"Фантастика 2023-73". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)
Таким образом в этом соборе была впервые реализована конструкция, которую придумали только в конце XIX века. Применив при возведении статуи Свободы в Нью-Йорке. Не потому, что раньше не могли. Нет. Просто придумали, когда придумалось. Иоанн же о таком приеме знали и задействовал, радикально облегчив задачи по изготовлению купола.
Это было ядро и сердце храма. От него строго на запад отходила базилика в три нефа. Причем центральный неф был вдвое выше боковых. Получалась большая такая и вместительная конструкция, оформленная как удлинение одной из «лап» крестово-купольной конструкции.
Тут Аристотель применил хорошо отработанные приемы каркасной готической архитектуры. Но не изолированно, а сочетая с предложенным Иоанном приемом дифференциации материалов, ставя у земли гранит, а под потолком — кирпич с пустотами. Крышу, кстати, он перекрывал без дерева, повторяя прием построения купола. Благо, что профилированные в двутавр кованные пруты позволяли набирать достаточно прочные конструкцию. А большая высота центрального нефа давала возможность иметь большую крутизну скатов крыши, что, в свою очередь, делало перекрытия крыши довольно ажурными.
Завершал комплекс атриум — закрытый внутренний двор.
Что давало совокупную протяженность собора в двести двадцать метров. А высоту — девяносто метров, без учета креста.
Но и это еще не все. Перед входом в атриум только-только начали строить массивную колокольню, основание которой имело арку, ведущую в собор. В перспективе эта башня должна получиться поистине чудовищной. Когда ее построят, конечно.
Такая грандиозная махина на весьма слабых почвах кремля не устояла бы. Поэтому под собором была сооружена массивная плита. Выкопали котлован глубиной десять метров по контуру несколько превосходящий собор. После чего заполняли его битым камнем с известковых каменоломен Москвы-реки и Оки. Заливая промежутки смесью из воды, мелкого речного песка и извести. Причем под колокольней и крестово-купольной частью собора глубине плиты была еще больше.
Получалось этакое чудо света в представлении окружающих.
Да, купол еще требовалось позолотить. Стены облицевать каррарским мрамором. Будущие витражи пока заменяли наспех сделанные деревянные щиты. Про внутреннюю отделку пока и речи не шло — ее только продумывали, собрав для этого целую рабочую группу из художников и скульпторов, прибывших на службу к Иоанну. Как, впрочем, и оформление атриума…
Однако даже так собор внушал.
ВНУШАЛ.
На момент возведения он был самым вместительным, занимая наибольшую площадь. Из-за чего новый Успенский собор затмил Святую Софию в Константинополе, держащую к тому времени пальму первенства. Поэтому даже подходя к нему обитатели XV века переполнялись самых разных эмоций. Да чего и говорить, даже сам король, проживший не самую короткую жизнь там, в XX и XXI веках и то не мог равнодушно взирать на эту махину.
Вот в этот собор и повел Иоанн свою невесту. И идти было не близко, так как старый дворец снесли. Из-за чего королевская чета ютилась в нескольких старых боярских усадьбах, специально арендованных для этого.
На дворе был февраль. Весьма, надо сказать, не теплый. Поэтому будущая королева куталась в шубу из белого соболиного меха. Сам же Иоанн прикрывался большим плащом из того же материала, пола которого можно было запахнуть и утеплиться. Но это не сильно помогало. Особенно королю. Но минут пять-десять померзнуть было можно. Чай свадьба не каждый день.
Прошествовали по ковровой дорожке, с трудом сдерживаясь от того, чтобы не ежиться на февральском морозе. Вошли в атриум, где было уже сильно теплее. Там специально стояли жаровни, дающие в огражденном со всех сторон пространстве какое-то подобие тепла.
Ну а дальше их ждал хорошо протопленный импровизированными «буржуйками» [318] храм.
На улице Иоанн с будущей супругой шли вдоль своих воинов, выстроившихся с двух сторон от дорожки от самого их дома до собора. Внутри же было настоящее столпотворение. И послы, и гости, и различные иерархи католиков, православных и иных деноминаций христианства. Тех же армян. А еще уважаемые купцы, старшие армейские командиры, ключевые чиновники, аристократы, включая дядю — Андрея Васильевича, который по этому случаю впервые со своего Крымского похода появился в Москве. И так далее, и тому подобное.
Натурально толпа.
Причем кто-то стоял у дорожки. А кто-то стоял на импровизированных эрзац-трибунах. Именно стоял. Ибо они представляли небольшие ступеньки, дабы расположившиеся сзади оказывались на голову выше впереди стоящих. А так как это был храм, то большие головные уборы мужчины сняли, женщины же стояли в платках — один другого краше.
Венчание прошло без сучка и задоринки. Спокойно. Без каких-либо промахов или ошибок. А вот дальше произошел инцидент, удививший всех вокруг…
Иоанн под ручку с супругой направились обратно — к выходу.
Узкий коридор из людей, по которому шел король и будущая королева, сузился до предела. Все хотели выступить вперед и поздравить. Все хотели что-то сказать, чтобы именно их запомнили.
Впереди шла четверка адептов Сердца [319] в своих золоченых латных доспехах. И если бы не они, то короля бы окончательно зажали в этих удушливых объятьях выражения верноподданнических чувств. А так они выступали как своего рода волнолом. За спиной еще четверка. Но в этот зазор постоянно лезли всякого рода уважаемые люди. И спешить было нельзя. Требовалось по возможности заметить каждого. Каждому что-то сказать в ответ на поздравления…
И один из незнакомых Иоанну персонажей, также, как и все, ринувшийся к королю, выхватил из рукава стилет. Шаг. И он попытался его вонзить нашему герою в основании шеи. Сверху вниз. Так, чтобы клинок пронзил легкие и, по возможности, сердце.
Но в самый последний момент он промахнулся из-за чего клинок ушел чуть вперед и прошел по ребрам сверху вниз. Видимо его толкнули или как-то еще слегка ускорили. А может и сам потерял ориентацию в этой давке.
Удар.
Мгновение.
Он вырвал кинжал и попытался нанести второй. Но не успел.
Несмотря на то, что все происходило очень быстро, адепты Сердца успели отреагировать. И его банально отпихнули, заодно заблокировав руку с оружием.
Непродолжительная возня и вокруг короля образовался широкий круг. Нападающий уже схвачен. Но он истерично засмеялся, а из его рта пошла какая-то пена.
- Вот тварь… — тихо цедит Иоанн, зажимая правой рукой рану.
- Куда его? — деловито спросил один из адептов Сердца.
- В морг. Он, судя по всему, принял яд…
Так и оказалось. Истеричный смех сменился хрипением, сопровождаемым энергичным сучением ножками. И довольно быстрой смертью. Причем обоссался этот индивид до того, как умер. Видимо яд имел весьма болезненный характер действия, вызывая целую гамму «приятных» ощущений.
Но самому Иоанну от этого легче не стало. Потому что рану начало потихоньку подпекать. Видимо стилет был тоже смазан ядом…
Часть 1. Ламбада со смертью
Кирпич ни с того ни с сего никому и никогда на голову не свалится.
Глава 1
1480 год, 2 марта, Москва
Темнота.
Одна сплошная темнота.
Иоанн находился в ней и не ощущал себя. От слова вообще. Ни ног, ни рук, ни даже отдаленного намека на тело.
- Я мертв? — попытался сказать он. Но не было звуков. Ничего не было. Ощущалась лишь пустота, темнота и какая-то легкость что ли.
Но вдруг впереди едва заметно проступила силуэт тропинки чуть заметным мерцанием. Он потянулся к ней и стал приближаться. Словно бы полетел. Все быстрее, быстрее и быстрее, разгоняясь до совершенно безумной скорости. Во всяком случае так ему казалось.