Год в диаспоре друидов, потом кое-чего нахватался от меня. Несерьезно. Чтобы стать настоящим магом, надо пару десятилетий потратить на учебу.
— Зачем, если я и так справился с Далханом?
Она вздохнула, но не ответила ничего. Впрочем, ее неодобрение мужчина прекрасно чувствовал и сам. Рассмеявшись, он поднял ладонь.
— Да я не спорю! Не отказываюсь учиться. Я просто шучу.
— Дошутишься… Бери ложку.
— Мясо там есть? — Он запустил ложку в котелок.
— Дик, ну ты что. Какое тебе мясо? Откуда я его возьму? Скажи спасибо за капусту.
— Спасибо. Но мяса все-таки очень хочется.
— Можем съесть твоего мерина. Пойдет?
— Я не хочу конины. Я хочу свинины.
— Ну и хоти. Привередливый мой.
— А еще я хочу тебя.
Она посмотрела на него с ласковым терпением, свойственным добрым матерям. Какое-то время они молча ели из одного котла, стараясь не зацеплять ложку ложкой, а потом он оделся в подсохшую нижнюю одежду, решив, что досушит на себе. Девушка не имела ничего против того, чтобы ее обняли, но прикосновение холодной мокрой рубашки никому не придется по вкусу. Она покосилась на спутника, пробормотала: «Не мытьем, так катаньем…» — и жестом руки высушила ему одежду. Правда, только ту, что была на нем.
 
— Что будем делать? — через какое-то время спросила она.
— Неторопливо собираемся и отправляемся в Италию.
— Почему в Италию?
— Потому что оттуда ближе к Германии. Можно будет обновить багаж слухов.
Девушка склонила голову набок и частым гребнем, купленным накануне в ближайшем селении, принялась расчесывать волосы. Густые пряди цвета мокрой змеиной кожи в свете костра скоро заблестели, как дорогой шелк. Хоть и одетая в самое простое платье, она выглядела изящной, как дочь короля, и прелестной, как мечты юного рыцаря.
— Ты уверен, что слухи верны? — проговорила она, помолчав.
— Насчет судьбы короля? Увы. Кажется, все так и есть, как говорят.
— Но как такое могло случиться? Как можно взять в плен короля самого могущественного королевства Европы, если он посреди своего войска…
— А он не находился посреди войска. В том-то и дело. Помнишь его поведение во время путешествия по Италии?
— Конечно, помню.
— Тогда ему повезло. Но, должно быть, государь решил, что ему будет везти до смертного часа. И в результате оказался в плену.
Девушка смотрела на своего спутника с тревогой.
— И что ты собираешься делать?
— Сперва надо выяснить, что именно произошло. Кто предал короля, если его кто-нибудь предал. Куда и как его увезли. И кому это выгодно.
— Ну и как же ты будешь это узнавать?
Дик неотрывно смотрел на огонь. В оранжевом свете черты его лица обострились, словно осунулись от усталости или горя, губы сжались. На самом деле никакого горя он не испытывал — только решимость.
— Кое-что я уже узнал, — сказал он.
  
Глава 1
 
Два месяца понадобилось гонцу, чтобы из французского графства Нормандия добраться до Кипра с известиями, предназначенными королю Английскому. Командор тамплиеров, обосновавшийся в лефкосийском замке, потребовал гонца к себе и беседовал с ним больше часа. Хотя все это время оба угощались лучшим кипрским мавроном, гонец стойко держал при себе свои тайны. Он пересказал тамплиеру только те французские и английские новости, которые в Европе давно были известны всем. Командор, не так давно благополучно уморивший Исаака Комшша, бывшего императора Кипра, а потому чувствовавший себя совершенно свободным от дел, решил вместе с гонцом «прогуляться» в Сирию.
Ему хотелось увидеть выражение лица короля Ричарда.
Выражение превзошло все его ожидания. Созерцая, как его величество то краснеет, то бледнеет, командор испытал глубокое наслаждение и счел себя отмщенным (еще год назад Ричард как-то походя оскорбил командора, даже не заметив этого, но тамплиер-то ничего не забыл…).
А новости и в самом деле были не самые приятные. Во-первых, выяснилось, что графу Моргену, то есть Иоанну Безземельному, в простонародье известному как принц Джон, надоело сидеть и покладисто ждать возвращения брата, который некогда обещал со временем выделить ему какое-нибудь королевство в Сирии. Больше всего на свете Иоанн желал, чтобы его брат и вовсе погиб на Востоке. В этом случае корона вполне могла оказаться на голове самого младшего сына Генриха. Но всем известно — человек верит в то, во что хочет верить. Принц верил, что его брат погибнет, и забыл, что это лишь его желание. Он решил, что именно так все и произойдет.
А раз дело обстоит подобным образом, то не следует терять времени. Ричард, считая себя слишком молодым, чтобы думать о завещании, не распорядился о том, кого в случае его смерти считать наследником — Иоанна, младшего брата, или Артура, малолетнего племянника. Кто должен это решить в случае гибели короля в Сирии, было неясно, но Иоанн понимал одно — если он еще до этого «печального» и такого долгожданного события захватит в Англии власть, вопросов ни у кого и не возникнет.