Последняя жена Синей Бороды (СИ)
Очутившись в замке, герцог первым делом наложил на Рене печать молчания, чтобы камердинер не смог никому рассказать, где был и кого видел.
И выдохнул – наконец-то все неотложные дела были завершены, можно отправляться к барону Крофу.
Баронское поместье расположено всего в шести часах езды от границ усадьбы. То есть, если врагом является сам барон, то ему не составляет большого труда следить за жизнью замка.
А матушка барона – он, Джонатан, предварительно это выяснил – и вовсе родилась в соседнем с замком городке – до него меньше часа быстрым аллюром. Дочь безземельного баронета Лотри рано вышла замуж и родила сына через семь месяцев после свадьбы. Якобы недоношенного.
Настало время это проверить!
Его светлость достал семейную реликвию – на первый взгляд простое серебряное кольцо. Надел его на палец и открыл портал.
Если барон и удивился нежданному визиту, то вида не подал. С другой стороны, герцог Гильермо на своих землях не гость, а хозяин. И в любой момент может навестить любой дом, поместье, город или усадьбу.
- Ваша светлость, какая честь!
Барон церемонно поклонился и сделал еле заметный знак супруге и дочери, которые присели в неуклюжих реверансах. Женская часть баронской семьи торопливо пробормотала что-то о неотложных делах, и исчезла.
Судя по отдалённому шуму и поднявшейся в доме суете – хозяйка вместе с немногочисленной прислугой спешно наводила в доме порядок и готовила для гостя стол.
А чем занялась девица Кроф? Наверняка помчалась в свою комнату наводить красоту.
Джонатан мысленно поморщился – он не любил неискренней угодливости, а баронское семейство явно собиралось выпрыгнуть из кожи, но произвести на ленд-лорда впечатление. И, судя по взглядам баронессы, они решили по полной использовать визит важного гостя. Сделать всё, чтобы тот обратил внимание на их заневестившуюся старшую дочь.
Он и обратил, но совсем не в том смысле, на который надеялось семейство: девица так жеманничала и так неумело пыталась привлечь внимание его светлости, что он едва сдерживался от злости.
И ведь баронесса знала, что герцог женат! Не говоря уже о том, что он женат уже в пятый раз.
Да любые нормальные родители уже схватили бы девчонку в охапку, затолкали в экипаж и отправили куда-нибудь в глухомань. А если бы он спросил, мол, где ваша дочь? – то ему преподнесли бы её отъезд под видом срочной необходимости навестить троюродную бабушку двоюродного соседа. Внезапно понадобилось.
Да куда угодно отправили бы, главное, подальше от Чёрного вдовца. А эти что – настолько не любят своего ребёнка?!
Позже до него дошло – родители рассчитывали на другое! Он-то уже надумал себе всяких ужасов, а барон всего лишь хотел угодить незваному гостю. Женская же половина семейства старалась не только угодить, но и произвести приятное впечатление. Нет, не ради того, о чём он подумал! А чтобы иметь повод похвалиться перед такими же мелкопоместными дворянами – мол, сам Гильермо заезжает к нам на чашку отвара! Что сразу же поднимет их вес в глазах остальных, и на баронскую дочь обратят внимание перспективные женихи.
Когда Джонатан понял их мотивы и цели, он решил простить юной баронессе манерность и мысленно посетовал на себя, что подумал о Крофах так плохо…
Девушка хочет замуж – вполне естественное желание! Но если она живёт в глуши и её отец не особенно богат, то подобрать достойную партию ей очень и очень сложно! Не удивительно, что леди ухватились за него обеими руками…
Джонатан провёл в поместье Крофа два часа, за которые успел узнать, насколько Анни трудолюбивая и послушная дочь, какие потрясающие успехи делает восьмилетний Густав, и какой проказник их младший сын, шестимесячный Огье.
- Представляете, ваша светлость, он уже умеет говорить «па-па-па»! – захлёбываясь восторгом, вещала баронесса. – И если ему что-то не нравится, Огье будет кричать и выворачиваться с рук, пока не добьётся своего! Такой умница! А наша Анни собственноручно вышила гобелен для городского храма! Все пальчики исколола, два месяца головы не поднимала, но успела к Новогодью!
И барон важно кивал головой, с удовольствием слушая рассказ жены. По всему видно – его милость хороший отец и собственных отпрысков просто обожает.
Джонатан стоически вытерпел всё: дифирамбы отпрыскам и собственной персоне, липкие сладости к отвару, суету и многословие. И когда встал из-за стола, то с облегчением пожал барону руку, потрепал по голове Густава и раскланялся с баронессами, собираясь покинуть поместье.
Но не тут-то было – к герцогу поднесли Огье, чтобы тот попрощался и с ним. И милорд осторожно пощекотал его ножку. Малыш залился смехом, а родители расплылись в довольных улыбках.
«Всевидящий, я ещё никогда не был так близок к подданным! – подумал герцог и решил, что такое общение – без лишних глаз, накоротке, имеет свою прелесть. – Надо будет объехать всех лордов, познакомиться с семьями подданных поближе! Не сейчас, конечно. Попозже. И растянуть это мероприятие на год-полтора, иначе мне придётся месяц жить в бесконечных порталах».
В принципе, после рукопожатия с бароном можно было никого больше не проверять.
Кольцо никак не отреагировало, и Джонатан был вынужден признать – семейство Кроф не имеет даже крошечной капли крови рода Гильермо. А значит, у барона нет причины изводить жён ленд-лорда.
Чтобы как-то оправдать свой визит и отблагодарить за гостеприимство, Джонатан пригласил семейство – разумеется, без младших мальчиков, они слишком для этого малы – в замок на празднование Новогодья.
И еле сбежал от потока признательности и заверений в вечной преданности. А девица Кроф теперь взирала на герцога с таким обожанием, словно он являлся живым воплощением Ясноликой.
Впрочем, для провинциальной дворяночки, происходящей из бедного рода, приглашение на бал в герцогский замок было прекрасной возможностью подняться на ступеньку выше.
И что-то ему подсказывало, что Крофы воспользуются этим шансом на все сто процентов.
Наконец, с прощанием было закончено, и его светлость с облегчением смог нырнуть в портал. Нет, Крофы милы и гостеприимны, но уж больно утомительны! Да и затягивать визит не было никакого резона.
Во-первых, герцог не мог выбросить из головы бледный вид Есении. И хоть жена уверяла его в хорошем самочувствии, он уже десять раз пожалел, что не вызвал к ней целителя.
«Как вернусь, сразу отправлю мистра Луна осмотреть её светлость!»
И, во-вторых, его ждал барон Висста.
То есть, барон как раз герцога не ждал, ведь Гильермо не собирался никого предупреждать о своём визите. Это он, Джонатан, ждал этой встречи, в надежде, что она раскроет тайну его «проклятия».
Сверившись с адресом, который он скопировал из Геральдической книги знатных семейств и родов герцогства Гильермо, его светлость шагнул в портал и скорректировал направление уже в процессе перемещения.
«Становлюсь параноиком, – проскочило у него в голове. – С другой стороны, враг или его соглядатаи могут скрываться где угодно, поэтому лишняя предосторожность совсем не лишняя!»
Как выяснилось, барон Висста вместе с супругой и ребёнком занимал верхний этаж небольшого дома в предместье. На первом этаже располагалась таверна, на втором жили слуги и находились три или четыре комнаты для проезжих.
Очутиться, по сути, на постоялом дворе, когда отправлялся в дом к лорду, было довольно неожиданно.
Выходит у его милости материальные проблемы? Конечно, так и есть, иначе родовитый, хоть и безземельный, аристократ ни за что не стал бы зарабатывать на жизнь, сдавая комнаты! И сам никогда не поселился бы в доме с таверной на первом этаже…
Что ж, это интересное и многообещающее открытие! Похоже, у Висста есть веские причины, чтобы страстно желать перемен.
Джонатан осмотрел строение снаружи – довольно добротное, двор и проезжая часть перед ним расчищены от снега, значит, хозяин следит за слугами, не позволяет им бездельничать.