"Фантастика 2023-73". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

Возвращаться под руку этого деятеля тоже самое, что ставить в 30-е – 40-е годы XX века во главе идеологического отдела компартии Советского Союза подчиненных Геббельса. Может поначалу и не станут шалить, но волю своего начальника все одно будут реализовывать. А ведь султану компания Персидской торговли, задуманная Иоанном, как серпом по известному месту. Она ведь подрывает экономику его Империи. В то время как для нашего героя эта компания была очень важным инструментом международной политики. Ну и источником большого бабла в перспективе.
Идти к католикам? Так там тоже не санаторий. Папа Римский был самостоятельным светским правителем, который, как и Патриарх, преследовал свои и только свои интересы. И лавировал между мощными политическими образованиями Западного мира: Францией, Священной Римской Империей, Кастилией с Арагоном и так далее. Не говоря уже про весьма крутые разборки, что кипели непосредственно в Италии не умолкая.
В какой-то мере союз с Папой выглядел интересным делом. Ведь он находился далеко и прямого конфликта интересов, как с теми же «православными» османами, не выходило. Да и ресурсами они обладали куда как большими. Из-за чего можно было получить серьезные преференции в случае грамотно заключенного союза.
Однако Иоанн прекрасно понимал, что уже начались потрясения, в ближайшие век грозящие перерасти в мощнейшую волну религиозных войн и реформацию. Вон – до рождения Мартина Лютера осталось каких-то десять лет. А гуситские войны уже успели отгреметь и перепугать всю Европу. Так что, волей-неволей ему во всем этом гадюшнике придется участвовать, ежели идти к католикам. А этого ему как-то совсем не хотелось.
Пытаться свою церковь построить, как меньше через век попытается сделать Генрих VIII? Так у него для этого тупо не имелось ресурсов.
Достаточно сказать, что к 1473 году на территории Руси не было ни одного учебного заведения от слова вообще. Сказалась политика, которую проводили православные иерархи в отношении Руси. Ни светских школ, ни семинарий для священников. Да и церкви стояли только в городах, в то время как село было все еще в основе своей языческим и встретить там церковь было сложно.
Конечно, со второй половины XIII века на Северо-Востоке Руси начался «взлет на холмы», то есть, освоение земель вдали от речных террас. И этот взлет сформировал новый тип поселения – село. Но оно поначалу не отличалось наличием церкви, а просто представляло собой крупное поселение с какой-никакой, а администрацией, вокруг которого были рассыпаны крохотные деревушки в три-четыре, максимум пять дворов. Из-за чего в дальнейшем именно в селах стали ставить церквушки. Кое-где они и в 1473 году имелись. Но скорее выборочно, чем повально. Шутка ли? Даже в XIII веке под самой Москвой все еще хоронили уважаемых людей по древним языческим обычаям в курганах. В XV веке ситуация с этим делом улучшилась, но не сильно.
Так что, после разборок с Филиппом и его людьми, ресурсов людских у местной церкви стало еще меньше. Конечно, нет худа без добра, и вместе со старым митрополитом удалось вырезать многих его приспешников, которые в будущем легли бы в основу движения «иосифлян». То есть стяжателей, которые вовлекут Русь не только в коллапс самоизоляции, но и в течение XVI века будут буквально высасывать все соки из державы, расширяя свои земли и прочие имущественные владения. А к XVII веку превратят церковь в самого крупного, мощного и влиятельного землевладельца Руси, обогнав в этом плане даже монарха.
Опасные парни. И нерешительность Иоанна III свет Васильевича в борьбе с ними было ничем иным как преступной халатностью. Но, к счастью, основной корпус стяжателей оказался банально и бесхитростно вырезан в 1471–1472 годах. А те, что выжили – бежали из страны.
Бонус? Бонус. Да вот беда. Оставшихся священнослужителей оказалось так мало, а их квалификация в среднем была столь незначительна, что опираться только на них, чтобы построить «свое казино с блэк-джеком и шлюхами» выглядело совершенно не реальным. Теоретически-то да, конечно, можно было. Потихоньку – полегоньку обучать священников и как-то крутится. Но это время. Много времени. А ни католики, ни православные не будут сидеть без дела, пока какой-то там строптивый монарх станет у них кормушку отбирать. Ведь свято место пусто не бывает…
 
И Иоанн, вляпавшись в эту историю по неосторожности, не знал, что делать. Куда не кинь – всюду клин.
Феофил прекрасно понимал сложившуюся ситуацию. Будучи бывшим архиепископом Новгорода, он не отличался глубиной веры, компенсируя это трезвым мышлением. Так что юродствовать в подобных вещах даже не пытался. Потому он и давил на Иоанн, настаивая на максимальном укреплении войска, связывая свое благополучие с его. Он еще годом ранее понял, что его уберут с кафедры сразу же, как пошатнется власть Иоанна. Ибо считают его человеком.
– Зима близко… – тихо констатировал наш герой, после очередного спича своего собеседника.
– Что? – Удивился митрополит.
– Зима. – Повторил Иоанн. – Как образ тяжелого испытания.
– Да-да. – Охотно согласился Феофил. – Зима близко. Очень близко. И нам нужно быть готовыми к ней…
  
Глава 3
 
1473 год – 2 мая, река Ока недалеко от Переяславля-Рязанского [117]
– Березы подмосковные шумели вдалеке, плыла-качалась лодочка по Яузе-реке… – тихо напевал себе под Иоанн, вглядываясь в водную гладь Оки.
– Государь, – также тихо произнес стоящий рядом капитан. – Мы ведь не на Яузе.
– Так про Оку я песен и не знаю, – мягко улыбнулся тот. – А на душе что-то радостно и светло. Гляди как плывут, гребут, стараются, – указал он на приближающиеся корабли рязанского княжества.
Капитан посмотрел туда, куда указывал наш герой, но радости от увиденного не испытал. И у него почему-то на душе светло не стало. Он ведь и сам был родом с Рязани, а потому в предстоящем бою ему «светило» сойтись с земляками…
Иоанн II не стал ждать, когда его враги соберутся и нанесут удар по его владениям. Он решил действовать на опережение, работая по принципу превентивных ударов. Поэтому, как только Москва-река очистилась ото льда, так сразу и выступил в поход на Рязань без всяких промедлений.
Московский флот был слаб и мал. Василий II Темный, дед Иоанна, не уделял ему должного внимания. Не до того было. А отец, Иоанн Васильевич, просто не успел толком им заняться. Рязанцы же имели большие торговые интересы по Оке и средней Волге, оттого флот держали представительный. И, выступая союзниками Москвы, немало ей в речных маневрах помогали. Но флот не военный, а торговый. Ибо не было как такового военного флота в те годы ни на Москве, ни на Рязани. Поэтому в случае войны шла мобилизация торговых судов.
Так или иначе, но выступая в поход, Иоанн сумел собрать всего два десятка относительно больших купеческих кораблика. Не вооруженных, разумеется.
Хуже того, осмотр показал, что они настолько хлипкие, что даже легкие полевые орудия, что использовал наш герой в сражениях, не поставить. Один-два выстрела и жди беды. Или кусок борта отвалится, или крепления расшатаются и пойдут большие течи. Впрочем, даже если бы и были эти кораблики крепкими, такого количества нормальных, пусть и легких орудий у него попросту не имелось. И, судя по тому, что половина из дюжины отлитых годов ранее «саламандр» вышла из строя из-за трещин, так быстро их не восстановишь. А даже если и наделаешь – не ясно, как они себя в речном бою покажут. Ведь трещины у них пошли уже после дюжины – другой выстрелов. Поэтому он пошел по не совсем очевидному пути.
Мастеров-литейщиков у него пока не имелось нормальных. Те три веселых парня, что лихо отлили «саламандры» потихоньку экспериментировали, все давя на то, что слишком тонкие стенки. Но Иоанн то знал, что хорошая бронза вязкая и не трескается как яичная скорлупка. Поэтому что-то не то было с пропорциями сплава или еще с чем. Вот и заставлял их работать над собой. Расти, так сказать.