"Фантастика 2023-73". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

– Довольны, – кивнул Феофил. – Но не привычно им жить под рукой короля. К вольностям привыкшие они. Оттого и соблазняет их Казимир россказнями всякими.
– Соблазняет, значит. Хм. Ладно. Подумаю. А на что Казимир деньги на что спускает, полученные от сеймов?
– Мне то неведомо.
– А слухи что говорят?
– Что переговоры с бандами наемников ведет где-то на западе.
– О! Ясно… – нахмурившись, произнес наш герой. И задумался.
На текущий момент, в его руках была небольшая, но вполне эффективная регулярная полевая армия. Полдюжины [114] легких полевых орудий, две сотни аркебузиров, шестнадцать сотен пикинеров и три сотни всадников.
Также он имел доступ к старым, квазирегулярным воинским контингентам. Старой дружине, что досталась ему в наследство от отца в неполные три сотни всадников, ибо потрепало ее в последнюю кампанию. А также ополчение с Москвы, Новгорода и прочих вотчинных земель, которое могло выставить ему несколько тысяч конницы. Неплохой такой линейной конницы в доспехах. Одна беда – совершенно неуправляемой на поле боя и не дисциплинированной, ибо по своей сути средневековой. Да, конечно, не в той дикой степени, как в той же Франции в начале Столетней войны. Но все одно – тот еще хаос на ножках. Причем с гонором немалым. Отец ведь пытался в последний год своей жизни их перевести на «сотенную службу» и принудить к регулярным тренировкам да дисциплине. Но не вышло. Такую поруху старины они терпеть не пожелали. И это не считая того, что подобное «наследное» войско не было в полной мере у него под рукой. Его собирать нужно. А это не просто и не быстро.
Сверх того, Иоанн мог рассчитывать на наемников в случае чего. Как внутренних, так и иноземных. Но тут говорить о каких-то конкретных контингентах было пока сложно. Все уходило на откуп случая.
– Ты бы еще своих пешцев завел себе что ли, – наконец прервал его размышления Феофил.
– Заведу, – кивнул Иоанн несколько раздраженно. – Обязательно заведу. Вот только решу, чем их кормить, вооружать и где им жить – и заведу. А также разберусь, где взять командиров для них.
– Но ты же уже начал набор.
– И тренировку, – кивнул Иоанн. – Но эти пять сотен – максимум, что я могу себе сейчас позволить.
– Сын мой, грядет большая и серьезная война. Король Польши и Великий князь Литовский, при поддержки своих магнатов и Великих князей Тверского да Рязанского попытается разгромить тебя. Ежели ты не сумеешь должно выступить, то многие земли потеряешь. А то и жизнь. Стоит ли сейчас экономить? У тебя ведь есть деньги. Вот и не жадничай. Что тебе эти пять сотен, коли придется драться и на севере, и на юге, и на западе?
– Есть деньги, есть, – нехотя согласился явно недовольный король.
После венчания с Элеонорой Арагонской он получил очень солидное приданное – семьдесят тысяч золотых дукатов [115]. Монетой. Что в переводе на местное серебро было чуть за сорок тысяч счетных рублей. Новгородских, которые были вдвое тяжелее московских.
Сверх того, у него полностью сохранилась от отца контрибуция Новгорода в тридцать пять тысяч рублей. Да еще десять тысяч монетой осталось от добычи, взятой в Казани. И это несмотря на то, что Иван III обильно запускал в казанские трофеи руку, финансируя военные действия.
Кроме того, у самого Иоанна стоял небольшой «свечной заводик», еще с тех пор, как наследником был и в обход казны дела делал. И не один «заводик», а с десяток маленьких мастерских разного толка. Тут и производство кустарное стеариновых свечек с маргарином по методу Меж-Мурье. И выделка бумаги по Самаркандской адаптированной технологии из лыка. И производство тигельного «железа». И работа с костяным фарфором. И с зеркалами стеклянными опыты. И прочее. Но все это делалось буквально по чуть-чуть. «Горсточками» да «на коленке». Потому что людей обученных у Иоанна не имелось ни для работ, ни для руководства. Оттого все и тормозилось как могло. Но даже в таком виде эти мастерскими были в глазах покойного отца золотыми, ибо только чистого дохода давали в год порядка ста тысяч рублей новгородским счетом [116].
 
Так что, деньги у Иоанна были. И в казне, и в ежегодных доходах. Проблема была не в них…
– Сам же понимаешь, дело не в деньгах.
– В воеводах?
– И в вооружении. Доспехи чешуйчатые я еще наловчился делать. Да и то – тысячу комплектов я за год не сделаю. Но вот с остальным – беда. Ни пищалей годных, ни клинков. Разве что пики клею в достатке. Но там дело не хитрое, ежели с умом подойти.
– Так что тебе мешает покупать оружие? – Удивился Феофил.
– Время… – нехотя ответил Иоанн. И сам тоже задумался.
– На мой взгляд, сын мой, ты просто упрямишься, – назидательно произнес митрополит.
– Может и так, – нехотя согласился Иоанн. – В свое время один очень умный человек сказал, что если народ не хочет кормить свою армию, то скоро он окажется вынужден кормить чужую.
– Мудрые слова.
– Но и мои резоны в этом деле есть. Кроме своей армии из тысячи восьмисот пехоты и трехсот всадников при шести орудиях я ведь могу поднять и иных воинов. Великокняжеский полк…
– Королевский, – поправил его Феофил.
– Да, королевский полк, что достался мне от моего отца. Это конная дружина в три сотни всадников. Московский городовой полк, Новгородский и прочие. Сколько их выйдет совокупно? Пять тысяч по скромному счету.
– А ты можешь им доверять? – Прищурившись, поинтересовался митрополит. – Королевскому полку, допустим можешь. Они верны тебе. Хотя и строптивы. А городовым полкам? Прошлый год показал, что Москва верна тебе. Но только Москва. Здесь много людей, которые имеют выгоды от твоих предприятий. На остальные же крупные города я не стал бы на твоем месте полагаться. Ведь Казимир не стесняется в лести и обещаниях.
– Магдебургское право?
– И его тоже он всем сулит.
– Проклятье… – процедил Иоанн, отвернувшись к окну.
Он в свое время увлекался историей и военно-исторической реконструкцией. Но совсем другой эпохи. И недурно был осведомлен о том, каким тяжелым бременем на экономику страны ложились милитаристские устремления монархов Нового времени. Что Людовики там всякие во Франции, выжимали своих крестьян до состояния мумии, что тот же уарми московские. Да и Петровские реформы на Руси выглядели категорически грубыми, надрывными.
Иоанн не хотел так поступать. Ибо в голове своей все еще оставался не столько правителем, сколько человеком. Раз уж он вляпался в эту всю историю, то он планировал вести реформы аккуратно. С минимальной кровью и общественным сопротивлением. Да и деньги, накопленные в казне, по счастливому случаю, он не спешил спускать на сиюминутные забавы. Поэтому он строил большие планы, планируя что-то вроде пятилетки с обширным инфраструктурным строительством. Вот на него он был готов эти «внезапные» деньги и спустить. А не на войну…
Всю осень он сидел, думал, планировал. Но человек предполагает, а Бог располагает. Поэтому со своими благими намерениями он уже умудрился оказаться в центре мощного международного конфликта военного, экономического и, хуже всего, религиозного толка.
Церковь Северо-Востока Руси оскудела личным составом. Кого-то перебили. Кто-то сбежал. В результате и без того не самая многочисленная религиозная организация оказалась категорически ослабленная. А мир не терпит вакуум.
Но что Иоанну было делать в сложившейся ситуации?
Пытаться примириться с Патриархом Константинопольским, в епархию которого Русь входила? Так ведь он верой и правдой служил султану османскому, отстаивая его интересы. Как и прочие восточные патриархи древней Пентархии. Вон он какое коленце выкинул с Киевской митрополией. Что здесь, в XV веке, что там, в XXI. Патриарх Константинополя всегда был верен только себе и своим интересам, которые тесно переплетались с его непосредственным сюзереном. То есть, тем, кто крепко держал за яйца и этого иерарха и все руководство патриархата.