Болотник 5 (СИ)
— Я закрыл вход и расправил траву, кто не знает про это место, нас не найдёт! — забрав у меня фонарь он продолжил — зулусы знать про неё не должны, это священное место племени масаи! Идём Кирилл, дальше будет зал, где можно будет отдохнуть, там есть вода. Только я прошу тебя, не рассказывай про неё, никому! Я христианин, но всё равно почитаю предков, белые люди не уважают наши традиции и лезут туда, куда им лезть не следует! Не нужно им тут быть! Ты же здесь только потому, что спас мне жизнь, если кто-то узнать, что я приводил тебя сюда, меня могут убить.
— Всё бро, понял, я могила! — да я это место и не найду! Я не любитель спелеологии, так что за сохранение тайны масай может быть спокоен.
— Это спокойное место, иногда сюда попадают животные, которые случайно проваливаются в дыру, но они быстро погибают, так что опасаться тут нечего. Тут можно говорить с предками! Я не шучу, иногда они разговаривают с тобой тут! — Сасито себя как псих ведёт! Глаза безумные, сейчас он похож на религиозного фанатика! Я на всякий случай передвинул по удобнее нож, как бы умом от пережитого не тронулся мой гид! Вроде адекватный парень был, а сейчас мне на него смотреть страшно! — идем со мной!
Я двинулся в след за возбужденным проводником. И вскоре понял, о чем он говорил. Первобытные люди использовали пещеры по всему миру в качестве жилищ. Ещё чаще в пещерах селились животные. Множество животных погибло в пещерах-ловушках, начинающихся с отвесных колодцев. Крайне медленная эволюция пещер, постоянный их климат, защищённость от внешнего мира сохранили до нас огромное количество археологических находок. И тут всё было просто завалено артефактами! Кости животных, наскальные рисунки, примитивное оружие и орудия труда, человеческие останки и многое другое. Луч фонаря то и дело выхватывал из темноты всё новые и новые свидетельства того, что люди с древних времён активно пользовались этой пещерой. Стены были покрыты отпечатками ладоней и картинками со сценами охоты, мы шли и шли, а коридор только шире становился и скоро мы вошли в огромный каменный зал, что-то смутно мне напоминающий. Предметов и костей тут были просто горы, однако центральная часть зала была почти пуста. Только черная, матовая балка в гордом одиночестве лежала там. Балка портала! Я остановился как вкопанный, с ужасом смотря на знакомый механизм.
— Идентификация произведена! Полный допуск разрешён. Статус допуска — «Капитан». Выявленные родственные связи — разведчик три — шесть процентов, разведчик пять — два процента, ремонтник сто два — семь с половиной процента, штурмовик четыреста двадцать шесть — одиннадцать процентов, медик шесть — один процент… — знакомый голос снова вещал мне о процентах и выявленных родственных связях, судах приписки, адаптации и статусе. Только в этот раз промолчал про срочное медицинское вмешательство, и износ организма, указав на обезвоживание и истощение! — Статус Ковчега — критические повреждения! Доступ ко всем помещениям «Ковчега 113» разрешен, процент доступных помещений — три!
Глава 18
Это зал «СПА», то самое место где я очутился после карантина на прошлом Ковчеге, или когда-то было им. За тысячелетия, что механизм провёл на земле он изменился, но общие очертания угадывались. Углубления бассейнов сейчас были завалены останками животных, людей и растений, которые со временем превратились в почву и почти все высохли. Только возле входа ещё был источник воды, жалкий ручеёк вырывался из-под груд мусора пытаясь наполнить разращённую чашу, однако вода уходила куда-то в сторону огромной трещины в стене, не задерживаясь на одном месте. Остатки диагностических лож, что когда-то стояли вдоль стен, превратились в грязные земляные холмы, и ничто не напоминало о их безупречной белизне. Пульт управления порталом был на месте и сейчас представлял собой алтарь. Место поклонения было оборудовано давно и с местным своеобразным колоритом. Кости, шкуры животных, различные поделки из камня, бивней и рогов животных густо висели на нём как украшения на новогодней ёлке.
Обведя взглядом пространство вокруг себя и не обращая внимания на назойливый голос в своей голове, который молил капитана принять срочные меры для поддержания жизни умирающего механизма, я направился к ручью. Надо попить, права железяка, мой организм обезвожен, а если эта вода того же состава, что и на прошлом Ковчеге, то она ни только утолит жажду, она и вылечить от многих болезней может. Без преувеличения «живая» вода! Возможно народные сказки о таких источниках возникли не на пустом месте, ибо как говорят в народе: «сказка лож, да в ней намёк, добрым молодцам урок». Теперь я знаю где на земле можно живой водицы набрать!
Я пил воду и смотрел на своего проводника. Сасито замер с вытаращенными глазами и отрещонным лицом посреди зала. «Предков» слушает паренёк. А ведь и правда предков! Именно сейчас с ним говорит божество, которое принесло на землю первых людей!
— Сасито! — окликнул я паренька.
— А⁈ — Сасито выпал из ступора и перевёл взгляд на меня, в его взгляде я заметил нечто новое, он смотрел на меня как на ожившую статую Командора.
— Караганда! Хватит там зависать, иди воды попей, потом я решу, что делать! — огрызнулся я. Честно говоря эта находка была настолько неожиданная для меня, что я растерялся и разозлился. Еще в прошлый раз я зарёкся подходить к порталам и иметь дело с грёбанными искусственными интеллектами! Прошлый раз это завело меня в такую ситуацию, из которой я едва живым выбрался!
— Да хозяин! — Сасито пулей промчался ко мне и упал на колени — предки говорили со мной! Они часто тут со мной говорят, но сегодня они сказали мне, что я привёл к алтарю хозяина всех людей и велели мне подчинятся тебе!
— Балбес! Может не хозяин, а капитан? Да и вообще, ты же блин школу закончил, на дворе двадцатый век, а ты себе хозяина нашёл? Вставай давай, не мешай мне думать. Пожрать сваргань чего-нибудь что ли! — сплюнул я от досады — на каком языке говорили с тобой предки и что они тебе вообще сказали?
— На масайском языке хозяин! Голос перечислил всех моих великих предков. Среди них были великие войны, охотники и знахари! Назвал меня их потомком, но запретил входить в мир духов, сообщив что я слаб и недостоин. Потом он сказал мне, что рядом со мной хозяин всех людей и велел подчинятся тебе хозяин. А ещё он сказал, что только ты достоин войти в мир духов и только ты сможешь вернутся из него снова в мир людей! Ты истинный хозяин этого места! Как так могло произойти⁈ — Сасито прибывал в каком-то исступлении, он смотрел на меня как на живого бога.
— Да, запущенный случай — я с жалостью взглянул на масая. Понятно мне всё! В масайском языке нет слова капитан, штурмовик, разведчик и медик, вместо них «голос» как раз и использовал что-то типа хозяин, воин, охотник и знахарь. Слаб, значить организм изношен и требует медицинского вмешательства, закрытый доступ в недра Ковчега он интерпретировал как закрытая дорога в «мир духов». Трудности перевода, одним словом — слушай меня потомок! Будешь называть меня или капитан, или Кирилл, как и раньше! Ты прав, я хозяин этого места и знаю про него почти всё. Когда-то из-за нападения врагов я потерял память, а сейчас благодаря тебя я попал в святилище и память ко мне вернулась! Приготовь мне попить и поесть, а потом мы ляжем спать! Завтра я покажу тебе все тайны этого места смертный и расскажу про мир духов!
Да уж… Шутка не удалась. Сасито работал как автомат и боясь смотреть мне в глаза. Он даже обходил меня за метр, боясь приблизится. Впечатлительный он какой-то. Помнится, я, когда попал на Ковчег, особого пиетета не испытывал. Ну подумаешь машина, которую на другой планете собрали⁈ Сасито же был под большими впечатлениями. Правда тут и обстановка давит, и этот назящий голос время от времени пытается напомнить о себе, да и я шутник хренов жути нагнал. Ладно, думать, чего с этим всем делать будем завтра, а сейчас поесть и на боковую, отдохнуть нужно!
Наскоро перекусив подогретой на таблетке сухого спирта тушенкой, я приказал Сасито лечь и занялся его раной. Пусть пуля попала не глубоко, но рана грязная, да и болезненная, и за ней надо ухаживать, чтобы не занести инфекцию. Вода из ручья в этот раз будет вместо дезинфицирующего средства. Сасито покорно выполнял все мои приказы, не подавая больше голос. Мне кажется захоти я сейчас принести его в жертву «предкам», он покорно подставит шею под нож. От былого весёлого и бесстрашного масая не осталось и следа.